kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Category:

О наболевшем из первых уст...

Достопочтеный pretre_philippe (священник Филипп П.)
в свете последних событий
призывает вчитаться в актуальные глаголы
профессора МДА и историка Василия Ключевского:


"Из дневниковых записей В.О. Ключевского

Вы хотите подвести канонический фундамент под фактическое обветшалое здание р[усского] церк[овного] управления? Не знаю, можно ли? Это дело церковно-иерархической архитектоники, которая очень поработала над искажением церкви у нас и на правосл[авном] В[остоке]. Мне, как мирянину, руководящемуся лишь голосом своей совести, важен только один вопрос: будет ли канонический фундамент христианским {На полях: После очерка р[усской] ц[ерковной] истории.}.

15 н[оя]бря
Наверное, наши архиереи возразят, что катол[ическая] иерархия вела себя еще хуже. Наша иерархия любит ссылаться на чужие недостатки, большая охотница приобретать праведность {Над строкой: стать праведницей.} чужими грехами. Как вербуется наша высшая иерархия? Люди духовного, а в последнее время зачастую и светского звания, обездоленные природой или спалившие свою совесть поведением, не находя себе пристойного сбыта, проституируют себя на толкучку русской церкви, в монашество, и черным клобуком, как могильной насыпью, прикрывают невзрачную летопись своей жизни, какую физиология вырезывает на их невысоких лбах. Надвинув на самые брови эти молчаливые клобуки, они чувствуют себя безопасными от своего прошедшего, как страусы, спрятавшие свои головы за дерево. Правосл[авная] паства лениво следит за этими уловками своих пастырей и, равнодушно потягиваясь от усердных храмовых коленопреклонений, говорит, лукаво подмигивая, знаем-де. Нигде высшую церковную иерархию не встречали в качестве преемников языческих волхвов с большим страхоговением, как в России, и нигде она не разыгрывала себя в таких торжественных скоморохов, как там же. В оперном облачении, с трикирием и дикирием в храме, в карете четверней, с благослов[ляющим] кукишем на улице, простоволосая, с грозой и руганью перед дьячками и просвирнями на приемах, с грязными сплетнями за бутылкой лиссабонского или тенерифа в интимной компании, со смиренно-наглым и внутрь смеющимся подобострастием перед светской властью, она, эта клобучная иерархия, всегда была тунеядной молью всякой тряпичной совести русского православного слюнтяя.
Христос дал истину жизни, но не дал форм, предоставив это злобе дня. Вселенские соборы и установили эти формы для своего времени, цепляясь за его злободневные условия. Они были правы для своего времени; но не право то позднее узколобие, которое эти временные формы признало вечными нормами, признав учение Христа только случайным началом церковного строительства.

23 дек[абря]
Что такое наше церк[овное] богослужение? Ряд плохо инсценированных и еще хуже исполняемых оперно-истор[ических] воспоминаний. Верующий приносит из дома в церковь куплен[ную] свечку и свое религиозное чувство, ставит первую перед иконой, а второе вкладывает в разыгрываемое перед ним вокально-костюмированное представление и, пережив нравственно-успокоительную минуту, возвращается домой. Затем до следующего праздничного дня он чужд церк[овной] жизни: он -- одинокий верующий. Встреча с соприхожанами в ц[еркви] -- встреча знакомых на улице: никакого общения верующих не бывает в стенах храма. Здесь каждый проверяет только свою совесть своим же собственным настроением, а не совестью собрата во Христе. Он не член ц[еркви], а единоличная церковь, ходит в храм, как в баню, чтобы смыть со своей совести сор, насевший на нее за неделю.
Членам Предсоб[орного] присутствия прежде всего трудно б[ыло] понять друг друга: им оставалось только спросить себя, зачем они тут встретились, для чего созваны.
Для молящейся в соборе публики архиерейские дикирии и трикирии привлекательнее архиереев, чьи руки их торжественно скрещивают.
У высшей иерархии больше власти, чем авторитета. Членам Предсоб[орного] присутствия трудно б{ыло] понять самих себя и друг друга.
(1906 год)".
отсюда


P.S. Из уже ранее процитированного:

"Что-что, а даже в самые синодально цензурные времена
никому не приходило на ум
затыкать уста церковным историкам
с европейской именитостию,
каковым, скажем, и был профессор Московской духовной Академии
Василий Осипович Ключевский.
Живи он сейчас,
за свои пафосно-обличительные глаголы
точно бы отправился на годика так три
в мордовЛАГА исправления:
"Русский простолюдин – православный – отбывает свою веру, как церковную повинность, наложенную на него для спасения чьей-то души, только не его собственной, которую спасать он не научился, да и не желает: “Как ни молись, а все чертям достанется”. Это все его богословие. Евангелие стало полицейским уставом. Местные православные церкви, теперь существующие, суть сделочные полицейско-политические учреждения, цель которых успокоить наивно верующие совести одних и зажать крикливо протестующие рты других. Обе эти цели приводят к третьей, самой желанной для правящей церковной иерархии, – это полное равнодушие мыслящей и спокойной части общества к делам своей местной церкви: пусть мертвые хоронят своих мертвецов.
Русской Церкви как христианского установления нет и быть не может; есть только рясофорное отделение временно-постоянной государственной охраны".
отсюда


Православные свечегасы...
25 января, 2013

Девятнадцатый век, несмотря на всю болезность
церковной жизни
и (по слову Федора Михалыча Достоевского)
"пребывающий в параличе",
подарил русской духовности
целую плеяду епископов-молитвенников,
епископов-миссионеров,
епископов-историков,
епископов-богословов.
Хоть и запечатлелся на епископском имени
и стал литературно расхожим
именно в ту синодальную эпоху
образ жестоковыйного самодура,
хладно-сердечного чинуши,
однако власть деспотного самодержца
ограничивалась церковными канонами.
Да, церковно-крепостное право -
правящий епископ мог запретить
провинившегося попа,
сослать его "на исправление"
на собственный архиреово-хозяйственный двор,
но росчерком пера лишить его прихода,
вышибить с насиженного места
был не вправе.
Порочной практики гонять духовенство
аки цыган по епархии
и переставлять их аки шахматные фигуры
в девятнадцатом веце
не существовало вовсе.
Не замечалось и другого церковного же порока - святокупства, симонии.
Да, пролезали на деспотно теплые места
подхалимы и карьеристы,
но так, чтобы за пенязи куповать
епископское кресло - такого не было и в помине.
Хотя опять-таки, предоставим горестливое слово
Василию Осиповичу Ключевскому:
"Не православные богословы, а свечегасы православия. Питаясь православием, они съели его и сходили на его опустелое место. Смотря на них, как они веруют в Бога, так и хочется уверовать в черта. Их спокойствие и философское самообладание есть не что иное, как окаменевшее и заделавшееся в монументальные рамки самообожание. Пахнет не только изо рта, но и из сердца...
Они эксплуатировали все свои права и атрофировали все свои обязанности. Великая истина Христа разменялась на обрядовые мелочи или на художественные пустяки. Верует духовенство в Бога? Оно не понимает этого вопроса, потому что оно служит Богу... Высшая иерархия из Византии, монашеская, насела черной бедой на русскую верующую совесть и доселе пугает ее своей чернотой...
Нигде высшую церковную иерархию не встречали в качестве преемников языческих волхвов с большим страхоговением, как в России, и нигде она не разыгрывала себя в таких торжественных скоморохов, как там же. В оперном облачении с трикирием и дикирием в храме, в карете четверней с благословляющим кукишем на улице, простоволосая с грозой и руганью перед дьячками и просвирнями на приемах, с грязными сплетнями за бутылкой лиссабонского или тенерифа в интимной компании, со смиренно-наглым и внутрь смеющимся подобострастием перед светской властью, она, эта клобучная иерархия, всегда была тунеядной молью всякой тряпичной совести русского православного слюнтяя..."
отсюда
Tags: Василий Ключевский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments

Beststariy_dvornik

July 5 2017, 08:54:03 UTC 3 years ago

  • New comment
Хто? я? Да ничего не собираюсь пока. В моем храме есть целых два вменяемых попа, пока такие встречаются, нам до ПК и его команды дела мало. Это как "люстра бронзовая, а в нагрузку сова", неликвид к дефициту, как по доброй совковой традиции, в нейже воспитаны. так что переживем.