March 27th, 2010

возвращение к нощи

Церкви похвало...

Протоиерея Александра Жаркова убили
раннишним утром 14 сентября 1997 года:
выстрел в сердце, контрольный выстрел в голову
и затем уже по бездыханному трупу
проехались ещё дважды автомибилем.
Ужасная смерть и исключительное событие,
в коем за все послевоенные десятилетия
ленинградский священник умер насильственной смертью.
"Отец Александр был убит не за то, что он перешел из ложной церкви в Истинную.
И даже не за то, что он привел за собой основную часть прихода.
А убит он был, как это все знают, за то, что он не оставил в ложной церкви храм...
Отец Александр был далеко не первым из тех мучеников,
которые пострадали за то, что не отдавали храмы в руки еретиков и отступников...
Для нас главное — спасение нашей души...
Либо Он нас избавит от насильственной смерти,
давая нам возможность и дальше что-то делать в этом мире;
либо, наоборот, во время благопотребно мы примем мученическую кончину,
и тогда смерть наша тоже послужит на пользу Церкви.
И вот, смерть нашего настоятеля — это для всех.. очевидный пример того,
как на крови праведника, на его смерти утверждается его дело..."
http://hgr.livejournal.com/144130.html
Не правда ли красивая риторика:
священник яко агнец грядый на заколение заклан,
но враги и убийцы – Санкт-Петербурская епархия, митрополит Владимир Котляров –
просчитались, и смерть честнаго аввы
послужила на пользу не им,
а Вадиму Миронычу Лурье и его окружению.
И что поражает в сём красноречии –
не жизнь, а прежде всего, смерть служит "пользе Церкви"
и ежили смерть настолько ценна,
то почему бы иногда и не помочь
честному труженику на ниве Христовой
отойти в мир иной как можно раньше:
сам он, погибая, сразу же становится "Церкви похвало" – святым
и на его крови, как на нерушимом камне,
утверждается правое дело его последователей...
Старый дед

Деспотное проречение...

На сороковой день со дня гибели
протоиерея Александра Жаркова
заупокойную литургию и панихиду
сподобился служить епископ Ишимский Евтихий Курочкин.
Амбарный замок с Елизаветинского храма был снят,
а сам храм окружало оцепление
из двух десятков бычьешеих, бритоголовых крепышей.
"А это кто?!" – недоумению владыки Евтихия не было предела.
"А это и есть наши "строители"!" – немудрствуя лукаво
ответствовал на правах церковного старосты Василий Лурье.
После трогательной в совершенно пустом храме службы
Василий Мироныч известил деспоту
о спонсорском ультиматуме:
"Служить в этом храме и быть в нём священником
могу только я – только мне доверяют "строители"!"
Ещё большей новостью, удивившей владыку-бессеребренника,
оказалось то,
что отпевания в морге необходимо срочно возобновить –
"строители ждут возвращения долгов",
но что отпевать в морге
те же самые "строители" могут доверить
только ему, Василию Лурье.
Деспотный ответ на сей ультиматум
оказался убийственно огорошивающим:
"Если всё происходит так, как Вы говорите,
то Зарубежная церковь пачкаться о такой храм никогда не станет –
мы от него обязаны отказаться совсем: молитесь на квартире.
Вопрос о Вашей хиротонии откладывается
до следующего моего приезда.
Служить в Вашей обшине я благословляю отца Алексия Тархова.
А совершать в морге отпевание кого попало и за мзду,
я категорически воспрещаю!"

Старый дед

По локоть в крови...

В стране туманного Альбиону
отношение к митрополиту Антонию Блуму было "разное":
от эротоманно-восторженного среди многочисленных,
перешедших из англиканства в православие, блюмовок
до негативно-враждебного.
Такова уж особливая уникальность сообщества,
громко именуемого "русской эмиграцией",
и в нём - всякого туда волей-неволею попадающего -
соборными усилиями и умудряются
залапить грязью с головы до ног.
Бывшие "власовцы" и "фашисты" из второй волны
злоязычили про "маковское" прошлое Антония Блума,
когда он во время немецкой окупации,
в качестве боевика военизированного крыла французской Компартии "маки",
"приводил приговоры в исполнение",
зачищая Париж от Вишистов
и, в том числе от лояльного по отношению к немцам,
католического духовенства.
Эмиграция, имевшая прямое отношение к НТС и "Посеву",
объясняла его головокружительную церковную карьеру
тесной связкой митрополита-коммуниста
с английской МI6 и работой "не за страх, а за совесть" на НКВД - КГБ СССР.
А во враждебном стане Зарубежной Церкви
владыке Антонию припоминали события 23 февраля 1976 года,
когда настоятель храма
во имя иконы Божией Матери «Скоропослушницы» в Роттердаме,
64-летний епископ Дионисий Лукин,
решившийся тогда же "в знак протеста"
покинуть МП и перейти в Зарубежную Церковь,
был найден неожиданно мёртвым,
сразу же после того, как его навестил
на его же квартире
не кто иной, как митрополит Антоний Блум.
"Да какой это "митрополит", когда у него руки - по локоть крови?" -
яростливо негодуя, вопрошал меня
уроженец Парижу, зарубежный епископ Михаил Донскофф.
СУПчика хочится

Корчма не моя...

После деспотной размовы,
у Васеньки осталось гадкое ощущение,
точно очередной у Западной кормушки
прикормленной чистоплюй,
со смаком харкнул ему прямо в душу,
и на чистом глазу
очередной раз прокатил его
со столь чаемым поповством:
"Странныя всё таки эти "зарубежники":
вместо того чтобы самим приобщиться
к церковенному менеджменту,
да научить этому других,
сидят в своём провинциальном болотце,
да про свою "непорочность" всё квакают.
Глядишь так и слопают этих "девственников",
даже не подавившись,
те кто на вере в хороших попов
хорошие бабки успел срубить,
первичный капитал на прачечном отмыве наскирдовал,
да и в лапшенаушной риторике
доблестно преуспел: на то они ведь и западенцы,
чтоб всякому "честному слову" на слово то и верить.
Что - то, а "незапятнаное" православие -
нынче диковина дорогущая:
тут тебе и книги "про стояние в истине"
да "каноническую чистоту" издавать потребно,
да и прикармливать "елохнувшуюся интеллихенцию" -
иначе ведь кто во весь голос вопиять то будет,
когда Васятку вдруг с бандюганами заметут?
Хорошо когда тебя кореша
к кремлёвскому корытцу
благосклонно подпустят,
да у газовой трубы
хоть малость подышать дадут,
а ежили вкруг тебя одна гопота моргосанитарная?"
Подумал Василий Мироныч своим задним умом,
и решил деспоту Евтихия перехитрить,
как голос крови ему то подсказывал:
"Найму ка я для отпеваний в морге МП-шного попа,
а сам сделаю вид, что ничего про это не знаю: и корчма не моя,
и рыло, спаивающее на корню народ русский,
на отечьего калашнорядца смахивает..."