September 16th, 2008

СУПчика хочится

Калхасная песнь...

"Вишнёвый сад" Чехова в постановке Адольфа Шапиро -
гастроли МХТ имени Чехова на сцене БДТ.
Адольф Шапиро - бессменный на протяжении целого 30-тилетия,
режиссёр легендарного Рижского ТЮЗа,
скандально прикрытого в 1992-м
на русофобской волне
местечковыми карлами,
уже ставил "Вишнёвый сад" на сцене
Гогинского детища - в БДТ в конце 90-х,
и сколько помнится - совсем неудачно.
Да и "удачных" постановок этой чеховской пиесы
я вовсе даже и не упомню.
Что делать, если сам Антон Палыч
на МХАТовской премьере сидел мрачный,
и выделкой самого даже Станиславского
остался крайне недоволен:
"Какая же это комедь,
ежили сделано так всё сурьёзно?"
Шапиро - умный и тонкий режиссёр,
и несмотря на вроде как традиционныя
три часа откровенной скукотищи,
он смог их превратить в Калхасное прощание
со старым МХАТом - детищем великой театральной школы.
Вишнёвый сад - это и есть тот самый
великий русский классический театр,
какой ныне и вырублен уже почти под корень,
и как старый Фирс
позабыт на приступочке.
Играет Фирса
прекраснейший Николай Дмитриевич Чиндяйкин -
актёр и режиссёр,
ученик и сопостановщик великого  Анатолия Васильева,
какого принудительно выдавив из лужсковской Москвы,
так и оставили всех его дитяток
на положении помирающих Фирсов.
Впрочем теме прощального Калхаса
мешала несколько современная "богиня" - Рената Литвинова:
всего два жеста и одна голосовая модуляция,
как если бы дорогущей поблядушки ,
превратили её ныне в живую богиню:
ей кадят, на неё молятся,
пред ней выстоивают на коленках,
её забрасывают венками роз.
Она стала идолом,
владычицей на мертвенном поле
нынешней подмостной безвкусицы.
В роли Раневской она ансамблевое одеяльце
тянет всё время на себя,
да она её вовсе и не играет,
а словно живёт в чеховской пиесе сама по себе,
ибо и в характере Раневской
много ведь что от парижской шлюхи:
надлому и упадническому надрыву,
жеманности чахоточно  маньеричной кривляки,
в отличии от всех
говорящей почему то не на выдохе,
а на вдохе,
с кошачьим выгибом спины
и всё время выгибаемой шеи...
Дедулькину после трёх часов
сидения в оркестровой яме,
прямо таки у ея пятнадцатисантиметровых каблучков,
густого шлейфа ея Шанели,
ея соболей 
несколько поплохело,
но что делать:
искусство ведь тоже требует жертв...
Пиллигримство

Не кривое зерцало

Сад так и невоплощённых скульптур
прорывается и уже вполне современным авангардом,
какой  на фоне старого добротного соцреализму,
когда ещё учили лепить и рисовать с натуры,
смотрится и комично и достаточно беспомощно
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post15782753/.
Пройдёт может ещё одно два десятилетия,
когда вымрут старые мамонты,
а в Академиях уже совсем некому будет преподавать,
и нас, как и уже весь дряхлеющий мир,
окончательно  зальёт
сточными водами  дегенеративного "искусства"
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post15819673/
Покойному Тимуру Новикову пришло осознание
полной нелепости авангардного искусства,
когда в Мюнхенской altpinakotek
в зале греческих антиков
очередной гений
прямо на его глазах
стал собирать свой шедевр
из консервных банок
http://kalakazo.livejournal.com/34758.html.
К сожалению, возрождавшийся в созданной  Тимуром Академии  ,
"новый академизм" смотрелся совсем прекомично,
если вспоминать выставленныя у него в Инженерном
бюсты тогдашних богов - диджеев.
Само времячко подчас уже гнусит и скрипуче гундосит,
и превращает в скверный анекдот
даже самый что ни на есть
старательный реализм
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post15782444/ .
Нельзя оказывается войти в одну реку дважды,
и на фоне нонешней архитектуры Москвы
бросающей почти все денежки империи
на обретение своего лица и своей формы,
и столь же одновременно подверженной
стремительному развоплощению,
даже Мухинския работы
смотрятся неуместно злой сатирою .
"Требуем мира" - так прозывается ея старый трильяж,
каковой на фоне зачинаемой новой холодной войны,
и самого стольного града,
где уже проживает всего 32 %
"белого" населения,
и есть самое что ни на есть ея
не кривое зерцало
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post15782739/
СУПчика хочится

Сон разума...

Московское диво Рената Литвинова
ныне творит чудеса
буквально на глазах
расширяя границы дозволенного,
и в психонорму претворяя
даже собственую тягу
к патоложному некроромантизму.
"Я ненавижу мужчин,
ненавижу женщин,
ненавижу детей" - сыграв в "Трёх историях" Киры Муратовой,
по собственному же сценарию,
мстительницу за сироткое детство,
эстетки,
в красных лайковых перчаточках,
удушая жертв
снятыми с ног чулками,
как раз там Рената
и смотрится "естестественно",
ибо любая паталогия
прежде всего по сути своей
обыденна и провинциальна.
Именно любая форма гетто или если хотите, местечковости
как и сон разума
и порождает чудовищ,
и уже в силу нафталинной провинциальности столиц
эти чудища у московитов
и становятся на удивление
законодательницами мод
и властительницами дум.
Когда то, в давно забытые времена,
повелителями человеческих сердец
были не от мира сего
отшельники, столпники и юродивые.
В веце девятнадцатом,
при Церкви "пребывающей в параличе",
в кумиры облачились пииты и писатели.
Серебрянной век
во властителяли дум возводит
сценичных проговоривателей чужих мыслей.
Век двадцатый возносит на Олимп
сначала киноактёров,
затем футболистов, тенисистов, тяжелоатлетов,
а нонешния времена
в идолы претворяет уже фотомоделей,
кои не только на помостах прохаживаются,
но ещё иногда заученно и говорят,
повергая меня в несказанное недоумение...