May 8th, 2010

Старый дед

Из Савла в Павлы...

21 августа 1991 - го я застал
моего "друга детства",
в его кабинете:
вжамшимся в уголок
кибинетного кресла -
словно трепетной зайчёнок
по не весть какому случаю,
оказавшийся посередь
сталинского ампиру.
Лукичевская лысина
на его головушке,
стала вдруг обрастать
густою шёрсткой,
и сам он был точно не в себе:
арест ГК ЧПистов,
запрет КПСС
и директорское авто,
какое не собиралось
за хозяином заезжать и вовсе.
СССРной Титаник накренившись
насовой кормою,
стремительно уходил под воду -
времени на раздумье не оставалось,
и здесь под агроменным портетом
лыбящегося дедушки Ленина,
с его Двойником
стала происходить чудная метаморфоза:
из Савла с партейной книжицей в нагрудном кармашке,
и как всегда бывало,
эпатирующе глумной
богохульственой риторикой,
"друг детства" обращался в - "верую Господи" -
в самого что ни на есть набожливого Савла:
"Ты же к церковникам близок -
выручай по старой дружбе..."
Пиллигримство

Наш паровоз...

Не прошло и двух лет,
как "друг детства",
обросший косицею и бородой,
при всём поповском параде,
и нисколечко уже не картавя,
стоял на амвоне
и громоподобенно вещал:
"Вы - ангел во плоти,
и когда мы говорим Церковь,
подразумеваем Вас, Ваше Высокопреосвященство:
приняв на себя страстотерпческий крест святительства,
в страшные годы Хрущевского богоборчества,
Вы с неслыханным достоинством,
спасали мать нашу родную Церковь,
мужественно противостоя
богохульственному велиару
и не отступая ни на йоту..."
Сам "ангел во плоти",
десятипудовой тушею,
сидючи на подставе
посередь храму,
когда - то безо всякого бою,
послушливо хрущёбному Велиару сдавший,
три епархии целиком,
пунцовел от удовольствия:
"Вот он - служитель нивы Христовой,
в коем вовсе несть льсти!"
С чисто Лукичёвским лукавствием,
подсидев секретаря епархии,
"друг детства" успешливо уже рулил и епархией,
и самим вислоухим деспотой.
Уроки партактивного жопалижества
и угодливого подхалимажу,
как нельзя лучше
сгодились в освоении новой
для него "духовенной стези".
И здесь и там - культ личности,
и такие же как и первыя секретари,
падкие на грубую лесть деспоты,
то же самыя устои раболепного холуйства,
та же самая лакировка бытия,
и непременный глянец
на всех церковных реалиях.
Пустив под откос паровоз
на всех парах летевший
к победе коммунизма,
ушлой Parteigenosse,
оседлал паровоз,
стремглав несшийся
в Царство Небесное...