November 28th, 2007

СУПчика хочится

Выпадение из судьбы

Моноспектакль Ирины Селезнёвой "Счастье - любовь без ума".
Когда - то восходившая звезда Малого Драматического,
через семнадцать эмигрантских лет,
снова на этой же сцене,
при заполонённой зале,
ещё помнящих ея молодой и трагичной,
но вдруг уже сейчас - с разительным набором "прихватов"
на грани пошловатого безвкусия,
"приёмчиков" с намерением развлекать и тешить
почтенейшую публику -
всё одно как Льва Николаевича
бывший князь в "Отце Сергии",
втягивающий с посвистом ноздрями сопли:
полная потеря питерской школы,
где её муштровали и великий Аркадий Иосифович Кацман
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post8149512/,
и тогда ещё дерзновенной и молодой Лев Абрамович Додин.
Вспоминаю последний с ней разговор
перед ея отъездом в Израиль,
в каком она жалилась
на Лёвушкин деспотизм и
его донельзя вьедливой
мелкодемонической садизм.
Додин в те годы и вправду "перебирал"
своём театре - монастыре,
где полагалось и жить в театре,
и помереть на его подмостках,
для пущаго правдоподобия и
вящего удовольствия Мастера
http://kalakazo.livejournal.com/9553.html?mode=reply.
У Ирины, сколько мне помнится,
уже начинала расползаться психика,
и сама она уже была на грани Пряжки - срыву,
и собственно и сбежала тогда
от "папочкиного" попечтельства.
Хотя ежели признаваться начистоту:
актёр - всегда только то,
что из него сделал ваятель,
кровожадно и мучительно - по живому,
отрубая от него "всё лишнее",
и без горгонного погляду заглавного кукловоду
и ежёворукавичного содержания,
актёр вскорости и
починает уже обыденно кривляться и фиглярствовать.
Да и само актёрство,
как и любое впрочем творчество,
возможно только при явном
душевном неблагополучии,
а эмигрантская благодушие да комфорт,
сытость да желаньице "приятного роздыху",
повивальной бабкой задушила
уже не один российский талантище.
Именно в том растительном "от пуза" бытии,
почему то и происходит
фривольное "выпадение из судьбы",
и вместо того чтобы по праву стать
великой русской драматической актрисой
Ирина Станиславовна Селезнёва
выпала аки птенчик,
даже и из самой профессии...
СУПчика хочится

Есть женщины в русских селениях...

Невдалеке от Сенной,
прямо на трамвайны пути,
припарковалось агроменная чудо - юдо колесница,
и как объяснили дедульки kalakazo,
выстоявавшем смиренно
в очереди за просроченными продуктами:
"Чем субтильней мадам,
тем большущей у нея бензомобиль!"
И пока выстроившаяся цепочка трамваеброневиков
дожидалась благочестивого увозу
нарушительницы обчественного спокою,
из переднего трамваю
выгрузилася дедулькина сверстница,
правдоть хорошо прикормленная -
на все, очевиденно, семь пуд весу,
и в фетрову шляпку приодетая -
видимо к постовому акафисту -
знаменитоя своей экстравагантностью
прихОжанка Никольского собору.
И подойдя к чуду - юду
за 80 тыщ европейских у. е.,
и перегнувшись кряхтливо через капот
стала изо всех сил
лупасить по лобовому
своими подовыми кулачищами.
Народ Питерской - это ведь вам не какая - нибудь,
дикобразная и неблаговоспитанная Московия,
молчаливо и главное - с интеллихентным интересом
за всем этим ратобортвом
тихохонько и наблюдал-с.
Поскольку лобовое так и не поддалось,
мадам перешла к бокам и
стала мутузить каблучищами по дверям
сначала с одной стороны,
а по правилам симметрии
втемяшила их и с другой.
Следом уже свернула она зеркала,
заставив их висеть и покачиваться на электропроводах,
и было уже отправилась подбоченившись восвояси,
но возвернувшись обратно
в бараний рог свернула ещё и дворники,
затем уже только
гордо поспешествовав на Божию службу.
"Спаси тя Христос!" - выкрикнул вслед ей дедулькин kalakazo.
"Во славу Божию! - пробасила героиня моево роману, -
с постом тебя приятным, отец мой родимай!"