?

Log in

No account? Create an account
Без мыла...
Пиллигримство
kalakazo
Чему прежде всего научился деспота Гедеон
у своего аввы Никодима - это умению ладить с афеистными властями,
номенклатурная рыба гнила завсегда с головы
и градус повсеместной госкоррупции
был тогда уже превысоким.
"Недпомажешь - непоедешь", - приговаривал Гедеонушка, -
и обкомовских горкомовских тараканов обихаживал усердно,
денно и нощно, и где надобно
пролезая уже быз мыла.
Единственная епархия, где под видом ремонта,
строились новые храмы и открывались приходы,
была именно Новосибирской.
К Гедеону тёк и ручеёк ставлеников,
кому в Питере или в Москве
уполномоченными было неотрез отказано
в поповской хиротонии.
Так же сибирский деспота нянчился с доставшимся ему
от роковых 60-х старым духовенством,
переводя его и выдавливая на покой,
с непременным очередным награждением.
Только ничего у него не получалось
с красноярским благочинным архимандритом Нифонтом Глазовым,
стоял сей Аника воин на негнувшихся, без коленных чашечек, ногах,
и даже у деспоты не получалось его пошелохнуть.
У Гедеона были налажены с региональным КГБ,
а Николай Дмитрича Глазова обороняла сама Лубянка,
и даже Сусловский идеологический отдел ЦК КПСС:
"Николай Дмитрича не трожьте, он - "наш" человек!"
"Ничего не понимаю!?", - дивился новосибирский владыка.
В долгу не оставался и Нифонт:
"Тоже мне архирей: из грязи да в князи!"
И токмо смерть Леонида Ильича,
и приход к власти Андропова
раставил всё по местам.
Новый генеральный секретарь
стал наводить порядок,
и шерстить собственныя ряды -
и опаньки - его опришники тогда накопали
"голубого червя" - целую мафию из 650 человек,
пронизывавшую систему государственной власти сверху донизу,
и продвигавшую по голубому признаку своих людей
всё выше и выше.
Из секретарей ЦК и секретарей обкомов или генералов армии
в ней не числилось никого,
зато идеологической обслуги,
референтов из Сусловского отдела,
армейских коммисаров,
ЦК комсомола -
всё что так или иначе было связано со словесным проституированием,
мать честная - почти каждый встречный поперечный.
В списках значилось и три постоянных члена тогдашнего Синода,
и заодно с ними
туда попал и архимандрит Нифонт Глазов...
Предполагалась кровавая чистка,
с судебными процессами,
одко скорая смертушка Юрия Владимировича,
которому, как тогда говаривали,
помогли поскорее на тот свет уйти,
этот скандальной "процесс века" спустила на тормоза.
Идеологи отделались лёгким испугом,
Нифонта удосужились отправить на долгожданной покой,
а посадили стрелочников,
вроде губошлёпного тогда его хориста
беднягу Александра Скорнякова
http://www.eparhia-ufa.ru/?let/2007/03/11...

Диктатура закону
Пиллигримство
kalakazo
Поскольку в комментах к моему эссе
всплыло имя "сибирского Аввакума" Игнатия Лапкина, 
всяческое уважение вызывающее
наших дней юрода, исповедника  и сумашедшаго
http://kalakazo.livejournal.com/353458.html?thread=6096818#t6096818,
и поскольку сам Игнатий винит в своём лагерном осуждении
и самого архиепископа Гедеона Докукина
следует в качестве отступления сказать,
откуда же в том таинственном деле "росли рожки".
Да, 1983й - 86-й для православной Сибири
означился разгромом  тамошних  диссидентствующих течений.
Всё началось с КГБ-шного  шмона
среди красноярских тайных монахинь,
каких насчитывалось более ста:
обыски где токмо можно, допросы с пристрастием и угрозы -
циничное  надувание следственного пузыря,
под названием "подпольная православная антисоветская организация "Православие".
Нашли тогда компромата у них с "гулькин нос":
сочинения "антисоветсого автора" Иоанна Кронштадского,
молитвословы подпольным способом
доизданныя отцом Александром Пивоваровым и
магнитофонныя бобины с проповедями Игнатия Лапкина.
Обыски тогда шли на квартирах духовенства и в Прокопьевске и Енисейске,
и следователям уже воочую грезились капитанские погоны,
за надутую до размаха организации
всесибирскую религиозную антисоветчину.
Мне тогда запомнились разверстыя от ужаса глаза монахини N:
не столько от того на сколько её грозились посадить,
сколько от того, что она там на допросах
смогла наговорить про любимых батюшек.
Деспота Гедеон тоже тогда давал какие то показания,
и мало ли что тогда кто из допрашиваемых
"страха ради Иудейска" мог чего наговорить.
А ход всему этому церковному позорищу
был дан не где нибудь,
а в Ленинградской духовной семинарии,
куда и поступил тогда учиться 
молодой человек  из Красноярска Иван Безруких.
По юношески и несколько "без царя в голове",
Ваня студиозам показывал
завезённую из Сибири подмётную машинопись,
и всё те же пресловутыя бобины с Игнатием Лапкиным.
"Какая правда! Боже мой, какая правда!", - прознав про всё то,
тогдашний и врочем и нынешний преподаватель
Ленинградских духовных школ, протопоп Володимир Сорокин
предложил первокласснику свою сугубую дружбу:
"Ты мне всё привози: я хочу всё это знать и слышать!".
Именно тогда полученная информация позволила
посадить отца Александра Пивоварова,
а следом начать процесс и против Игнатия Лапкина.
Ваню Безруких тоже посадили кажется в 87-м,
за оплеушину данную своему приятелю к кафе,
причем на суде в качестве свидетеля
выступал и его "старший друг":
"Для Ленинградских Духовных школ
самым значимым является диктатура закона во
во имя социалистической справедливости..."