February 12th, 2011

СУПчика хочится

Мы за ценой не постоим...

Из приватно келейных монологов игуменьи Варвары
запомнился мне, по своей значимости,
ея сказ про то, как "они провожали" Алексия Ридигера
на патриаршую интронизацию.
Ни сам Алексий, ни его окружение
не могли прийти ещё в себя
от столь головокружительной победы,
в которую никто из них не верил и совсем не ожидал.
Слишком неравные силы
тягались на выборах патриарся:
киевский Филарет получил
всевластную поддержку от Политбюро и КГБ,
а за спиной обворожительно лукавого царедворца Питирима Нечаева
маячила в качестве протеже,
хфигура самой Раисы Максимовны.
Три раза "бедной" Алексий Ридигер,
во время того тягания каната,
был на грани инфаркта,
семь раз у него "поднимался сахар",
да и сама Варвара от тех сопереживаний
чуть была не впала в диабетную кому:
"Едва, батенька, откачали!
С того света, можно сказать, вытащили!".
Передо мной сидела
в празднично белом апостольнике -
шестидесяти лет, но абсолютно больная -
"игумения всея Руси",
двадцатью годами непрерывной монастырской стройки
надорвавшая здоровье и себе, и всем остальным.
Глаза её светились,
а сама она уже, как второй час,
безпрерыву щебетала,
про то, как пред изумленным поглядом,
без году неделя, нового патриарся,
словно по волшебству,
материализовывались "пюхтицкие подарки":
два патриарших кукуля
со златыми серафимами на воскрилиях
и пятиметровая зеленая,
шитая по краям золотом,
патриаршая мантия:
"Мы за ценой не постоим: шили-то, друг мой,
наши золотошвеи те дары
целую неделю: без сна, без роздыха,
сутками напролет,
все пальчики свои искололи,
все глазки свои извели,
только чтоб любимого владыченьку
в срок порадовать..."
СУПчика хочится

Ящик Пандоры...

"А ведь мы всё-таки, несмотря ни на что, победили!" -
несмотря на болесть, "игуменью всея Руси",
тем памятным вечером июня 90-го году,
ещё и эйфорийно лихорадило.
Она ликовала и за своего драгого авву,
"сосланного" в гнилой и им нелюбимый Ленинград,
шесть лет уже как пребывавшего
в патриаршей опале
и понужденного отсиживаться в Женеве,
на посту председателя КЕЦ.
И за саму себя,
уже как два десятилетия,
опутанную самой настоящей кутейной травлею:
это и старые "черные головешки",
всё продолжавшие шипеть по углам
и не простившие ей
вычеркнутого из книги жизни
их духовника иеромонаха Петра Серегина,
высланного из монастыря на семьдесят пятом году жизни
в соседнюю деревушку
и доживавшего свой бобыльный век
в продувной избушке,
с ледяными полами,
на сорок пять рублей щедрого монастырского пенсиона.
Да и печерские "старцы"
поприжмут своя ядовитыя язычки:
"стройбат строгого режиму" в Пюхтице,
видишь ли, им "не по ндраву". Наше дело правое!"...
С того дня минует всего месяц,
как Пюхтица приотверзется все одно
как ящик Пандоры,
чтоб наконец-то стать образцовым
"рассадником духовности
по всей Руси Великой"
http://kalakazo.livejournal.com/86294.html