?

Log in

No account? Create an account
Психоделика церковна
Пиллигримство
kalakazo
Дедулькину нонче пишут:
"А ещё бывало в начале 90-х и так, что напостригает некто пацанов 18-20 лет от роду, выберет над ними «игумена» - такого же двадцатилетнего пацана, который и крестился то в 19 (не преувеличиваю) да забросит в глухомань, на развалины восстанавливающегося монастыря в количестве человек десяти – живите как хотите… Поздравляем, у нас ещё один монастырь «заработал»…
А жар то неофитский бьёт ключом, полный богослужебный круг – это ещё цветочки…
Некоторые схи-тинейджеры даже уже затвора да отшельнического жития взыскуют, про «умное делание» ваще молчу – Добротолюбие до дыр зачитано…
И «окормляют» друг друга, как получится…
Но через полгода, максимум, год – у всех жесткий отходняк, аллергия на «духовное»… А ведь уже монах и назад пути нет… А всего 21 год… Ломало многих страшно, некоторые так и сгинули, однако были уникумы, что и в таких условиях реально высокую жизнь проводили, да и сейчас, собственно, проводить продолжают….
Но…
Мало кто остался в светлой памяти,
В трезвом уме да с твердой рукой в строю, в строю…"
http://kalakazo.livejournal.com/292345.html
Сколько уже сам звяцаю:
нет ничего более возвышающего и облагораживающего, чем православие,
и нет ничего более уродующего и калечещего,
чем неправильно понятое православие
http://kalakazo.livejournal.com/14399.html.
Религия, сиречь больное православье - страшное явление.
Тон конечно же задают "пастыри душ наших",
сами лезущия на стены,
и чадушек толкающие на штурм небес..
Вспоминаются мне питерские "цветковки" конца 80-х
ещё на его лекциях в музее Фёдора Михалыча:
огнёпалимой, но никак не сожигаемый взгляд из под очёчков
самого отца Владимира,
и уже вокруг него истерично восторженное стадо
похотливо истекающих дамочек,
с чётками до самого полу - чётками совковых фарисеев.
И на всё про всё на все случаи жизни
у дорогого батюшки одно у него лекало,
один у него призыв:"Ты записалась... на Исусову молитву?"
Зов к непристанной молитве обращён у него был
безо всякого разбору
и к детям,
и к новоначальным,
тем, кто даже утровечерние молитвы не одолел до конца,
и дамачкам уже со сломом и креном в их больной психике.
Итог подобного психоделического "аутотренингу"
был конечно же предсказуем:
"снова Дарьюшку повезли у дурку"...
Пешешествуя к нынешним особливо женским обителям
частенько видишь в святых врат карету скорой помощи:
и отсюдова очередную Дашеньку повезли.
Сначала в психбольнице она проводит дней десять,
потом её уже переодически
весенне - осенним обострением сдают на месяцок другой,
а коли родственников у неё нету,
и её квартира благополучно монастырём продана,
сбывают её уже в дом хроников:
сумашедшеньким в монастыре ведь не место...

Блаженно дырничество...
Пиллигримство
kalakazo
Вспоминается мне и другой гуру конца 80-х - начала 90-х, Димочка Лурье:
уже тогда он старчествовал,
теплохладие духовное категорически отвергал;
сам неизвестно когда спал и ел,
но токмо непрестанно молился
и других к этому решительно призывал.
Формально он состоял всё ещё в браке,
но уже тогда в манихействующей проповеди его слышалось,
что только монаси находются под благодатию,
а связавшие себя семейными узами - токмо "под законом".
Для профанов он давал расшифровку:
достигают "обожения" - личного бессмертия во плоти,
только ведущие "ангельское" житие
и не пятнающие себя "блудом под венцом" -
это и называлось у него "возвращением к отцам".
"Любоффь- моркоффь" даже в венчанном браке
Димочка почитал "жалом, ведущим к смерти",
и хоть и столь же тяжко греховным,
но допустимым почиталось им соитие
ради одного токмо деторождения.
И как человек, прежде всего, буквы и формы,
старец Григорий тогда же и расписал его
в особое чинопоследование.
Начиналось они молебным пением о даровании бесстрастия,
естественно, совершающееся возлюбленными
в длинных до полу рубашенциях,
без "лицезрения Адамо-Евиной наготы",
потом "бесстраственно" -
без поцелуев, обниманий и даже прикосновений любосластных -
"это самое" и должно было случаться
сквозь разделявшую супругов толстую - не простынь даже,
а наподобе колющей власяницы холстину,
с одной только дырочкой посередине
и с обоюдственным чтением вслух
в такт происходившему... Иисусовой молитвы.
А после сего священнодействия ещё и
со вниманием прочитывалось
покаянное последование об осквернении...
Когда митрополиту Иоанну Снычёву
одна из Димочкиных паствиц
всё это и пересказала,
то у владыченьки,
много чего за жизнь слыхавшего,
начались рвотныя позывы:
"В крестьянской избе перед нощию
красный угол целомудренно занавешивался,
чтоб святые бы сего не узрели,
а тут какое-то просто дырничество -
хуже всякого хлыстовства.
Да, наломает же он дров,
ежели, не приведи Господь,
после моей смерти попом вдруг станет..."