?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Хождение в народ...
СУПчика хочится
kalakazo
С паломнического чесу
и своеобразного "хождения в народ"
по старцам, старицам
и диковинным святыням,
после хождения по Серафимавой канавке
и череды отчиток от беснования
в скабарской глуши,
питерские неофитки
возвращались домой с мешком
старческих сухариков
и несколько уже кликушным отсветом
в потупленных долу очесах
вот уже скорого всеобщего Апокалипсису:
"Питербургу быть пусту:
старец рече, что в 93-м смоет
эту Бабилоню блудницу
волна Божьего гневу.
Маран-афа!"
Посему и бечь благословлялось весьма поскору:
продавать свои питерские фатеры
и селиться в Ивановской тмутаракани,
куда по старцевым молитовкам
Антихрист точно не пройдет...

6
http://www.liveinternet.ru/photo/kalakazo/post18649275/

  • 1
каждый по-своему с ума сходит...

Кто таков сей дивный муж?

Одна моя знакомая уехала из Питера в Ивановскую епархию, с подругой, обе художницы (из "Мухи")... Давно уже правда, была у них там, это община вокруг церкви -- вроде бы довольны, жизнь там бурлила. А в Питере, если судить по Вашим запискам, мрачно.

Да помню их, и какова их дальнейшая судьба?

В Ермолино не бывал, но достопочтенной деспота Нектариус
оставил о сем месте дивные мемуары:
" Леша в шутку прозвал Ермолино «Santo Ermolino у Grand Puerto de Titikaka y aguas alrededores». В роли великого озера Титикака выступал выкопанный на околице Ермолино пруд размером примерно десять на двадцать метров.

Наконец настала Пасха. В церкви образовался большой сборный хор из местных певчих и приезжих, и вообще служба прошла весьма торжественно, несмотря на то, что совершалась в маленьком зимнем приделе, поскольку Пасха в тот год была ранняя, и на улице еще вовсю лежал снег, так что надо было разгребать вокруг церкви дорожку для крестного хода.

Сам крестный ход сопровождался приключениями. К нему подошло много комсомольцев и просто хулиганов из окрестных сел и деревень, предпринявших попытку его сорвать. Они мало того, что орали всякие богохульства, заглушая хор, но еще и кидались в нас самодельными взрывными устройствами из магния с марганцовкой, пороха и т.п. веществ. Леше Клейменову, несшему большую хоругвь, такая самодельная граната попала прямо в лоб, но, по счастью, не разорвалась. На все эти бесчинства равнодушно смотрели два милиционера, присланные из райцентра. О. Антоний сказал, что это не в первый раз такие выходки, а однажды на Пасху в него даже стреляли через алтарное окно, но промахнулись. Но все это лишь способствовало нашему религиозному энтузиазму, и мы чувствовали себя едва не первохристианами на арене цирка."


http://nectarius.livejournal.com/90452.html#comments

"А день-два спустя, еще до того, как разъехалась основная масса гостей, случилось еще одно приключение. Мы все вместе ужинали в большом доме и вели интересные и высокодуховные беседы, в ходе которых о. Антонию захотелось проиллюстрировать свою мысль цитатой из какой-то книги, за которой ему надо было сходить к себе. Два-три человека встали из-за стола, и пошли вместе с ним, желая по пути продолжить разговор. Придя в поповскую избушку, они нашли дверь запертой изнутри (Антоний, как я упоминал выше, вообще никогда не запирал дверей). Войдя через сарай, они обнаружили в доме незнакомую молодую женщину – пьяную, полураздетую и в домашних тапках и шерстяных носках самого батюшки. А все ящики его шкафа и стола были выдвинуты и перерыты. Мамзель заставили одеться и выставили, а когда ушедшие вернулись с книжкой, то кто-то сказал, что видел в этот вечер в кустах за околицей подозрительного мужчину, который отвернулся, обнаружив, что замечен. Стали обсуждать, что бы все это значило, и скоро пришли к единогласному мнению, что это происки КГБ, а мужчина был с фотоаппаратом и рассчитывал, что священник пойдет домой один, станет стучаться в дверь, и в этот момент гулящая выйдет и кинется полуголая ему на шею, а он сфотографирует это и потом поместит в антирелигиозной рубрике в газете. Вообще в Ермолино были убеждены, что церковные дома начинены «жучками», и КГБ прослушивает все наши беседы. Впрочем, мы считали оперов не способными понять их – столь высокоинтеллектуальными они нам казались. «Жучки», конечно, были плодом нашей фантазии и завышенной самооценки, но, тем не менее, определенный интерес «конторы» к ермолинскому приходу был фактом. Помощница старосты Елена Михайловна при посещении райцентра по вопросам приходской отчетности отчитывалась в местной милиции обо всех приезжающих, а несколько месяцев спустя после описываемых событий имела место целая шпионская история, завертевшаяся вокруг моей скромной персоны, о чем я поведаю в свое время..."
http://nectarius.livejournal.com/90452.html#comments

Еще о Ермолино:
"Вскоре по моем возвращении в Ермолино оттуда выбыл монах Афанасий. У него случился особенно сильный приступ беснования, в котором он пытался убить помощника старосты, Елену Михайловну. Он бросил старушку на землю, и собирался уже наступить ногой ей на горло, но тут какая-то сила увлекла его в сторону, и он побежал и скрылся в своем доме. Вскоре, впрочем, он снова выскочил оттуда со спичками и какой-то горючей жидкостью и ринулся поджигать ее дом. Намерению его воспрепятствовало лишь то обстоятельство, что перед домом Михайловны на двух деревьях была натянута веревка для сушки белья, приходившаяся как раз на уровне монашьего горла. Афанасий на всей скорости наткнулся на нее, и она отбросила его назад, отчего он упал на спину, и тут с ним приключились конвульсии, из-за которых он уже не смог подняться на ноги. Какое-то время он извивался, рычал, извергал хульные словеса пену, но вскоре обмяк, успокоился и позволил отвести себя домой и уложить. Потом он рассказал Антонию, что намеревался, покончив сперва со старостихой, убить затем топором самого батюшку, меня, а потом поджечь церковь и, наконец, самому повеситься.

Естественно, перепуганная насмерть Михайловна, несмотря на все извинения и слезные покаяния пришедшего в себя Афанасия, наотрез отказалась оставить его и дальше в Ермолино, и вскоре он отбыл на другой приход – кажется, в Шую, а может быть и в Кинешму. Впрочем, сам он таким исходом дела оказался даже доволен, ибо тот приход был более бойким, зарплату ему положили больше, чем была у него в Ермолино, да и строгостью, с которой держал его Антоний, тамошние батюшки явно не отличались. С ними он стал пить, курить и девок любить. А через пару месяцев его сделали дьяконом, и он приезжал к нам в Ермолино похвастаться и послужить с Антонием. Мне он рассказывал про свое новое житье и советовал: «Вот постригут тебя, а потом и до рукоположения дело вскоре дойдет. Владыка тебя тогда призовет на ставленническую исповедь – он всех перед рукоположением сам исповедует – и будет спрашивать, к какому полу ты больше испытываешь влечение? (Про это я знал, так как подобный вопрос мне уже задавался архиереем и без исповеди.) Так ты говори, что дескать «блудить я не блужу, но влечение испытываю к мужскому». А то я, дурак, сказал все по правде, что хотя, конечно, у меня и с мужским полом падения бывали, но предпочитаю все же женский, и что вот и на прошлой неделе с Валькой переспал, а он мне на это и отвечает: «Ну, тогда придется тебе пока только дьяконством ограничиться, а с иеромонашеством повременим». А потом я рассказал про это одному батюшке в соборе, а он и говорит, что надо де было про мужской сказать»."
http://nectarius.livejournal.com/tag/мемуары

Вскоре о. Антоний и вправду решил постричь уже меня в монахи, на что испросил и епископского благословения. Теперь мне нужно было обзавестись необходимой экипировкой. В одном из сел неподалеку от Иванова служил пожилой архимандрит Иоанникий, бывший портным духовного платья, и я направился к нему. «У меня шить тебе, мил человек, скажу сразу, будет не по карману,- огорошил меня с порога архимандрит и назвал такую цену за рясу, что я сразу приуныл,- но раз уж приехал, то давай, заходи. Отобедаем вместе, выпьем по чарке, да потолкуем с тобой за монашью жисть». Беседа его, впрочем, касалась в основном полового аспекта монашеской жизни, и он был поистине вдохновенным певцом иноческой любви. В частности, он рассказывал мне трогательнейшую, на его взгляд, историю любви двух Викторов – иеромонаха и целибатного дьякона – решивших соединить свои судьбы, так что второй Виктор, до того собиравшийся тоже принять постриг, отказался от своего намерения, чтобы не пришлось менять имя, и они могли бы остаться с любимым тезками. И так эти Викторы и шли по жизни вместе и служили в одном соборе в Калинине. А приблизительно через месяц мне довелось узнать, что один из них только что избран и рукоположен Калининским архиереем, а другой занял при нем места секретаря этой епархии.

Когда я вернулся в Ермолино и стал рассказывать о своей беседе с архимандритом, то за столом прилучился еще приехавший к батюшке его отец, Владимир Яковлевич. Он подхватил эту тему и сказал: «Да, я когда только обратился и по неофитству стремился трудиться при храме, то меня алтарником владыка послал к этому Иоанникию, и меня он также сразу же за стол пригласил. А стол у него был мясной. «Я, батюшка,- говорю,- мяса не ем, а то мне от него сразу женщину хочется». А он мне: «Женщину – это неправильно; надо – мужчину»».

Потерпев у Иоанникия неудачу с пошивом, я отправился добывать себе монашескую амуницию в Лавру, а заодно заручиться и благословением старцев на предлежащий иноческий подвиг. В Москве я остановился переночевать у Бориса Козушина. Боря жил в однокомнатной квартире в Текстильщиках, и вместе с ним там проживал его друг, дьякон Олег Стеняев, почисленный за штат по причине каких-то трений с его архиереем. Он очень много говорил обо всем на свете, ругал церковное руководство, обвиняя его во всех мыслимых и немыслимых грехах, и хвастался своими успехами на ниве православной миссии среди пятидесятников, иеговистов и иных подобных сектантов. В этом деле ему весьма помогало, по его словам, знание наизусть некоторых псалмов и молитв на иврите. «А откуда вы их знаете?»- спросил я его. – «А я сын раввина»,- ответил дьякон, и в подкрепление своих слов произнес что-то на непонятном наречии. Затем разговор перешел у нас на экуменизм, и я заявил себя его сторонником (в то время я считал, что противниками его могут быть лишь примитивные черносотенцы: борода лопатой, косоворотка, сапоги и «бей жидов, спасай Россию»). «А мы – анти-экуменисты»,- заявил Олег, а Борис поддержал его и сказал:

-- Ну подумай, разве прав твой Антоний, пытаясь соединить христианство с буддизмом, харе-кришной и тому подобным?

-- Нет, конечно, этого и я не поддерживаю, но это же его частное мнение…

-- Да еретик он, и все тут! Так что ты подумай лучше, кому ты в послушание намереваешься отдаться.
http://nectarius.livejournal.com/tag/мемуары

"Словно на крыльях вернулся я в Ермолино, ожидая скорого пострига, но Промысел Божий хранил меня. Случилось так, что самолеченные зубы о. Антония разболелись столь сильно, что терпеть стало невмоготу, и он уехал на три недели в Полтаву к своей матери, чтобы там их лечить уже по-настоящему, и я остался один. Мне нужно было караулить поповский дом и протапливать его, чтобы не померзли комнатные цветы, а также периодически протапливать и церковь.

Я перебрался в старцеву келью и был тому счастлив, полагая, что эти три недели уединения в оной священной, намоленной батюшкой келье, среди различных духовных книг, станут для меня приуготовительным к постригу затвором. Но то ли чары его с отъездом рассеялись, то ли это московское общение с Козушиным и Стеняевым произвело на меня такое отрезвляющее действие, однако я вдруг совершенно четко осознал, что свою единственную душу, на перевоплощение которой я никак не рассчитываю, я не могу доверить водительству такого человека, который и свою-то собственную не в состоянии управить в отношении правой веры.

Тогда я поехал к архиерею и рассказал ему все. «Да-а,- протянул тот, сложив по обыкновению губки бантиком,- отец Антоний – это сущий еретик. Сидит, понимаешь ли, у себя на приходе и еретичествует». И затем владыка пообещал постригать меня сам. Когда же Антоний вернулся, и я сказал ему, что пострига от его руки принимать не буду, то он сказал, что в таком случае дальнейшее пребывание мое на его приходе невозможно.

Впоследствии о. Антоний постриг многих своих чад, и теперь в Ермолино существует монашеская община до тридцати,- говорят,- душ обоего полу."
http://nectarius.livejournal.com/127785.html#comments

Edited at 2012-10-28 11:27 am (UTC)

Это, наверное, в том же жанре, что и Ваши опусы.

Это не жанр, а реальные и вполне трезвые воспоминания...


В аду ведь бесы также нарисуют реальную картину нашей жизни...
В этом мире существуют и "глубины сатанинские", и "глубины Божии", и "трезвый взгляд" зависит от точки зрения и ракурса.

Кстати благодарю за ссылки -- интересно было прочесть (что доступно мне), и вспомнился Питер. Наверное, с какими-то героями я могла и пересекаться, но сейчас многое стерлось из памяти. Помню о.Алексия Макринова, к которому первое время ездила на службы. И еще нескольких людей, которые совсем потерялись из моей жизни... Экзальтация конечно была, но все на грани... Не знаю, хорошо ли или плохо ли, что Господь "переставил" меня оттуда -- тут другие герои, и другая проблематика, и иные грани...

Edited at 2012-10-28 05:11 pm (UTC)

Многии питерские воспоминия владыки Нектариуса напечатанны здесь:
http://memo-piter.livejournal.com/?skip=100

(Deleted comment)

Re: Пописанты

Хм.

Ассемблер - это символьный мнемонический язык. Нолики и единички - это машинный код.

(Deleted comment)

Re: Пописанты

А какое отношение к Евангелию и Христу имеет
псевдоапокалипсные спекуляции на дамском страхе,
и корыстный интерес в отношении их питерских фатер,
младостарцев?

Re: Пописанты

ИМХО все несколько сложнее.

Восьми лет был Иосия, когда воцарился, и тридцать один год царствовал в Иерусалиме [...] И делал он угодное в очах Господних, и ходил во всем путем Давида, отца своего, и не уклонялся ни направо, ни налево.

... и вынес Астарту из дома Господня за Иерусалим к потоку Кедрону, и сжег ее у потока Кедрона, и истер ее в прах ... и разрушил домы блудилищные, которые были при храме Господнем... и осквернил высоты, на которых совершали курения жрецы... И жертвенники на кровле горницы Ахазовой... разрушил царь, и низверг оттуда, и бросил прах их в поток Кедрон... и изломал статуи, и срубил дубравы...
(4 Царств 22-23)

Там много такого в 23-й главе.

Re: Пописанты

Согласна. Но чтобы созидать -- надо быть во Христе; как это ни банально -- просто жить по христиански, по уставам церковным, по своему чину и званию (ведь с благодатью шутки плохи). А иначе, конечно, будут всюду мерещиться одни корыстные деспоты и попы, младостарцы и сумасшедшие дамы.

будут всюду мерещиться

Не мне одному, но и старцам афонитским:
"Прежде чем тебя, пидараса, забанить, просьба. Передай начальникам своим, Афон курирующим, что они ПИ-ДА-РА-СЫ и ничего у них не выйдет. А теперь, Малевич недобитый, [у него черный квадрат был вместо юзерпикчи] навсегда с тобой в тви попрощаюсь, а встретимся на Афоне. Я тебя, пидараса, арестую здесь, как агента вражеской разведки. Чтоб вы, морды фсбэшные, по Афону не шныряли и келлии для себя, пидарасы, не строили, разрушая афонские традиции и насаждая ментовско-банкирско-продажный дух Московской Патриархии. И чем больше, пидарас, ты писать здесь будешь, тем раньше, пидарасы, я этот вопрос на иеракинотите поставлю. Уверен, вы знаете, что у меня на это духа хватит. Вы, пидарасы чекистские, РПЦ превратили в казарму и торговый дом. А Аθон вашими газом вонючими деньгами мы развратить не дадим. Аминь и Богу слава!
@dostoverkin Меня на Карульях, пидарасы, ротой не возьмете!
Появились вопросы: кого я в этом спонтанном монологе пидарасами звал?
— Банду ФСБ-ГАЗпром, пытающуюся Афон купить"
http://m-athanasios.livejournal.com/90393.html

Re: будут всюду мерещиться

Я и не говорю, что одному Вам мерещатся :)

  • 1