September 4th, 2008

Пиллигримство

Пустыя клавиши

Свой "роман" с столицей московитов
понуждённо уподобляю колоне "Конца свету",
каковую я ищу в павловском парке
на протяжении уже
всей своей сознательной жизни,
но так мне её
улицезреть пока что
и не удалось: все её видели,
а я так, несмотря на всяческие старания,
этого счастия и не удосужился.
Веничка Ерофеев - коренной московит,
исходив Москву вдоль и поперёк,
"Кремля так и не увидел",
так и я в Москве
Москвы ещё покамест не разглядел.
Любой городок я поначалу "слышу":
в каждом из них есть своя музЫка,
свой трепетной,
не схожий ни с каким другим,
леймотив.
В нашей оскуделой провинции
это чаще всего леймотив опадающих листьев,
высосанной до конца скорлупки,
на берёзине скособоченнаго скворечника
с провалившимся донышком,
осенней паутины,
с трепыхающимся в ней
на студённом ветерку,
серым мотыльком;
это элегия выпотрошенных дворянских гнёзд,
какие меня в свою сумеречную стихию
непременно и вовлекают.
Я начинаю понемногу
эту самую интонацию и "разглядывать",
поначалу как сквозь "тусклое стекло",
с размытыми туманными очертаниями,
а затем уже явственно,
хотя и не так,
как видят всё это другия.
Москву почему то я до сих пор так и "не слышу",
и пожалуй нигде,
как именно здесь
мною овладевает кошмар,
фортепьянной сонаты,
каковую я в рояль
пустыми клавишами
старательно и вбиваю...