?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
«Проламывая» устоявшиеся шаблоны...
Простите
kalakazo
Священник Михаил Шполянский - письмо другу:


"Батюшка, дорогой, благослови! Начал писать письмо до получения твоего ответа. Есть одна смущающая меня тема, которую хотел бы обсудить. Собственно то, конечно, не одна. Вот пишу – и сразу уже несколько вопросов возникло. Так что запишу, а отправлю, когда закончу письмо; возможно, к тому времени и твое прейдет. Думаю, такой обмен мнениями не бесполезен, и, возможно, именно с помощью инета его можно превратить в своеобразный форум в эмейле, копируя суть вопроса в несколько адресов. Кстати, с интересом жду твоего ответа на мои мысли о терпимости в Церкви к разным мнениям. Ведь они в определенном смысле противоположны высказанному тобой. А в этом надо разобраться, я ведь понимаю, что и одна, и другая точка зрения имеют обоснование в Писании. Все не просто, я сам всегда был против всеядности. Но, м.б., как то возможно разграничить приятие в Церкви и приятие психологическое, бытовое? – если оставить «за бортом» как клаустрофобию, так и агрессивность в навязывании своего мнения. Вот в чем проблема: я сомневаюсь, что многие из наших «князей Церкви» (об этом мой сегодняшний вопрос) в лоне Церкви, но не сомневаюсь в том, что в Церкви Христовой – многие католики.
Итак, вопрос. Можно ли предполагать совместимость очевидной подлости и пребывания в Теле Христовом? Наивный, как кажется, вопрос. История ответ на него дала – критика донатизма, и т.п. (всех остальных случаев крайнего и непримиримого ригоризма). И похоже, что иначе быть не может, ибо тогда воцарится хаос. Но, но, но… Но как может быть – так? Да, о пребывании каждого из нас в Церкви ведает только Сам Господь, и за недостойных св-служителей Таинства совершаются Ангелами (в этом, думаю, образ Самовластного действия Божиего). Но вот «чистый пример» - епископ (или тот же иерей). Все таки – исторически это самый уважаемый член общины. Значит, его пребывание в Церкви как бы заведомо; он своего рода образец. Да более того, по чину Евхаристии он символизирует Самого Господа. Но если при этом в нем ничего христианского нет с очевидностью? И беда не в том, что он м.б. голубой или вор; тут при покаянии можно понять возможность пребывания в Церкви (но, думаю, не в сане – подлинное покаяние при бессилии победить свою страсть его бы заставило самого оставить священнослужение). Страшно другое – очевидное отсутствие единственного основного свойства христианина – любви, более того, активное генерирование зла и укорененность во лжи (что всегда сопутствует одно другому). Могут возразить – Церковь составила единственный внешний критерий пребывание в её лоне – правоверие; остальное дело суда Божия. Но что такое правоверие, кроме, в конечном итоге, веры во Христа как в Сына Божия? Все остальное – исторические наслоения, зачастую очевидно противоречащие Евангелию, и потому, однозначно, не от Духа Божия. Однако: «и бесы веруют, и трепещут» (сколько темных сект, вроде Богородичного Центра, исповедуют веру во Христа!). И что вера без любви? - «Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, - то я ничто». Без любви вера во христа не есть вера во Господа нашего Иисуса Христа, но некая обманка, этакий этнически замаскированный Кришна; да не вера ли в антихриста? И вновь замкнутый круг (даже круги) – кто может взвесить сердце другого, измерить его любовь? Взвесить – нет. Но если есть очевидная антилюбовь? А судьи кто, кроме Господа?
А самое страшное – полная разделенность церковного благочестия и не только христианской любви и духовности, но просто – элементарной нравственности. Вот служащий на моем приходе юноша. Он пришел сюда после отказов нескольких священников, купленный с задачей делать подлости (собственно, с этой задачей Питирим его рукоположил). И он делает – клевета, доносы и пр. И при этом по настоящему благочестив: скромен, тих, работящ. Служит благообразно, усердно, доброжелателен и скромен с людьми. Поучает и наставляет очень благочестиво, в духе святоотеческого учения. Люди ходят на службу, привыкают к нему и по-своему принимают (и это правильно, нельзя культивировать отрицательные эмоции), некоторые смущаются тем, что я столь упорен в «обидах», и в этот храм не хожу сам и детей не пускаю. А ведь не в обидах дело, ведь первоначально было множество с моей стороны попыток примирения. На все ответ – подлость. И я не могу понять, как себя вести. Я ведь знаю достоверно, «по плодам», что он подлец. Но не могу же я об этом говорить вслух; кому и какая с того будет польза? А не хожу в этот храм я потому, что не ощущаю себя с ним в одной Церкви; лицемерить же не могу. Вот на Введении был в соборе, добился от архиерея Причастия. Но там все откровенно – он меня ненавидит, и того не скрывает. А тут – все так благочестиво, и в этом нестерпимо мерзко… Что мне делать с этим чувством – я не могу чувствовать себя в одном Теле с поддонком (вопрос не в «больном члене», вопрос в иноприродности члена), и не уверен в том, что это только моя слабость. Но и не уверен в обратном. Так нужно в том разобраться!
И еще один вопрос: о деньгах. Как сей факт ни банален и «недуховен», но никуда от него не денешься: материальная обеспеченность (особенно в условиях семьи) исключительно важна для устроения полноценной жизни. Пресс материальных проблем может раздавить почти все. Образование, здоровье, элементарные бытовые условия жизни, психологическая атмосфера – все крайне зависимо от финансовых условий. В этом для меня также есть некоторая религиозная проблема. То есть, я как-то пониманию, чувствую (или только думаю, что понимаю) возможность «раздав имение, следовать за Христом» для человека одинокого и призванного к аскетической жизни. Однако таких то абсолютное меньшинство – и ведь не только же они идут тесными вратами!
Так что же? Факт: в Писании, как кажется, а более в Предании, присутствует некоторое гнушение материальной обеспеченностью. Не создает ли это немалое поле деформации в церковной жизни? Все стремятся к богатству – архиереи, монастыри, приходы – и лицемерно говорят о греховности денег, имения. Конечно, когда из денег или имущества творится кумир, это беда. Но не та же беда (а то и горшая) – кумир из выхолощенного духовно обряда, или из властных интересов в церкви? Да и простой факт – чтобы реально кому-то помочь, надо иметь для этого возможность. «Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: 'идите с миром, грейтесь и питайтесь', но не даст им потребного для тела: что пользы?»(Иак.2.15,16)
И вот еще что: столь драгоценная нашему сердцу свобода – опять же парадокс – в немалой степени зависит от материальной обеспеченности. Да, внутренняя свобода всегда с нами. Но все-таки свобода тюрьмы – это особый подвиг. А вот свобода от епархиальных дрязг и от политической грязи, от тягостного места пребывания или нелюбимой работы, да и многое другое – все в решающей степени зависит от наличия денег.
Еще странное на первый взгляд для христианского сознания наблюдение: сейчас (во всяком случае, в нашей стране) люди обеспеченные статистически более благонадежны для вступления в область религиозной жизни, чем бедняки. Богатые более образованы, их интересуют вопросы, лежащие за пределами повседневного быта, в религиозной жизни они более пытливы, активны и глубоки. Они энергичны и динамичны, они не отягчены постоянным раздражением и обидами на условия жизни. Среди них я встречаю людей, хотя иногда и жестких, но в основе своей исключительно порядочных, часто добрых и, по-своему, самоотверженных. (Конечно, еще раз подчеркиваю именно статистичность этого наблюдения, т.е. я говорю о видимо большем проценте таких людей в своей социальной группе. Понятно, что это никак не умаляет существования во всех смыслах замечательных людей и среди других социальных групп). И именно такие люди могут активно и в то же время рассудительно оказывать помощь неимущим. Вот такой «гимн» богатству! – в своем стремлении очистить свою веру от шелухи обманок и бессмысленных условностей, я нередко перегибаю палку, и, «проламывая» устоявшиеся шаблоны, изобретаю нечто эпатирующие людей традиционно благочестивых. Пугаю свою бедную матушку то разговорами о духовном примате семейной жизни, то о вреде благочестия, а теперь – о пользе богатства. Но надеюсь, ты меня понимаешь. Противно лицемерие – почему бы не говорить правду? Противна общепринятая форма «воцерковленного» общения: говорить неким благочестивым шифром, намекая на свои потаенные желания, но не в коем случае в них не признаваясь. Впрочем, главный для меня в этом вопрос – некоторое смущение относительно евангельского требования «материального безбытия» для членов Церкви. Вот «первохристианский коммунизм» - от Христа ли он? Или уже описанное в Деяниях было ошибкой, от неразумного усердия, чего немало в истории и апостолов, и Церкви? Так, например, считает мой друг о.Олег Чекрыгин (он писал в Новой газете статьи в защиту Адельгейма; Климент осенью его лишил сана). Может быть, он и не неправ? Вот в общине Христа всегда с Ним ходили два десятка ближайших учеников и спутниц, а десятки других верных учеников не оставляли имения (как потом делалось в первоапостольской Церкви), а продолжали жить в семье. Важно понять это для того, чтобы правильно расставить акценты, иначе энергия борьбы с грехом канализируется в пустоту. Да здесь и очевидная пастырская проблема. Так что с интересом жду твоего мнения.
А сейчас расскажу, как причастился на Введение. Приготовился к Причастию. Служил Питирим. Впервые в заштатном состоянии я появился перед ним. Он был прямо вне себя, трясся и что-то бурчал, ругался, что не видит во мне покаяния. Попытался не допустить к Причастию по причине того, что я к нему «не захожу поговорить» и отсутствию видимого покаяния. Я спросил его прямо, отлучает ли он меня от Причастия. В ответ: «Уйди, отойди». Я пошел, снял облачение и спокойно стоял до конца службы. Причастив всех служащих иереев, Питирим постоял-постоял, и говорит мне: а ты исповедовался? Я – Да. Он – Два года назад? Я – десять минут назад. У кого??! -У о. Валентина Сехи (старейший и заслуженнейший священник епархии, всячески Питиримом гонимый). Питирим вздохнул – Ну облачайся. Так я Причастился. Скажешь, с искушениями? Да нет, я вновь ощущаю себя блаженно плавающим в океане заштатной свободы. Питирим на меня голос повышал: Уйди! – А я совершенно спокоен, на все Божья воля; ну так что Питирим, что он мне сделает? А Питирим – Ты чего смеешься?! – А я: «Да я не смеюсь, просто улыбаюсь. У меня ведь все хорошо». И честное слово – действительно хорошо на душе; как подумаю, что теперь не касаются меня все эти дрязги, прямо сердце от радости замирает. И причастился радостно и мирно. И еще приятно – и священники, и люди в соборе встретили меня с радостью. Батюшки обнимали на глазах Питирима, в соборе десятки людей бросились благословиться; те, которых я и не видел никогда, говорили слова поддержки, говорили, что молятся за нас. Слава Богу!

О, батенька, не обиделся ли ты на что? – уж очень краткое письмо ты прислал. М.б. тебе показались как то высокомерными мои слова о занятости (мол, мне не до тебя)? Прости, если это так прозвучало. Я только хотел таким образом извиниться за возможные задержки с ответами. Однако, видишь, сам сел писать раньше получения письма от тебя. Отвечаю на твое письмо кратко, только по поводу Бермана, т.к. хочу завтра и отослать с оказией. Обновленческую тему просмотрю внимательно, хотя, как я уже писал, меня более интересуют обновленческое движение начала века, и о них я читал с интересом. О епископе Луке книгу, пожалуйста, пришли; как уж получится, прочитаю. Дети мои с интернетом помощь слабая – Саша живет с нами, и связи, соответственно, как и мы, не имеет, а Илюшка настолько занят нашими же заданиями, что и то успевает процентов на 70, не больше.
А относительно Бермана – хрен разберешься в этих делах. С одной стороны, скандал по поводу освящения, по моему, надуманный. Чего только не происходит в церкви, и есть вещи бесконечно более страшные. Конечно, нужно знать местное идеологическое поле, чтобы вполне адекватно оценить языческий характер монумента. Но, думаю, тут есть некоторая натянутость – все таки смысл культа не в объекте поклонения (а у язычников таким объектом могли быть солнце, луна и пр. – что же, от того они осквернялись?), а в сакральном отношении и поклонении твари как Богу. Было ли тут это? Сомневаюсь. А само по себе изображение женщины-матери - что в нем плохого? Если освящаем супермаркеты, то почему бы не освятить и такой памятник? Впрочем, я только со стороны, и потому очень условно, могу иметь суждение о том. Но в любом случае – что-то есть тут от борьбы с ИНН. Борются с третьестепенным внешним фактором, поглощая велблуда чудовищных деформаций церковной жизни. Так что, думаю, у о. Андрея – и в том его как раз обвиняют критики – были некие свои причины выступить против архиерея. К сожалению, в присланных тобой материалах практически не слышно его голоса – кроме косвенных сообщений, да официального обращения общины в начале. М.б. это и личные амбиции, а м.б. есть на то и самые веские причины. Думаю, одна причина есть всегда и у всех нас – то, что архиереи, отринув Христа, обратили епископское служение в княжескую власть, и весь народ превратили в холопов.
С другой стороны, что скажешь о всех певцах (хоть какой нации) архиерейской святости? – насмотрелись мы таких вблизи. Или это добрые, но очень наивные люди, или … В том мраке архиерейского насилия над Церковью Христовой, если и не говорить правду, то лучше уж молчать. А то это похоже на восхваление доброго и честного секретаря обкома во мраке советского беспредела; и такие были (конечно, как редчайшее исключение, ибо путь шел по головам), но о том ли следовало говорить честному человеку?
А антиминс… Не знаю. Я не верю в людей первого и второго сорта пред Богом (священников и мирян) – см. Афанасьева. Я не верю в благодатную силу бандитских прещений. Но и покупать антиминс я не готов. (Предположение моего друга – а не «подставка» ли эта объявление?)
Я думаю, нужно еще во многом разобраться в себе и в Церкви. Очевиден бред нашей жизни, и корни его слишком далеко тянутся. Обрубить все? Но и протестантизм показал свою несостоятельность как живой Церкви Христа. Вразуми, Господи!
Хотелось бы услышать самого Бермана. Попробую послать ему эти материалы с просьбой прокомментировать. Посмотрим.
У меня вернулась «память» в компьютер. Потому, как и обещал ранее, вышлю информацию о проблемах воскресной школы (видимо, перекликающиеся с твоими), и о нашей литургической школе (отстрелянной Питиримом). Это доклад, прочитанный в 2002 году на конференции о семье в Киеве, и тезиса доклада к той же конференции 2003 года.
Еще раз прости, если как-то тебя задел. И, надеюсь, разномыслие в каких-либо вопросах не может быть препоной в любви о Господе.
Поклон Яне, деткам поцелуй. Твой о Господе – св-к Михаил.
10.12.03. "

  • 1
Читаю, читаю, и понимаю, Михаил Шполянский задал нам такую планку общения, что после ознакомления с письмами, рука не подымается писать свои каракули. Вопросы которыми он задается, поставлены таким образом, что ответы напрашиваются сами по себе. То, что я понимал, но немог понятно изложить, сделал о. Михаил. Он таки стал ГРАЖДАНИНОМ ВСЕЛЕННОЙ. У него получилось!

Хорошее письмо. Нечто подобное писал и периодически пишет мне мой друг - заштатный иеромонах.
Даже удивительно. Люди совсем разные, а мысли очень схожие. У тех, кто хочет только Христу служить.

----внешний критерий пребывание в её лоне – правоверие; остальное дело суда Божия. Но что такое правоверие, кроме, в конечном итоге, веры во Христа как в Сына Божия? Все остальное – исторические наслоения, зачастую очевидно противоречащие Евангелию-----

Очевидно-противоречащие?!
Это какой догмат, интересно, очевидно противоречит Евангелию??!!

Перевожу на русский, как понял сам.
Принадлежность к Церкви не спасает, спасает только одно - вера во Христа как Сына Божия, Слова вополтившегося.
Эту банальную истину отгадал ещё Лютер, а мож и до него кто был...
Всё остальное - это надо полагать, иконы, обряды, требы, каноны, и прочее.

  • 1