kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Вычеркнутый из книги бытия...

С иоаннитами, коих по особому определению Священного Синода
следовало именовать хлыстами-киселевцами,
я познакомился в 82-м у "стены плача" -
у стены бывшего Иоанна Рыльского монастыря,
что на Карповке.
В пятиутренних сумерках
несколько коленнопреклонённых старух,
с поднятыми горе дланями
и горестливо сиротским рыданием,
каким сопровождалась их молитва к святому батюшке,
потрясла меня до сердечных основ.
Чтобы о них не писали в афеисткой печати,
какие небылицы бы не возводили,
надобно отдать им должное -
это были единственные хранители
преданий недалекой старины
и памяти об Иоанне Кронштадском.
Имя последнего было вычеркнуто
не только из российской истории,
но даже в кутейном мире
произносить его никто не осмеливался.
Ни за все четыре класса Ленинградской семинарии,
ни за последующие годы школярства
в духовной академии,
выпускники сих садков для поповства
имя кронштадского пастыря
не слышали ни разу,
как будто его вовсе никогда и не было.
И даже "Моя жизнь во Христе" покоилась
в библиотеце духовных школ,
в особливом сейфе - "спецхране",
отверзавшимся только по разрешению ректора.
Единственный, кто из академических преподавателей
поминал за упокой "приснопамятного протоиерея Иоанна",
был протопоп Стефан Дымша,
по бурсацкому прозвищу "рыдающий скиф":
читал он великий канон Андрея Критского
и служил литургию с точно с такими же
нервическими модуляциями,
как и Иван Ильич.
"Мои поздравления, отец Стефан, -
подходил я к нему, разоблачавшемуся в алтаре, -
Вы сегодня служили, как второй Иоанн Кронштадский!" -
"Тише, - испуганно ответствовал он, - нас ещё услышат..."
Tags: Кронштадский пастырь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments