?

Log in

No account? Create an account
Дважды анафема...
Простите
kalakazo
Епископ Михаил Донскофф
особливо коновальским приёмом
согнутой в локте десницей,
точно удавкой
захомутав шею митрополита Виталия,
волочил задыхавшегося старчика к авто,
у какого стояли не вмешивавшиеся ни во что
судебные приставы,
должные более чем уже девяностолетнего авву
свезти в психиатричну клиннику.
Дело происходило в канадском скиту,
находившимся в личной митрополичьей собственности,
и где неожиданный кулачный удар иерея Божия
в скулу церковного коновала
заставил того изумлённо опешить,
а затем – такой же удар в правый глаз -
выпустить митрополичью шею.
"Анафема тебе!" – на последнем дыхании
выдавил из себя хитающийся старец.
В глазах его рябило и двоилось,
а потом и вовсе померкло,
так что вместо свекольного носу
когда-то пригретого на владычней груди
стериализатора парижских кошечек
стали проступать картофельныя черты
другого духовного дитятки – гуцульского Лавруши:
"Анафема и тебе! Анафема!"
После этого эпизоду и стали в Зарубежье
Михаила Донскоффа кликать "трижды Анафема",
хотя, по вескому слову госпожи Роснянской,
"дважды Анафемой" следовало бы именовать
митрополита Лавра и его "МАВРское двуличие"...

Гутаперчатовы убеждения...
Простите
kalakazo
Митрополитству владыки Лавра
была свойственна особенная пластичность.
Противников соединения, он клятвенно заверял,
что никакого соединения не будет,
сторонников - что никакого сергианства в СССР
и вовсе не было.
Со стороны создавалось впечатление,
что в постныя дни - по понедельникам, средам и пятницам,
он против унии,
в дни скоромныя - вторникам, четверткам и субботам - за.
По воскресениям, встретив по пути поочерёдно
противников и сторонников,
владыка мог в один и тот же час
как глава Церкви исповедать
диаметрально противоположныя убеждения.
При владыки Виталии он вслух проговаривал
антикоммунистичны лозунги,
при владыке Марке - прокоммунистичны.
Иногда казалось, что у него собственных убеждений
никогда и было, или они именно у него те,
с кем в данную минуту он велеречиво расповаедает.
Под конец он вроде и себя самого убедил,
что подписывая акт о унии,
он ни с кем не соединился вовсе,
и никакого сергианства и эккуменизма не признал,
и более чем полугода в его вотчине
патриарха не поминали вовсе...

Обветшавши ризы
Простите
kalakazo
Покойного, но ещё пока не отпетого и непогребённого
митрополита Лавра ныне многие упрекают
в "предательстве" и "сдаче" не только Зарубежной церкви,
но и самих "белоэмигрантских" идеалов,
уникальных и в эмиграции только сохранённых
нерушимых основ русской духовности и русской культуры:
"В СССР бесчинствовал антихрист,
созидая новый тип "советского человека" -
соглашателя и приспособленца,
человекоугодника - сергианца по жизни,
убеждения какого меняются одновременно
с новыми партийными тезисами,
и партийных небожителей,
каким ещё вчера он пел "осанну",
сегодни готов уже линчевать,
по одному всего лишь наускивающему зову:"Ату его!".
И только белая эмиграция высоко держит
знамя независимости и духовной свободы,
и в противостоянии богоборцам
смогла сохранить исконнорусские понятия
о человеческих чести и достоинстве".
В таком приблизительно варианте
сам архиепископ Сиракузский Лавр
медоточиво и не без елею
мне когда то и излагал суть этого мифа.
И не трудно было догадаться,
что именно так дословно владыка Виталий
и смотрит на миссию вверенной ему церковности:
махонький островок, среди разливанного моря
притворнопривременного веку,
и на том островке, что что,
а идеалы молодости не предают.
Митрополит Виталий собственно
и оставался таким "удерживающим" -
последним из могикан,
на упорливости какого
пусть и обветшавшия и пообтёршиеся изрядно,
но все равно - ризы этого мифа
продолжали держаться.
Ближайшее окружение его попугайно вслед за ним,
слово в слово повторяло его огненные глаголы,
но они звучали уже почему то
как стёршиеся пятаки,
и проговаривались вяло и
без внутренной уверенности
в собственной правоте -
как будто уже не про них писанныя -
и точно им самим в этих,
давно уже вышедших из моды,
ризах
ходить было стыдливо и неловко...