?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Поповская жизнь и судьба...
Простите
kalakazo
Еще одни поповские слезы – в защиту отца Алексия Агиевича
я уже публиковал открытые письма здесь и здесь.
Сей материал от 6 сентября 2016 года:

"Новозыбковский священник Алексей Агиевич не может получить российское гражданство даже с медалью «За возвращение Крыма»

1 537 жителей Новозыбкова подали прошение владыке Клинцовскому и Трубчевскому с просьбой не отправлять из города священника Алексея Агиевича в отдалённое село. Сам протоиерей родом из Крыма, уже два с половиной года он тщетно пытается получить российское гражданство и находится под угрозой депортации.
Как уже писала «Брянская улица», жители Новозыбкованаписали обращение к епископу Клинцовскому и Трубчевскому: они просят не переводить из храма Рождества Пресвятой Богородицы в другой приход протоиерея Алексея Агиевича. Священник, прослуживший здесь полтора года, так пришёлся по сердцу местным жителям, что расставаться с ним они категорически не желают.
Отец Алексей — прекрасный проповедник, его любят дети, прихожан за время его служения в новозыбковском храме явно прибавилось. На великие праздники в Людкове (частный сектор города) всегда многолюдно, говорят местные жители. И почему так с ними, находящими поддержку и утешение в церкви, поступают? Люди недоумевают.
Случай, согласитесь, не рядовой – церковь выносить сор из избы в мирскую жизнь никогда не желала и охраняет себя от стороннего любопытства, пожалуй, более ревностно, чем светские ведомства. И чтобы население выражало недовольство решением церковного начальства открыто, а не принимало его с христианским смирением – такое в Брянской области случается нечасто. Но что ещё более удивительно — открыто выражает непонимание ситуации и сам служитель церкви, ищущий ответы на вопросы: «За что?» и «Почему?». «Брянская улица», по просьбе новозыбковцев, попыталась разобраться в ситуации.
«Мировой» храм
Храм Рождества Пресвятой Богородицы – старейший в округе. Первые упоминания о нём в архивах датируются 1 750-м годом: 385 прихожан-мужчин и 365 женщин. В 30-х годах 20 века село Людково стало частью Новозыбкова, а простонародное называние – «людковский» — так в ходу и осталось.
В годы гонения на церковь при советской власти храм на удивление выстоял и даже не был приспособлен, как сотни других, под склад, больницу и т.д. Его почему-то просто не трогали. Не пал он и при фашисткой оккупации в годы войны. Своё дело за них сделало время: деревянное здание ветшало, местные жители потихоньку растаскивали всё, что могло пригодиться в хозяйстве. И даже то, что с 1979 года церковь считалась объектом историко-культурного наследия и теоретически была взята под охрану государства, никаких попыток привести в порядок разрушающееся на глазах место культа никто не делал.
Храм ветшал, пока в 2000-х годах за дело не взялись две местные уважаемые в городе активистки – уличком улицы Дыбенко, где находится храм, Анна Абросимова, и чуть позже — Валентина Качанова.
Деятельные новозыбковчанки, при поддержке на тот момент городского депутата Ивана Нестерова, взялись за дело. Восстанавливали храм всем миром, буквально по крупицам. Дело шло с большим скрипом, иногда со слезами: сами собирали пожертвования, сами договаривались со строителями, сами охраняли стройматериалы.
В итоге деревянная церковь приняла практически первозданный вид. Постепенно пополняли внутреннее убранство, водрузили на звонницу колокола. Иконы несли из своих домов жители. Правда, особенной благодарности от духовной братии так и не дождались: ни грамоты, ни благодарственного письма — даже «спасибо» им сказали нехотя. Православные «активистки» и их помощники смирились на том, что делали ради Бога и для людей, а не за похвалу.
В 2009 году ещё в недостроенной церкви здесь прошло первое богослужение, а в начале 2012 сюда прислали настоятеля – иеромонаха Иоанна Скабара. Приняли его местные в распростёртыми объятьями – после долгих лет ожиданий, говорили, Господь услышал их молитвы.
Но, как бы странным ни казалось, зажить спокойной жизнью у церкви и её ревностных прихожан не получилось. Не везёт людковскому храму на священников с момента его возрождения. К самим клирикам претензий нет – сами батюшки вполне устраивали большую часть прихожан. А то, что они обычно задерживаются в приходе ненадолго — людей настораживает и угнетает.
Спустя непродолжительное время Скабара снова вернулся в монастырь. В 2013 году на его место из Сергиева Посада пришёл совсем ещё молодой отец Антоний Железнов. «От него будто свет исходил», — рассказывает Наталья Абросимова, дочь Анны Абросимовой, также помогавшая своей матери в восстановлении храма.
Но и он недолго радовал новозыбковцев – уже в начале 14-го он так же внезапно огорошил прихожан новостью о том, что покидает приход.
Повторно возглавивший приход Скабара, снова вскоре освободил его в середине 2015-го: отправился нести послушание в Карачевский монастырь.
Вместо него на посту недолго пребывал иерей Иоанн Цыганок, а затем уже, после прихода в Клинцовскую епархию нового епископа, руководство людковским храмом перешло к Владимиру Похожаю, благочинному Новозыбковского округа.
Именно при Иоанне Скабара в апреле 2015-го в храм и командировали священником протоиерея Алексея Агиевича, того самого, за которого сейчас так отчаянно сражаются жители Новозыбкова.
«В Крыму — чужой, Брянщине — чужой. А где я свой?»
Уроженец города Евпатории отец Алексей прибыл на Брянщину в конце 2013 года по приглашению владыки епископа Клинцовского и Трубчевского Сергия Булатникова из Херсонской области, где нёс послушание в Свято-Андреевском кафедральном соборе в Новой Каховке. Предложение, рассказывает Агиевич, принял воодушевлённо: на Украине — майдан, русофобские настроения зашкаливают, во всю развернулись гонения на «русских попов».
Прибыл Агиевич не на пустое место: ему, выпускнику Одесской духовной семинарии и Киевской духовной академии, тут же дали приход – Воскресенский Собор в Почепе, доверили вести просветительскую работу в Клинцовской епархии. В перспективе обещали повысить до благочинного. В общем, приезжий священнослужитель оказался не последним человеком. Авторитета добавляло и доверие жителей.
Год протоиерей провёл в относительном спокойствии – напрягали лишь хлопоты о гражданстве, о котором Агиевич начал печься со дня приезда. По роковому стечению обстоятельств, «Крым наш» стал только через три месяца — в марте 2014-го — после прибытия протоиерея в Россию. Его родители, оставшиеся в Евпатории, стали россиянами автоматически с присоединением полуострова, а вот сам отец Алексей так и остался гражданином Украины.
За подопечного хлопотал и клинцовский и трубчевский владыка Сергий, обращаясь, в частности, в управление миграционной службы и даже к главному федеральному инспектору Леониду Соломатину. Но дело стопорилось. И уже сам Агиевич подозревает в этом чей-то злой умысел, правда, назвать виновника не может – говорит, что даже не догадывается, кто именно и зачем так упорно ставит ему палки в колёса. Но то, что его фактически выживают из России, не сомневается.
Гром грянул в самом начале 2015 года, аккурат сразу после перевода владыки Сергия на службу в Великие Луки. 4 января митрополит Александр объявил настоятелю Воскресенского собора, что освобождает его от должности. И уже на следующий день почепский благочинный Виталий Кругликов вручил отцу Алексею указ, в котором говорилось, что тот выводится за штат из Клинцовской епархии без права служения в ней, пока того не разрешит митрополит. Причина указана не была.
Агиевич недоумевает от этого решения до сих пор – он так и не услышал перечисления своих повинностей от начальства.
— Даже приговорённому к смертной казни дают последнее слово, — рассуждает отец Алексей. – А мне не сказали ничего. Только то, что на меня якобы были какие-то жалобы. От кого? за что? — покажите! Владыка Александр до сих пор не принимает меня, сколько я ни просил.
После увольнения Агиевича к президенту Союза общественных и благотворительных организаций России Сергею Лынкину с открытым письмом обратились две жительницы Клинцов . В нём описывается, как выдворялся «ревностный священнослужитель, ученый муж и прекрасный проповедник, «внимательный к другим людям человек», которого, помимо прочего, попрекнули «не тем» гражданством. Заявительницы эмоционально предполагают, чем же так ополчил против себя духовную братию на Брянщине Агиевич:
«Появление такой яркой фигуры, конечно же, вызвало настороженность прочих коллег, неэнтузиазных, завистливых личностей. Сразу же на главного героя нашего письма были обрушены все силы ада. Грязные сплетни, откровенная клевета, порочащая честь и достоинство кристально-чистого человека, убивали его морально <…>. Один из маститых протоиреев восклицал на всех перекрестках, что, мол, «бендеры» захватили собор. Но здесь нужно дать ремарку, что протоирей Алексей Агиевич по национальности белорус, и прибыл на Брянскую землю с полуострова Крым, где и родился. Мы до сих пор удивляемся терпению и стойкости нашего батюшки. Педофил, извращенец, ворюга, бандит — вот те ярлыки, которые вешали на него. Ну а где основания, доказательства всем этим клише? Где? Агиевич неоднократно пытался прибегнуть к услугам адвокатов и работников сыска, которые бы досконально расследовали бы все нюансы? в чём его обвиняют. Начальство епархии категорически запретило совершать данные действия».
Также в письме написано, что во всеуслышание, дабы успокоить возмущённых решением прихожан, на Рождественском богослужении епископ Александр сообщил, что Агиевича разыскивает Интерпол. Правда, пишут его сторонницы, это сообщение вызвало лишь смех. (мы проверили сайт Интерпола — Алексей Агиевич там в розыске не значится – ред.)
Позже, в ответ на это письмо, по словам прихожан, отец Александр Дроздов открыто обвинил Агиевича в смерти своего тестя — почепского благочинного Виталия Кругликова. На обвинения отец Алексей заявил «Брянской улице», что к гибели Кругликова никакого отношения не имеет, тем более умер тот через месяц после ухода, сразу после празднований в честь рождения своей внучки, 2 февраля.
А вот как прокомментировал письмо иеромонах Иустин, знавший Агиевича по службе на Украине.
В январе отправленного «на пенсию» Агиевича приютила жительница почепского посёлка Первомайский, староста сельского храма Воздвижения Креста Господня Тамара Варчукова — отец Алексей, ещё будучи настоятелем почепского храма, покровительствовал сельской святыне и собирался принимать участие в её восстановлении. Она же иответила на все обвинения Александра Дроздова , попутно рассказав о злоключениях уже после «изгнания».
Как рассказывает Агиевич, когда после просьб брянский епископ Александр не удостоил его аудиенции, иного выхода, как просить помощи у патриарха Кирилла, не нашёл — отправил обращение. Через некоторое время просителя вызвали в Брянскую епархию. Секретарь епархиального управления предложил написать «жалобщику» раскаяние за то, что «прыгнул через голову», дерзнув потревожить главу РПЦ.
Взамен Агиевичу милостиво разрешили остаться, отправив устным распоряжением служить в Новозыбков командированным священником храма Рождества Богородицы. Без права читать проповеди и совершать основные обряды – крещение, венчание, отпевание.
— Было такое ощущение, что меня старались всеми силами оградить от общения с людьми, — говорит протоиерей.
Но и это, как оказалось позже, стало для Агиевича далеко не самым удручающим моментом службы в Новозыбкове. Уже более года, что он находится в командировке в храме, помимо службы, он только и занимается тем, что отбивается от претензий миграционной службы и обивает пороги суда. Процедура получения гражданства, называемая упрощённой, оказалась для него крайне сложна.

В Новозыбкове Агиевичу выдали разрешение на временное проживание
Вечером 14 января 2016 года в служебное помещение при храме нагрянули три сотрудника местной миграционной службы в гражданском. Помахав корочками, они заявили, что проводят проверку, сверяя фактическое место проживания с регистрацией.
Ранее, как пояснил корреспонденту «Брянской улицы» Агиевич, регистрировать в доме при церкви благочинный Новозыбковского округа Владимир Похожай отказался, посоветовав искать помощи у прихожан. Проживающие рядом с храмом супруги Качановы своего батюшку зарегистрировали и выделили комнату.
Однако объяснения Агиевича, что его застали не по месту регистрации, а на месте рабочем, внезапных ревизоров не удовлетворили. Далее события развивались так:
— Сотрудники потребовали написать под диктовку искреннее раскаяние, — рассказывает отец Алексей. – В том, что я не проживаю по месту регистрации. Я воспротивился, однако мне объяснили, что отказ будет расценён как неподчинение и на меня составят ещё один протокол. А это – автоматическое выдворение из страны. Под таким моральным давлением мне пришлось подчиниться.
И тщетно священник доказывал, что застать его по месту регистрации можно далеко не всегда. В таком случае, говорит Агиевич, ему можно было с тем же успехом предъявить обвинения, когда он вёл службу в другом храме.
В итоге священника автоматически сняли с регистрации у Качановых, потребовав зарегистрироваться там, где его и застали «миграционщики». Забегая чуть вперёд поясним: церковный домик, где он находился 14 января, прописаться удалось позже – когда выяснилось, дом этот имеет отношение к церкви лишь номинальное, а фактически он принадлежит муниципалитету, и испрашивать разрешение нужно не у благочинного, а у городских властей. Чиновники пошли Агиевичу навстречу.
Но январская история с «не той» регистрацией на этом не закончилась. На 8-й день после выписки Агиевич снова был вынужден прописаться… у Качановых. И тут на гражданина Украины, как на злостного нарушителя законодательства, бдительные «миграционщики» выписывают ещё один административный протокол – за то, что не уложился в неделю.
Уже позже в суде Агиевичу удалось доказать нелепость второго протокола – в законе идёт речь о рабочих днях, а вот ретивые инспекторы срок вели по календарным дням, без учёта выходных. Но первая «административка», за «неправильную» регистрацию, так на священнике и висит. Ещё одно нарушение – его могут просто депортировать.
— Это какой-то нонсенс, — говорит отец Алексей, показывая кипу бумаг. – Я приехал служить, быть пастырем, но не имею гражданства страны, где я служу. Это все равно что быть капитаном без корабля. Я только и занимаюсь перепиской с ведомствами. В апреле мне отказали в гражданстве, сославшись на этот протокол. Теперь подавать заявление я имею право только через год. Постоянно находиться под угрозой депортации – это большой моральный груз. Получается: я – чужой на Брянщине, чужой – в Крыму. И где я свой, уже не знаю.
Не знает Агиевич, кто же с тем же упорством и методичностью выживает его и из Новозыбкова руками миграционной службы. И на слухи опираться тоже не желает.
Хотя одну персону он всё же обозначил. Дважды во время службы в райцентре, по слов отца Алексея, на «беседу тет-а-тет» к нему приезжал советник губернатора по делам религии Сергей Гавриков, настоятельно советовавший возвращаться «понаехавшему» на Украину. И даже медаль «За возвращение Крыма», вручённая Агиевичу Николаем Дениным, по ходатайству тогда ещё епископа Сергия, спасением от нападок чиновника священнику не стала.
К сожалению, получить комментарии у самого Гаврикова оперативно не получилось — «Брянской улице» день за днём не удаётся застать его по рабочему телефону.

Сергей Гавриков — крайний слева
Неосведомлённость, смирение и деликатность Агиевича, впрочем, не мешает строить свои догадки местным жителям. Не один раз в разговоре корреспондента «Брянской улицы» с прихожанами звучало имя местного благочинного Владимира Похожая, который, по их мнению, крепко держит свой округ. Матушка – регент, оба сына — священники. Крепкий семейный подряд, что для церкви совсем не редкость.

Серафим Похожай
Старший сын, 33-летний Серафим успешно совмещает службу с ритуальным бизнесом в райцентре с 40-тысячным населением. Ещё один приход в крайне прибыльном деле лишним не будет, а вот лишний человек там совсем не нужен – так выражали свои соображения «Брянской улице» знакомые с ситуацией горожане. Тем более, когда возведение храма уже практически завершено, и не надо ходить «с шапкой по кругу», выпрашивая помощи, как это было в начале строительства.
Кстати, семейственность была сильна и в Почепе – с благочинным Виталием Кругликовым служил не только зять, но и сын. И история с «изгнанием» практически повторяется.
Только сейчас – то ли «неведомые силы» мягко стелют, то ли готовятся к очередному маневру – всё проходит немного по-другому сценарию. Громких заявлений об Интерполе никто не делает, из епархии не выгоняют — епископ Клинцовский и Трубчевский Владимир всего лишь «перебрасывает» отца Алексея вторым священником в храм села Бобрик Погарского района с 315-ю жителям. Для пастыря с университетским образованием – это всё равно что опытному врачу, который может излечить сотни пациентов, поменять больницу на сельский ФАП.
Но приказы начальства, как в армии, не обсуждаются, говорит Агиевич. Тем более выхода у него и нет: может, и рад бы переехать в другой регион, подальше от не принимающей его Брянщины, да украинское гражданство не пускает.
Держит его и то маленькое место, где он нашёл такую горячую поддержку людей: «Я очень полюбил Новозыбков», — признаётся отец Алексей.
Конечно, не для всех, но для большинства прихожан Агиевич давно стал своим, «народным батюшкой» – им всё равно, соответствует ли регистрация его месту жительства, какое у него гражданство и сколько у него драгоценных камней на кресте.
Все свои мысли они и отразили в обращении к владыке Владимиру, которое отправили с подписями горожан на 28 листах с более чем полутора тысячами подписей. «Но желающих «отдать голос» за отца Алексей нашлось еще 250», — говорит инициатор обращения Наталья Абросимова.
Наталья Ефимовна переживает за своего батюшку, которого обвиняют «без суда и следствия», больше, чем он сам:
— Почему тому же владыке Александру не разобраться в ситуации? Такое ощущение, что его просто обманывает его окружение, рассказывая небылицы об отце Алексее.
В клинцовской епархии комментировали распоряжение епископа Владимира отправить Агиевича в Бобрик однозначно и крайне образно. На вопрос, могут ли учесть мнение жителей, секретарь епархиального управления отец Василий Воликов предложил корреспонденту «Брянской улицы» представить, что он откажется выполнять редакционное задание, приведёт в свою защиту 400 человек и заявит, что не поедет.
– Помните, есть такая старинная американская пословица «Хвост виляет собакой»? Ещё святитель Григорий Богослов говорил «Овцы, не пасите пастырей». Священник направляется туда, где он принесёт бОльшую пользу.
Однако жители Новозыбкова с такой позицией, мягко говоря, не согласны. И хотят как минимум обоснования позиции епархии, которая в диалог с жителями не вступает.
— С одной стороны, мы должны смириться с таким решение, — говорит прихожанка храма Елена Фастова, участница организации «Совет матерей Новозыбкова», — в то же время неясно: почему кто-то всегда решает за нас, что нам так будет лучше? А ведь это судьбы тысяч прихожан! Только мы привыкаем к батюшке, его тут же убирают. И уже хочется воскликнуть: «Да сколько можно?» И такое ощущение, что так поступают только с теми, у кого особое отношение к людям. К отцу Алексею ходят и стар, и мал, и он если не знает лично своих прихожан, то в лицо точно запоминает. Никто у него не обделён вниманием.
И это — мнение не только Елены — обсуждают тему в соцсетях.
— Нам остаётся только надеяться, — добавляет Наталья Абросимова, — что к нам прислушаются.
Надеется на это и сам Агиевич – больше ему ничего не остаётся.


P.S. Во время подготовки этого материала отца Алексея Агиевича вызвали на ковёр. Что сказал ему клинцовский епископ Владимир, у которого он тщетно до этого просил аудиенции, мы пока не знаем. Но обязательно расскажем продолжение истории, у которой, надеемся, будет счастливый конец".

отсюда

  • 1
Правослааавие! Благрухаааание!

Любопытно, что клирики и их прихожанки любят выносить свои разборки с начальством на публику в СМИ и сети.

А вот светские на сей предмет используют институт гражданского суда с исками.

Видать совсем плохо с юридическим образованием у батюшек.
Не изучают в семинариях КЗОТ, а зря ...

Вот приедет барин (епо письмам трудящихся в обком), барин нас рассудит (с)!
О Русь )))!


Edited at 2016-09-07 01:20 pm (UTC)

На КЗоТ можно было бы ссылаться, но что толку, когда зарплаты у попов черные?

Тем более вопиющее нарушение законадательства
- и это не где то,
а в Единой России!

Это что ж получается то - ВВП епископам не указ ???
Бунтовщики ?

Да. Но ВВП в такие мелочи не вникает.

а што бапкам бедным остается?Для церковного суду воне даже не скот,а так,туман утренний.Вот и кричат,как могут))

Помоги, Господи, отцу Алексию..
Мне только вот что непонятно. Вот епископ Александр принародно сообщает, что отца Алексия ищет Интерпол. А вот за клевету на него можно в суд подать? Допустим, кто-то на видео снимал, опять же, свидетели есть.

Священнику вообще "по барабану" земное гражданство. "Наше же жительство - на небесах", пишет Апостол Павел филиппийцам (Флп. 3:20).Евангелисты отмечают, что "жительство" должно быть переведено более точно как "гражданство".
Разделение на народы, это последствие греха. Во Христе нет ни еллина, ни иудея. Так что патриотизм, это полная хрень, противоположная Христианству.

ну тогда и жаниться не надо ни детей ни семьи ни собственности зачем? все там будьте последовательны Мужчины и женчинки тоже не нужны как и патриотизм)))

Прочитала три письма. Что-то тут не то.
Как я поняла, о.Агиевич не женат. И нигде не упоминается, что он иеромонах.
Можно предположить, что он не старый.
Сначала его приняли в епархии, даже настоятелем побывал.
Потом его почему-то не залюбили. Возможно, он отказался от лестных для него предложений "свыше"? Но это так, одно предположение из многих, не без шпильки в адрес архиереев...
Теперь он не в штате. Т.е. свободен в своих перемещениях?
Почему бы ему не поехать в свой родной дом в Евпаторию? к родителям? И там уже спокойно оформить гражданство?
Почему о.Агиевич предпочитает сидеть на шее у пожилой женщины? И ждать погоды у моря?

Сейчас соотечественникам дают гражданство в упрощенном порядке. Условие, насколько мне известно, - трудоустройство и регистрация по месту жительства. Т.е. должны быть работа и дом. Там, где он сидит и чего-то ждет, ничего этого нет. Для чего же сидеть?
Если работы ему не дают, то надо ехать к родителям, добиваться прописки по месту своего рождения и пребывания на большем протяжении своей жизни. Интересно, почему он был выписан из родительского дома и где был прописан после этого?

Если он имеет прописку на Украине, то как оказался на работе в России? Разве украинские епископы, пусть и приписанные к МП, могут его командировать в российские приходы?

Темная какая-то история.
Я уж не буду вдаваться в подробности о свидетельствах активисток о его "кристальной чистоте" после жалкого года знакомства исключительно в "рабочей обстановке" - блистательные проповеди и внимание к людям, планы и обсуждение их...
Маловато будет.
И потом, это сгущение красок и крайности - все местное духовенство, с местным "КГБ" и местной властью окрашены в густой черный цвет, а от о.Агиевича исходит лишь одно сияние и благодать. Как-то не очень,да?
Я сама епископов и чиновников не чту, но в отношении бедного о.Агиевича просто антироссийский заговор выходит...



Ссылка на меня не по делу, я мог свидетельствовать только на событиях, происшедших до конца 13-го г., когда о. Алексий пребывал в Херсонской области.

Да, ситуация у него патовая. Надо молиться, чтобы чудесным образом все устроилось.

А Бог не тимошка, видит немножко. В 2013 г. приехал из Крыма в Россию. Потом получил медаль за возвращение Крыма, а значит, в 13 году был завербован, а в 14 поехал участвовать в ФСБшной движухе.
Зачем же обижаться, что попал под колеса попа-деспота, без прав и с опороченным достоинством? Это русский мир и есть,во всей красе, он этот мир сам, своими руками привел в Крым. А попробовал-не понравилось чевойта?! Это духовность!

Презики после использования стирали только в Союзе, и то говорят, это легенда. Попользовались-выкинули.

  • 1