October 22nd, 2010

Пиллигримство

Многая лета...

За архирейским столованием,
как то и положено на Востоце,
сидели долго - до самых почти первых петухов,
три десятка раз успев поднять бокалы
и спеть владыченьке Gebbels-Шарику 113-тому
"Многая лета".
Пили также за процветание Володимерской епархии,
за возрождение "Святой Руси",
за ренессанс Китеж-граду Российского,
за Рюриковичей,
за фамилии Габсбургов и Романовых,
за монаршии дома Путиных и Медведевых,
за "Третий Рим"
и за до Индийского окиану православную наноимперию,
за Константинополь, каковой должен стать вскорости "нашим",
за царя-батюшку и матушку-владычицу,
за СССР-пионэрию и комсомолию,
за счастливое советское детство,
за юнош-гопотливое хиппование,
за ностальгию по Ленин-Сталину,
за Розу Люксембург и Карлу Либкнехта,
за Doctor Paul Joseph Gebbels-а,
за Gebbels-пропагаду духовную,
и Gebbels-аво промывание церковенных мозгов,
за вермахт нямецкий и гестапо рюсс-церковное,
за Кураичавы - на грани фола-шютки-прибаутки,
за Саврас-без-узданность миссион-эрскаю,
за разувесисту клюковку колокольную,
за безбашенность старчиково кутейную,
за новую токмо что выведенную породу
деспотных Шарикпуделей и Шарикбульдожиков,
за ЖМП - Жалкие Мысли Питиримовы,
за "вторую по древности" профессию - православную журналистику,
пили и дружненно пели
московитыя гости
"Многая лета!!!"
Простите

Пир во время чумы...

Кутейной пир во время всеотечей чумы
крепчал градусом,
наливался багровоносием честных подвижников,
туго теснил под завязку забитыя
заморскими невидалями утробы -
общим состоянием пресыщения и
всецерковенного всемдовольствия.
"Эхма, - груственно мечталося bsv_aka_bsv ,
ежели бы меня так кормили каждый Божий день,
давно бы уже вторым академиком Фоменко
на церковной панели прославился бы!"
"Ну что, сукины детки, всем довольны? -
"Всем-пре-всем предовольны, Ваше Пудель-преосвященство!"
Но тут внезапу,
среди всеобщего ликования
громом среди ясного неба разнеслося:
"Учитель жизни, диакон всея Руси, внезапу преставися!"
Честныя гости опешили, не знаючи: зело печалиться
или супротив зело радоватися сему достославному событию?
Но пудель-деспота Gebbels-Шарик 113-той,
как положено то отечьему подвижнику благочестия,
препоясанный по титькам,
грузненно приподнявшись
и всё одно как чреватая женка
осторожненно и прямиком на стол вывалив
в стольких трудах наеденной
аналой для панагии,
своим камертонным словом
сообщил благочестивым сотрапезникам
достодолжный настрой:
"Дорогие братья и сестры, велика и безмерна моя утрата:
именно Кураич научил меня искусству ненависти церковной,
искусству ненависти и презрения духовенных.
Отец Андрей был Хамом не по природе,
а именно по призванию,
добровольному выбору и собственной превелией гордыне.
Именно он научил меня всех недругов посылать "на Х...й",
а церковных оппонентов крыть тем, что они и есть на самом деле: "пид...сами".
В его лице наша Церковь
потеряла Великого Фигляра и духовного Арлекина.
Помянем его, братия и сестры,
во все посты Великия и малыя
любимым отца Андрея закусоном:
водочкой московской
с парными из отборнейшей поросятины
пельмешками.
Вечная память, иже во святых Отцу нашему..."