kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Categories:

Паки о смущении и возмущении в нашем православном обществе...

Многолетняя сиделица Королевства Церковных Зерцал
и соработница митрополита Питирима Нечаева
на ниве духовного просвещения,
достопочтенная regenta:

"Entre paréntesis
Как и ожидалось, после «исторической встречи на Кубе» немалая (что радует) часть православной общественности оправилась от шока и объявила визит г-га Гундяева «вероотступничеством».

Однако вероотступниками, господа, могут быть только те, кто имел веру. А здесь на нет и суда нет. Человек, изначально не имевший никакой веры, поехал к авторитетному в мире человеку (и, к тому же, главе государства Ватикан) решать какие-то свои дела (или, что ещё позорнее, выступая в качестве порученца российского, так сказать, президента, при котором король нанопыли состоит, судя по всему, мелким курьером). И какое отношение это имеет к самой по себе экклезиологии?

Казалось бы, никакого, если бы не ряд обстоятельств. Во-первых, ещё только предстоявшую встречу благословил раввин Зиновий Коган, вице-президент Конгресса еврейских религиозных общин и организаций России (хотя, по логике вещей, ему-то до этого какое дело?), и, во вторых, вызывает, мягко говоря, смущение сам текст декларации, которая была тщательно проанализирована некоторыми сетевыми зилотами, с которыми по сути я не могу не согласиться, но добавлю свои соображения.

Во-первых, в этой филькиной грамоте настойчиво употребляется выражение «наши Церкви». Вы спросите, какой в этом криминал. Объясняю. Выражение «наши Церкви» органично звучит в устах историка или культуролога, но никак не епископа, а тем более столь высокого ранга. Почему? Потому что как католическая, так и православная экклезиология (каждая — со своей стороны) признаёт существование лишь своей Церкви как Церкви истинной и, так сказать, полноценной, по отношению к которой все другие «Церкви» являются, так сказать, дефектными, неполноценными. И католическая экклезиология, несмотря на весь свой видимый модернизм, от этого положения не отступала и отступать не собирается, хотя из дипломатических и тактических соображений старается этого лишний раз не афишировать. И правильно делает, замечу я от себя, потому что отступать от собственного фундаментализма, в угоду веяниям моды, — это, прямо скажем, совершенно невозможное паскудство.

Почему папа Франциск согласился на формулировку «наши Церкви»? — Потому что он, в первую очередь, миссионер — как по своей принадлежности к обществу Иисуса, так и по общей миссионерской направленности католицизма. А главный постулат миссионерского католицизма (а особенно католицизма иезуитов) — не спорить с аборигенами и не ломать их (дикарских, может быть) привычек. Католический миссионер, проповедуя африканскому племени, не видит ничего зазорного в том, чтобы носить на голове традиционный головной убор с перьями или даже ходить голым, если того требуют традиции племени. Это называется «инкультурацией».

Не сомневаюсь, что и в данном случае Франциск отнёсся к своему дефектному «брату» как к такому вот дикарю (разве что без перьев на голове) и потому, не глядя, подписал заблаговременно составленную крючкотворами декларацию («Если таковы традиции аборигенов — подписывать всякую пустопоржнюю брехню, то почему бы не подписать?»). Правда, он, разумеется, совершенно не собирался проводить инкультурацию этого дикого племени, потому что у него едва хватает времени и сил спасать Европу и другие номинально католические территории от бремени того идиотизма, в котором они оказались, что он делает, на мой взгляд, очень даже неплохо, действуя, в том числе, и безошибочным, в данной ситуации, оружием юродства.

Да, но вот так называемая «православная сторона», представленная на этой встрече самыми настоящими дурилками картонными, похоже, действительно верит в то, что написано в этой, с позволения сказать, декларации неизвестными писаками (полагаю, из ведомства уже упомянутого раввина Когана), — верит в то, что действительно существуют «две Церкви» (а не одна — единая и соборная) и что их действительно можно как-то «объединить», хотя даже ежу понятно, что разделённая Церковь — это абсурд, противоречие в терминах.

И вообще: слово «единство» в этой «декларации» употребляется с такой изнурительной частотой, что становится понятной её целевая аудитория — общество даунов, которые неспособны понять никакую мысль с первого раза и которым поэтому нужно повторить её по крайней мере дюжину, если не сотню раз.

Из так называемой декларации явствует, что дорогу к так называемому единству проложили христианские мученики обеих конфессий, что, разумеется, нельзя не признать аргументом, во-первых, кощунственным и, во вторых, рассчитанным на идиотов. С глубочайшим уважением относясь к памяти многих католических мучеников (прежде всего испанских и мексиканских), могу со всей авторитетностью, в данном случае, сказать, что они, разумеется, умирали за Христа, но одновременно — за католицизм и за папу. А православные мученики тоже, конечно, умирали за Христа, но одновременно — за Православную Церковь, а не за экуменизм, не за мифическое «единство» и не за какие-то «мосты», концепция которых была, судя по всему, разработана в ведомстве раввина Когана, потому что только там, разумеется, могут позволить себе такую пакость — спекулировать памятью мучеников как с одной, так и с другой стороны.

Можно было бы высказать ещё ряд соображений по поводу вышеупомянутого подтирочного листка, от которого, конечно, можно было бы отмахнуться, если бы факт его подписания не приводил бы к смущению и возмущению в нашем православном обществе, что, к несчастью, чревато ещё одним расколом, который был бы неуместен в любом случае, а сейчас — тем более".
http://regenta.livejournal.com/903744.html
Tags: regenta, Кирилл Гундяев, Осень патриарха
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 145 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →