November 15th, 2006

Простите

На продувном юру

Последние десять лет своей жизни
на Сенной,
на этом продувном юру,
прожил и Левон Лазарев -
большой провидец,
да и очевидец тоже,
в своих тянущихся к небу изваяниях.
Сам он всегда был
коренастеньким и миниатюрным,
а любил статных и добротных женщин,
и все его скульптурные Чеховы и Толстые
вытянуты чахотливо-худоносно
к этой самой
небесной тверди.
Лепил он всё, кажется,
одного и того же "Мастера":
с болезнующей душою,
хворобного и духовно нищего,
всегда в рубище,
в дырках и заплатах, -
так что через них
(и через саму
до дыр истончившуюся то ли плоть,
то ли самую уже душу)
всегда очевидно это же самое
заплатанное небо.
Таков его Кацман на Комаровском:
рубищный и бесприютный,
так, кажется, и не обретший
тишины и покоя...
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post8149158/
Левончик так бы и остался
автором надгробий и
кладбищенских постаментов,
глухим провинциалом в скульптурной столице,
если бы уже под самый закат
(после инфаркта и второго инсульта)
не поставили у БАНа его Андрея Сахарова
и всё благодаря тому,
что верховодили в "конкурсе"
не коллеги и освистывавшие
Андрей Дмитрича чинуши,
а такие же маргиналы,
как сам Левончик.
Помню, как в день "постаментного поставления"
плевались университетские грымзы,
точно готовы были,
если бы умели,
засунуть пальцы в пасть
и засвистать, и заулюлюкать снова:
"Ату его! Ату..." -
не Сахарова, конечно,
а самого Левона,
дерзнувшего на пустырной площади
явить миру очередного своего "не героя" -
снова уродца,
сгорбленного и сутулого,
с руками
точно на Голгофе,
повязанного смирительной рубашкой...
Сам Левончик из этой рубахи
под конец и выпростался,
и ему было не важным
уже всякое уничижение и "заплевание"...
СУПчика хочится

(no subject)

В часу четвёртом утра,
когда люди "моего круга"
ещё или уже
не спят,
слышу по телефону
припухший голос
моей Сенной дамы.
Она бесконечно устала,
и сама жизнь уже невмоготу,
и даже хочется уже "туда":
"Ты ведь знаешь,
когда уже хочется
только "туда"!"
Хоть и сценарий давно написан,
и опробованы актёры,
и съёмочная группа давно
сидит на чемоданах,
"а кина всё нету и нету!"...
Помню Неёлю ещё девочкой:
у Гоги на курсе
она училась театральной режиссуре,
потом с первым мужем
Боренькой
они сняли на плёнку
несколько художественных фильмов,
один из которых получил даже
какую-то заграничную премию.
В перестройку,
когда советское кино
оказалось "насовсем" никому не нужным,
она подрабатывала в литовском консульстве
и для полиции ЮАР,
переводила на английский с литовского
допросы тамошних
тюремных сидельцев.
"Этим" они с Митей -
мужем и
оператором,
когда-то с мировым именем,
они целое десятилетие и существовали.
Сейчас, видимо, всё-таки будут снимать кино
про похищение генерала Миллера в Париже.
и прочие ГПУ-шные художества...
В моей жизни
"кина не будет" уже никогда и не в чём,
мои "невидимые миру слёзы"
давно выплаканы,
не могу выдавить уже из себя
хотя бы и одно слово утешения.
Могу только молчать и слушать,
с так и невыговариваемым убеждением,
что рано,
рано уходить "туда",
даже когда всё опостылело
и ничего здесь уже не держит,
если вся предыдущая жизнь -
лишь только всего лишь "набросок",
помятый и "в крошках" черновик
и если Ты ещё не сказал всего того,
что ты призван "сказать"
в этом опостылевшем,
утратившем "прелесть"
бесприютном юру.