October 29th, 2009

Старый дед

Человек с ружьём...

Пожалуй, никому в истории России
не досталось столько комков грязи
и помоев, вылитых на буйну головушку,
как имени Григория Ефимыча Распутина,
а в народе – просто "распутнаму Гришке".
И глумливыя "распутинские слухи",
столь велеречиво выползавшие из питерских
(и именно что великосветских будуаров),
пострашнее "немецких газов"
ядовитым туманцем и выстилались
над русскими окопами,
в коих четвёртый год
понуро уже досиживал –
"на всё профсё" – смиренно ропотливой мужик.
Русский Титаник, безусловно, расшатала сама война:
неудачливая и неуспешливая,
мучительно долгая,
с чудовищным по размерам
безнаказанно интендантским казнокрадством;
"распилом", "откатом" и "скирдованием",
к коему оказались причастны и сами великие князья;
количеством похоронок
то ли в 575 000, а то и все 1 500 000,
и бабьим по всем отечьим закоулкам
взвоем и голошением.
Да и само понятие "войны" прежних времён –
"рыцарственное и благородное" –
безвременно кануло в лету.
Война стала машинной
и больше похожей на бойню:
безличной, бесчеловечно анонимной,
уже без лица к лицу с ненавистным противником
и, конечно же, уже своей "окопной правдой":
«...Там – пушки новые мешают
Сойтись лицом к лицу с врагом,
Там – вместо храбрости – нахальство,
А вместо подвигов – „психоз“...
...И неустанный рев машины,
Кующей гибель день и ночь,
Сознанье страшное обмана
Всех прежних малых дум и вер...»
http://az.lib.ru/b/blok_a_a/text_0040.shtml
Десятки миллионов было поставлено под ружьё,
у коих ничего, окромя "православного крестианства"
с непреложными для деревенской культуры табу
(прежде всего, "Не убий" и "Не укради")
ведь и не было за душой.
И мобилизационная имперская машина,
проведя десятки миллионов русских мужиков через кровь
и заверения полковых попов,
что "убивать на пользу Отечеству вовсе никакой не грех,
а даже и пользительное добро",
собственно, сама и порушила,
прежде всего, те ветхие скрепы,
коими и без того немощная "русская вера" и держалася,
заразив "человека с ружьём"
"всёдозволительным" безверием и цинизмом.
А в качестве довеска к "окопной правде"
тут ещё и добавилось велие откровение:
"Хе-хе, пока мы здесь без жён «сидим»,
императрица вовсю блядствует
с тобольским мужиком"...
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post18736019/
Старый дед

За широкой спиной...

Идея русского монархизма,
остававшаяся веками незыблемой
и в глазах обывателя
представлявшаяся священной,
первую основательную пробоину
получила в 1905-м
после столь унизительного для имперского самосознания
позорнейшего поражения от "макашек"
в годину почавшейся разливанной русской смуты.
И первым на это указал царю
главный дуэлянт супротив всей империи,
отлучённый от Церкви
граф Лев Николаевич Толстой
в своём набатном звяцании "Не могу молчать":
«Как! вы водворите спокойствие тем, что разрушите в людях
всякие последние остатки христианства и нравственности...
Как вы можете успокоить страну убийствами, тюрьмами, ссылками?
Вы не можете не знать, что, поступая так,
вы не только не излечиваете болезнь,
а только усиливаете ее, загоняя ее внутрь...
Ведь вы, прежде чем быть палачами, премьерами, „царями “,
прежде всего люди и братья людей,
нынче выглянули на свет Божий, завтра вас не будет.
Вам-то, вызвавшим и вызывающим к себе,
как палачи, особенную ненависть, вам-то особенно надо помнить это…
А вы, вы, чем оправдаетесь вы перед людьми теперешними,
ненавидящими и презирающими вас теперь,
и перед будущими поколениями,
которые навсегда с отвращением
будут поминать ваши имена...»
http://az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_0680-1.shtml
Николай Александрович, по слову того же гневеннаго обличителя
"своим рождением, воспитанием, средой
доведен до той тупости,
которую он проявлял и проявляет в своих поступках",
был не просто напуган
повсеместными по всей России
кострищами из дворянских гнёзд,
а не ведал куда ему со своим самодержавием
и за какую спину спрятаться.
Тень отца Александра Александровича,
вызванная чарованием призванного из Парижу Папюса,
напророчила самодержному сыночку
скорыя и ещё более грозныя
апокалипсныя кошмары и ужасы.
Да и сама мутная религиозность дома царева,
замешанная на молебнах и акафистах,
столоверчении и спиритических сеансах,
ничего, кроме мистической тревоги, не вызывала.
Духовенству Ники и Алекс никогда не доверяли.
Да и какое утешение может быть
от этих вкрадчиво елейных потаковников,
кои на все недоумения царской совести
её баюкали из года в год
всё одними и теми же,
видно из бурсы нахватанными заготовками:
"Это простыя смертныя живут по заповедям,
а царю законы не писаны.
И он вправе собой и подданными распоряжаться,
по указам двойной, а то и вовсе, тройной морали..."
http://www.liveinternet.ru/photo/velos/post18734476/