?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
В поисках утраченного времени...
Простите
kalakazo
или лики тех, кого уже среди нас никогда не будет -
от достопочтенного khmelev:
"Пазик остановился, открылись двери из которых вывалился местный сброд, а потом появилась чудесная очень старая девочка в пионерской панамке, украшенной пластмассовым флер-д-оранжем, белых носочках с голубоватой каемочкой под дырчатыми копеечными сандалетами и с черной клеенчатой сумкой, где помещался весь ее жизненный скарб. Так должно быть выглядели какие-нибудь пышущие розовой аурой ложной святости катарские бабушки в Мон-Сегюре, радостно ступающие на инквизиционный костер. Я отвел божье создание к Нине, где они приватно побеседовали минут тридцать, предварительно облобызав друг-друга сестринским поцелуем. Потом отворились двери, харьковская старушка, чуть побледнев, вышла наружу, а меня попросили проводить ее на станцию без всякого ночлега и даже чаепития.
Что же случилось? Оказывается, несчастная приехала посоветоваться относительно своих диетических пристрастий. Выяснилось, что во всем разделяя строгие вегетарианские и прочие животнолюбивые правила, она никак не могла превозмочь в себе отвращения к клопам и тараканам, и соответственно уничтожала последних. Строгая Нина, выслушав посетительницу, никак не стала ее укорять, но, чуть подумав, вынесла вердикт:
- В таком случае немедленно покиньте мой дом…
И бедолага, только что проделавшая трехдневный бессмысленный путь, не присев толком, смиренно отправилась обратно.
Я провожал ее на станцию, но ни упрека, ни сожаления не заметил. Тем же розовым детским светом светились ее румяные щечки, также, почти не мигая, сверкали ее голубые глаза. И я до сих пор ясно вижу ее долгую дорогу на тягучих перекладных южных плацкартах до коммуналки на окраине Харькова, где под пьяный соседский матерок, доносившийся сквозь фанерные стены десятиметровой комнаты, она безропотно тянула свои счастливые дни и ночи, посвященные чтению слепых машинописных копий того, «Как достигнуть познания высших миров» под немигающим взглядом Рудольфа Штейнера и Марии Сиверс.
Нину ,надо сказать, все же мучило подобие раскаяния, тем более, что родная сестра в ее непосредственном присутствии уничтожала не клопов и тараканов, а колбасы и бифштексы. Так что я по дороге в Крым получил задание навестить несчастную, но в живых ее не застал. Целый час трясясь на трамвае, я наконец добрался до какой-то окраинной слободки, где на истошные звонки в дверь необъятных размеров полупьяный детина промычал мало членораздельное «откинулась»… ну, померла… т.е. подохла…
На вопрос о книгах или рукописях и фотографиях ответ был краток:
- Выкинули всю эту хуйню на помойку. Комнату надо было освобождать…
Под хуйней понималась обширная многолетняя теоретическая переписка с Андреем Белым, письма Волошина, Эллиса, фрагментарные послания Марии Яковлевны Сиверс – жены Штейнера – но точный состав архива вряд ли помнит в настоящее время и харьковская свалка.
Скептически – с высоты прожитых лет – оценивая быт и взгляды своих соседок, я расписываюсь в собственном ничтожестве. Во-первых, они своей судьбой доказали полновесный золотой – ну, пусть серебряный – стандарт собственных убеждений. Ведь даже ортодоксальная М.Н. отсидела 5 лет по экзотическому обвинению в «надругательстве над советскими орденами» и никогда – в отличие от своей эзотерической сестры – не была реабилитирована. А, кроме того, несмотря на провинциальную доморощенность всей их пошехонской теософии, замешенной на Алане Кардеке и журнале «Ребус», в них было одно удивительное качество, которого полностью лишено подавляющее большинство современников. Они не просто верили – они доподлинно знали, как все обстоит на самом деле. Можно спорить об их моральных дефинициях, но – совсем мальчиком – я знал, как и они, что все окружающее есть лишь морок и обман, что никакого Хрущева и Брежнева не существует на самом деле, а где-то в совсем другом эоне какие-то совсем непонятные существа ведут между собой бесконечный бой, отображающийся в нашем видении в образах таких анекдотических фигур. С тех пор многое изменилось, но в чем-то самом главном – исключая имен – я до сих пор с ними согласен..."
http://khmelev.livejournal.com/144274.html#t1105298

  • 1
стильно описано. Я тоже краем жизни застал еще таких антропософских старушек.
Хотя en masse их последнее поколение уже секулялиризовалось , маскируясь в Москве под т.н. "Алексеевскую гимнастику" (эвритмия как таковая, без изучения первоисточников, чтоб чекисты не приставали)

Резко Вы, батенька, сменили стиль...)

Вполне могу согласиться. Не те времена нынче, не те герои...

Это от Харькова до Крыма "трехдневный бессмысленный путь на тягучих перекладных южных плацкартах"?
Женой Штайнера была не Сиверс, а Минцлова, бесследно сгинувшая задолго до описываемых событий.

Баба как мешок - что положи, то и несет.

  • 1