January 3rd, 2011

Простите

Эолова арфа...

"Три сестры" А.П.Чехова - премьера на сцене МДТ.
Режиссер Лев Абрамович Додин.
Шел на спектакль, "яко на закалание",
предожидаючи высиживание четырех часов скуки,
от коей "и мухи-то дохнут"
и представление ещё одной - "под классику" -
мертвоурожденной подделки.
Чеховский мир - монбланная вершина,
"калхас" в карьере всякого театрального режиссера,
и в потугах на нее взобраться
и рождается, как правило,
ещё одна страшилка
про тотально отечий "бесприют".
Однако все четыре часа,
проведённые в последнем бастионе
"русского психологического театра",
прошли на едином дыхании.
И сама "русская жизнь",
в донельзя уже
затрафаретенной пиесе Антон Палыча,
внезапу вдруг ожила
отсветом невечернего исходу,
в каковом русский абсурд
и прозревается во всем его
архетипическом "чаровании".
Пушкинское "Боже, как грустна наша Россия!"
и запечатлелось ведь на нас
каиновой сфрагистикой,
как наши национальные "жизнь и судьба",
от какой нам уже никуда не сбежать.
Русская мысль пред напором западного активизма
всегда стыдилась на своей родимой сторонушке
за вековечное бытие "у разбитого корыта",
за своих "Обломовых" и "лишних людей",
за то, что на европных задворках
она первая и явила миру
зарницы прозреваемого Тупика.
Да и к миру Прозоровых и Чебутыкиных
сам Антон Павлович Чехов
был предельно безжалостен и беспощаден.
Однако, почему-то именно его
накренившийся уже было европейский Титаник
и избрал образом и иконою "заката Европы" -
того энтропийного развоплощения,
в коем доселе судоржливо и корчится
постхристианский "златой миллиард".
Для Льва Абрамыча Додина "Три сестры" -
это, без сомнения, "программный" спектакль,
мучительно долго выношенная им правда
о родном пепелище,
об испепеляющей всё и вся
предапокалипсной агонии,
какая, подобно звукам "эоловой арфы",
и несется ныне над просторами
"единой старушки-Европы"...