kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Category:

16 лет спустя...

Весьма дивный диалог между духовными дщерями
протопопа Геннадия Украинского-Беловолова:


milleran: "Просто удивительно, насколько о.Геннадий искусен. Даже из своего увольнения сумел выжать пиар и бонусы. Почитаешь его - ну просто поруганный святой. Музейщик, образованный священник, гонимый несправедливой властью. Исааккиевский собор ему в компенсацию, не меньше.
Никто не вспомнил, как он поступил со своей женой, запретив ей 16 лет назад переступать порог храма, в котором он служит. Пока он слушал романтичный шум дождя под крышей Леушинского подворья, его жена - оставленная, оскорбленная, вытесненная из жизни мужа его молодой экзальтированной помощницей, бегала по городу в поисках работы, чтобы содержать детей.
Никто не удивлен, что он был настоятелем и единственным священником семи храмов столько лет. Когда я работала у него на подворье, он на двунадесятые уезжал в Сомино, храм Иоанна Богослова был закрыт и никаких служб там не было. В то же время деревенские, имея полноценные действующие церкви, долгими периодами сидели без священника - ни тебе отпеться, ни окреститься, жди, пока о. Геннадия его дела отпустят.
Истинные мотивы своих поступков о. Геннадий никогда не опубликует. Сомино не оставлял, по собственному «келейному» признанию, потому что это богатое село, в отличие от малопосещаемого, но страшно затратного в связи с реставрацией Леушинского подворья. Оно приносило стабильный доход. Да и любит он красивые свои два дома в деревне, красивый старинный храм, природу и сельский покой, простосердечную и душевную паству.
Я свидетель, как ему пришло в голову организовать сестричество. Семейная жизнь наскучила, амбиции зашкаливали - духовные, понятное дело, амбиции. Самые правильные. Впервые у него в руках оказался храм в Петербурге, да еще какой храм! С историей! Он запретил своей помощнице Кате, нынешней инокине Аркадии, встречаться с молодым человеком. Нет, не встречаться. Она всего лишь спросила у него разрешения поехать к о. Иоанну Миронову просить благословения встречаться. Крику было!
«Как! Как тебе посмели предложить ТАКОЕ здесь, на подворье, где бродят тени матушек». Катя помолилась, помолилась, да и смирилась быть монахиней. Сейчас он пишет, что о. Илий благословил ее на монашество. Илий много кого с бухты барахты благословлял, но в данном случае он тут ни при чем.
На подворье 16 лет назад пышным цветом цвело младостарчество. Длиннющие монастырские службы, строжайшие посты по Типикону, откровения помыслов, полное отсечение своей воли в пользу о. Геннадия. Слово «мирской» было синонимом слова «грешный». Любой монашествующий – бог. Все прихожане фильтровались на предмет пользы о. Геннади. Исаакиевский собор, говорите? Если на этом месте нужен продуктивный пиар-менеджер, яркий актер-режиссер одном лице и эффектный ньюсмейкер – лучше о. Геннадия вам не найти".


grunj: "Эх, Катя, Катя... Чем же тебя так обидел о. Геннадий? Тем, что в трудную минуту безденежья по моей просьбе дал работу и платил за то, что, в общем-то, могли бы и во славу Божию другие люди сделать?
Ты врешь нагло, дерзко и по-хамски. Причем по всем пунктам.
Во-первых, батюшка всегда ждал матушку в храме, она поначалу принимала участие во всех делах, достаточно долго. И деньги он ежемесячно в семью приносил, в том числе и после совершеннолетия детей, вплоть до прошлого года. Остальное тоже вранье, но обсуждать чужую семейную жизнь публично ни один порядочный человек не будет, а уж священника - это вообще за гранью. Поэтому данную тему закрываю.
А вот на остальное вранье отвечу.
Когда ты "работала" на подворье, там психдиспансер был. И шел активный ремонт. И несмотря на это, службы совершались регулярно, в том числе и в двунадесятые праздники.
Деревенские "семь храмов" отец Геннадий все, кроме первого, соминского, сам построил, с прихожанами, в том числе и с петербургскими, которые ему помогали по мере возможности и тут, и там. Их, кстати, не совсем 7. Реально действующих храмов 3, остальные в процессе строительства или реставрации и в такой глуши, что спасены как святыни, а на службу физически ходить некому - только кто с батюшкой приедет, те и молятся. А главеое, что все они, кроме первого - соминского, возникли трудами и молитвами о. Геннадия - он ездил по селам и деревням, служил молебны, проводил беседы... Вот потихоньку люди и воцерковились, пожелали свои храмы и с Божией помощью и трудами о. Геннадия построили. Или вдохновлялись заброшенный и разрушающийся храм в глуши ездить восстанавливать.
Стабильный доход там такой, что священника туда найти не могут 25-й год. Уже пять батюшек приезжали, смотрели, и уезжали. Эти приходы, что греха таить, во-многом существовали, а не прозябали, засчет петербургских прихожан о. Геннадия. Там доход от службы не всегда даже бензин до Питера и назад окупает.
Домов у о. Геннадия там нет вообще -личных. Церкви принадлежит полдома - две крошечных комнатки, больше 8 человек за стол не сесть. Второй дом - гостевая изба с топчанами, для паломников.
Ну и наконец последнее, и самое главное.

Никогда в жизни о. Геннадий не запрещал мне ни с кем встречаться. Как раз благословил. Я даже в кино ходила )). А потом поняла, что это - не мое. А ты даже цитату сочинила :))), якобы услышанную. Да батюшка такую полубредовую корявость в жизни не выговорил бы :)) "бродят тени матушек" - это прямо фильм ужасов какой-то :))).
Никогда я не просила у него благословения поехать к старцу Иоанну Миронову - это как раз батюшка каждый год у него бывает, поздравляет. А я, к своему стыду, так и не собралась ни разу - нужды не было. Благословение встречаться мне сам о. Геннадий дал, как я уже писала. Но не пошло. Потом уже просила благословения спросить у старца Илия про монашество.
Службы по уставу служить старались, это единственная правда в твоем посте, есть такой грех у о. Геннадия, да и у меня - люблю уставное богослужение. Полностью не получалось, но уж как могли. А вот постились обычно, как все.
А уж сколько проповедей и статей о. Геннадий написал о семье и важности рождения детей!
Подвиг благочестивых мирян не ниже, и не выше, чем монашеский - просто другой. Так нас всегда учил о. Геннадий.

В общем, судите сами: если про меня все так переврано, то сколько миллиграмм правды в ее словах про его матушку".


milleran: "Привет, мать Аркадия! Повод поговорить выдался не очень, но уж тут ничего не попишешь. Чем меня о. Геннадий обидел? В таком стиле разговор у нас не выйдет, мы не в детском саду. Удручает также ваше фирменное произвольное обращение с фактами. Про 7 храмов написано на сайте leushino.ru в разделе биография настоятеля. Впрочем,для вас давно стало привычкой подгонять реальность и даже Божий промысел под свои сиюминутные потребности. Но это пол-беды. Понимаешь, проблема в том, что вы, за своими многочасовыми службами, тщательнейшим подбором музейных обоев в монашеские кельи и жадной самореализацией совсем позабыли о смысле христианского служения, о том, что главная ценность для христианина - это человек. Матушка пережила настоящую жизненную катастрофу. Стоило ли ли ее горе возрождения храма? Для вас ответ на этот вопрос даже не стоит. У вас, как у иезуитов, - цель оправдывает средства. Ты знаешь, я много размышляю о Леушино - ведь это и моя жизнь, важный ее кусок, воцерковление. Я поставлю сюда кусок моего старого текста.

Мне понадобилось почти 20 лет, чтобы я смогла понять, что на самом деле у нас происходило. Возрождался храм: и не просто храм, а просветительский центр. Работало издательство, курсы церковнославянского языка. Наш батюшка был умен, образован и красноречив. На подворье собрались очень хорошие люди. Мы по-настоящему любили друг друга. Помню, как крановщица тетя Валя принесла мне банку с кашей – для дочки, помню двухэтажные пироги цыганки Раисы. Помню день, когда я оказалась совершенно на мели, хоть кричи, и как нашла в кармане пальто пятьсот рублей. Я до сих пор не знаю, кто их мне пожертвовал, но спасибо ему.
Но было и другое. Мы руками разбирали строительный мусор, арматуру, обломки бетонных блоков – засовывали все это в мешки. Мешки нам надо было вынести со второго этажа. Нам – это трем или пяти девушкам. Это увидела одна из прихожанок – Наталья, взрослая тетка, постарше и поумнее нас. Она подошла к настоятелю и спросила:
- Зачем девчонки у вас таскают мешки? Они же надорвут себе все! Им ведь рожать.
Батюшка тонко улыбнулся:
- Но я же не могу им запретить!
Наталья заплатила солдатам и они вынесли мешки.

Не могу им запретить!
Да, мы были готовы жертвовать собой и не сразу разобрались, что к чему. Понимаете, на то, чтобы сориентироваться, осмыслить духовный путь – на это требуется много времени. Годы уйдут на то, чтобы развести благословение и категорический императив. И то при условии ежедневных мыслительных тренировок. Годы уйдут на то, чтобы опознать противоречие между общим деланием церкви и личным, не всегда корыстным, но личным – тут это слово ключевое - интересом твоего духовного начальника. И это крайне сложно, если единственная защита мыслящего человека – воля, отдана этому самому священнику. Чем сражаться-то прикажете?
Упражнения древних старцев с волей интерпретируются современниками вульгарно. Там явно речь идет не о том, чтобы слюнявым безмолвным манкуртом обслуживать интересы духовника. Отдача воли – это высший риск, духовный экстрим. Он – для исключительных случаев. Для каскадеров с суперподготовкой".

отсюда
Tags: Геннадий Беловолов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments