December 17th, 2008

СУПчика хочится

Повезло...

Кто его знает, может и суждено моему многогрешию
вот так помереть,
отвернувшись к иссиня маслянистой стене,
в настоянном запахе карболки и мочи
и непременно в больнице для бедных -
среди стонов и хрипов,
различая пришепётывающий голосок
своего палатного подельника:
"Военная кафедра у нас в институте
была морская,
и для получения лейтенантских лычек
записали нас в июле 1957-го
на месяцок в салаги
на крейсер "Яков Свердлов":
месяц я мыл посуду и драил гаюны,
а гаюны драить было куда легче -
отмоешь брансбойтом гавно на семи дырках,
а потом и сидишь себе в уголочке -
потихохоньку отсиживаешься,
а посуду старики по три раза
перемывать заставляли.
Служили тогда подолгу - чуть ли не семь лет,
никакой тебе морской романтики,
и матросики были озлоблены до нельзя,
и если чуть что
посылали и самих офицеров "нах...й".
Как сейчас помню фамилию моего одногрупника - Пентин:
как-то бежали мы втроем к корме через тоннель,
в каком ни развернуться, ни "честь отдать"
и видим, что посреди стоит, раскорячившись,
тогдашний капитан корабля Бархатов -
кудри на голове чешет
и с каким-то из офицеров лясы точит.
Я был средний и прошмыгнул,
и вдруг слышу сзади грохот:
Бархатов развернулся и свернул Пентину челюсть.
А через два месяца Пентин -
здоровенный то ведь был то бугай -
взял да и вдруг отчего - то и помер.
Так что мне повезло,
а вдруг я, возьми да и окажись
на евойном месте..."