Дурной сон...
В тощем сустатке от навещавших старца
оставались затюканныя зубрежом да долбежом бурсаки,
на коих с плеча на плечо
поскакивал бесёнок,
настырливо распевавший:
"Не хочу учиться, а хочу жаниться",
и то и дело вопрошавших Серафимушку:
"Мой правящий архирей хочет,
чтобы я принимал монашество,
а я хочу жениться: что же мне делать старче?"
Была ещё и "православная молодёжь",
мечтавшая "о подвигах о славе",
о том чтоб стать вторыми Зинонами в иконописании,
и Шмеманами в богословии,
однако донельзя инфантильная,
всегда сонная,
от рождения ленивая,
по традиции дрыхнувшая до полудни,
и не способная ни к ежедневенно
систематическому труду,
ни к настойчивому понуждению себя в молитве.
За молодёжью маячила ещё и
бледнонемочная "православная интеллигенция":
для них "православие" являлось не более как
алтернативной идеологией,
и в силу вполне сознательной маргинальности,
они и выбирали церковность,
как противоядие
от во всём гнетущей совдепии.
Как на подбор, все "интелихенты" наезжали
просить у старца благословение на эмиграцию,
не во имя свободы или творчества,
а во имя "хлеба куса":
с тонущего отечьего Титаника
всем им хотелось поскорее "свалить"
и позабыть матушку Россию,
как дурной сон...