July 21st, 2010

Пиллигримство

Миссионерство на подъёме...

Затерявшееся на границе Владимирщины и Рязанщины,
бывшее старообрядческое село,
а следом - "колхоз имени товарища Ягоды",
затем - "товарища Берии",
"товарища Маленкова",
пока не прилипло к нему уже надолго  
имя всем пригожего  ловкача и ловеласа "товарища Микояна",
когда дедулькин в очередной раз оказался на его околице,
не просыхало уже шестой  денёк:
только что ведь похоронили всеобщего дружбана и собутыльника,
и всесельского  любимца и "душу общества",  Василия Дормидонтыча.
Василий Дормидонтыч пятнадцать лет ходил
в деревенских "героях",
подпалив одного за другим
двух московитых "фермеров",
коим внезапу взбрендело на зарастающей борщевиком,
бывшей колхозной землице,
вдруг заново что - то сеять и пахать.
Сами погорельцы,
чудом оставшись вживых,
не выясняя далее угрозливых обстоятельств,
поскору унесли ноги,
а когда самого Василия Дормидонтыча вопрошали:
"Васёк, а зачем это ты их?" -
то ответствовал он всегда с исчерпующим лаконизном:
"А не...уй было выё...ываться!"
Так бы преспокойно себе хаживал "ироем"
и далее деревенский Герострат,
ежили бы в сельпо не завезли
новую партию огнь-водярной бодяги.
Семеро однокорытников Васька,
прям на глазах посинело
до свинцового колеру,
несколько памаялось с бодуна,
и снова как примерныя Ваньки - встаньки,
обрели "норму",
а Василий Дормидонтыч не сдюжил
и от той самой водяры и угорел,
не дотянув и до 35 года своего жития...
Сам дедулькин kalakazo,
хорошо знававший новопреставленного,
на поминки так и не попал,
и когда  в десятом часу утра,
фотал  здание сельского клуба -
бывшей староверной молельни,
то услыхал зазывно призывное и заплетше языкое:"Эй,  иди ко ты сюда!"
На повалившейся берёзке,
восседала мирственная троица,
доселе всё ещё синюшная на лики,
не в силах хоть как то отодрать гузно от бревна,
и прилюбопытственно взирала,
оглядуючи поскакулькина с ног до головы:
"А ты чо делаешь то? - Снимаешь! - А зачем снимаешь? -
А ты хоть то знаешь, что это молельня была,
никакая там никониянская,
а наша - настоящая - истинно православная? -
Ты хоть креститься то можешь? - Эка, какой дурень:
кто ж тремя перстами то крестится - беса тешит?
Надобно вот так - двуперстно крест то святый на себя возлагать!
Слушай, а оставайся ка ты с нами -
мы тебя много чему ещё хорошему научим..."