kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Categories:

Геростратные подвизи...

Курайгейт фактически сошел на нет,
что позволяет более пристально присмотреться
к "духовным подвизям" голубых епархий
на ниве несказанно духовного возрождения.
Вот начало истории об уничтожении в Тверском Успенском соборе,
переданном на баланс епархии фресок 18 века: "В Италии в средние века ходила такая поговорка: Quod non fecerunt barbari fecit Barberini. То есть: что не сделали варвары, разорившие Рим в V веке, то сделал римский папа Урбан Барберини в XV. А конкретно, сей римский понтифик разломал древний, окованный бронзой свод одной из старейших римских церквей, который пощадили даже вандалы. С тех пор варварство по благословению церковного начальства, к сожалению, не только не ослабело, но и умножилось и расширилось. В наши дни это можно воочию видеть в Твери.

Видит Бог, до конца теплилась надежда никогда не увидеть того разгрома, который пришлось увидеть теперь в Успенском соборе – когда-то главном храме Отроч монастыря в Твери (близ речного вокзала). Но, увы – пришлось. Теперь в этом одном из старейших храмов Твери скоро не будет его главной составляющей: уникальной стенной живописи XVIII века. Погибает она не оттого, что отваливается и шелушится: в таком нуждающемся в реставрации состоянии она могла существовать еще много лет. Ее даже не забеливают, даже не заклеивают и штукатурят, как делается в нормальных условиях и в нормальных приходах, у которых нет денег на реставрацию. Штукатурку счищают до кирпича, на кирпичи закрепляют сетку и заново штукатурят стены. Это делается по инициативе настоятеля Успенского собора игумена Петра (Танашкина).

Успенский храм был возвращен епархии в середине 1990-х гг. Многие тверитяне хорошо помнят первого настоятеля храма, отца Владимира Лебедева, человека, при всех его отдельных недостатках, искренне верующего, любившего и храм, и его историю. На рубеже веков из Краснодарского края приехал новый настоятель Успенского собора – Петр Танашкин, тогда еще просто священник. Желание сбить все казавшиеся ему ненужными росписи возникло у него сразу. Когда его прямо предупредили о ценности росписей, он заявил: «Вот бы к тысячелетию христианства сбить все это и сделать под Софрино»! (Для мало знакомых с церковной темой, Софрино – это основной завод церковной утвари Московской патриархии, к сожалению, в наши дни его продукция стала нарицательным наименованием дорогого безвкусия.)

Но сразу все сбить отец Петр не решился. Потихоньку уничтожил незаметные для посторонних росписи алтаря, где погибла барочная лепнина середины XVIII в. и великолепная композиция «Христос на престоле». К остальному он подступался не один год. Несколько лет шли «раскопки» под полом собора, где в 1980–1990-х годах были вскрыты остатки храма XIII века. Пока под полом уничтожались фундаменты столбов 1290-х годов, до росписей руки не доходили. Но гидроизоляция выкопанного подвала у отца Петра то ли не удалась, то ли и не возникло желание ее делать, так что придел в подполе в фундаментах древнего собора не состоялся. Зато, наконец, осуществилась в этом году давняя мечта отца настоятеля – ветхие росписи, помнящие святителей Тихона Задонского, Филарета (Дроздова), Серафима (Чичагова), Фаддея (Успенского), а также многих настоятелей, например, знаменитого духовного писателя XX века, впоследствии митрополита Вениамина (Федченкова), наконец-то были уничтожены.

«Что вы понимаете в живописи? Что вы понимаете в реставрации? – гремел отец Петр, не проявляя, кстати, никакой монашеской скромности. – Где вы видите здесь живопись? У меня есть благословение епархиального управления ее сбить, и вы мне не указ. Штукатурка отходит от стены, и ее нужно снимать».

Может быть, и можно, и нужно было бы ее снимать – если бы это была советская штукатурка. Но не штукатурка же XVIII века! Да еще единственная в Твери штукатурка с живописью XVIII столетия!

Логика отца Петра, которую он внушил и прихожанам, следующая: за девять лет его в Твери никакой государственный орган денег ему на реставрацию не принес, а значит, государству памятник не нужен, а значит (вот тут интересный ход мысли), можно с ним делать все, что заблагорассудится. Якобы и Путину он уже письма писал, и Грызлову. Комитет по охране памятников каждый год только обещает, а ничем не помогает. А раз нет денег, то и терпения тоже нет: давай, ломай все. Нет памятника, нет и проблем.

В заключение и ради справедливости надо сказать, что объединять отца Петра и всю Церковь или даже всю Тверскую епархию не стоит. Мне лично знакомы многие священники, настоятели и настоятельницы монастырей, которые горой стоят за малейшие обломки старины, уцелевшие в их храмах от разорения. Действительно, наши храмы - это «осколки Руси», почти единственные (кроме музеев еще) хранители великого духовного достояния, оставленного нам предками. Но, к сожалению, наша современная Церковь действительно больная. Она больна своим застарелым культурным невежеством, идущим еще с дореволюционных времен. Я не удивляюсь, что отец Петр не одинок в своем глубоком равнодушии к тому, что он воспринял в чужом для него городе и чужом для него храме. Но просто монашеская и обычная совесть должна же быть у человека! Если в законе об охране памятников (а Успенский собор – памятник федерального значения) прописана ответственность вплоть до уголовной за умышленную порчу памятников истории и культуры, то, наверное, просто из элементарных правил воспитанности надо уважать закон. Иначе не стоит обижаться на те беззакония, которые творили с церковью в не такие уж давние времена. Или мы хотим, чтобы эти времена вернулись?"
http://tversvod.ru/event18/
Tags: Виктор Олейник, Тверская митрополия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments