February 15th, 2011

СУПчика хочится

Византийская витиеватость...

В Пюхтице, времен "игумении всея Руси",
стержнем монастырского обустроя
оказывался старательно культивируемый
"культ личности" Хозяйки и Хозяина.
Тон задавал, конечно же, владыка Алексий Ридигер,
самолично рассыпаясь в щедренном
славословном "благодарении" за заботу о РПЦ,
в адрес "партии и правительства" и
"лично товарища Леонида Ильича Брежнева".
Таллинский митрополит
и сам обожал лесть,
посему и мать Варвара,
поздравляя патрона с очередным днем рождения,
растекалась по древу византийской витиеватости
изобильно медоточивым клейстером,
величая его то "ангелом во плоти Эстонской церкви",
то "великим молитвенником",
ходатайственным предстательством коего пред Богом
и весь поднебесный мир спасается,
удержуясь от термоядерной угрозы,
сравнивая сего хладного, как лед,
обожателя постнических пельмешек с черной икоркой,
то с апостолом любви Иоанном Богословом,
то с великопостником Сергием Радонежским.
На проводах митрополита из вотчины
устраивалось ещё и малое тиатральное представление,
призванное символизировать
сестринскую пламенную "любоффь":
по едва заметному игуменскому кивку головы,
монахини и инокини,
всю неделю деспотного и его "дорогих" гостей пребывания,
труждавшиеся над готовкой Луккуловых пиров и мытьем посуды,
перегораживали дорогу
правительственному членовозу,
грудью буквально ложились на капот,
плотно облепляя шестиметровый "Зил-114"
своими телесами со всех сторон,
и в такт, во глас пустошный,
раскачивая его на рессоринах:
"Не пустим, не пустим! Оставайтесь с нами навсегда, драгой владыченька..."
И также, по помаванию уже Варвариной брови,
через три-пять минут
дружненно отскакивали,
пропуская в монастырские врата
колесницу с донельзя растроганным архипастырем...
СУПчика хочится

Златыя уста...

Начало 80-х - эпоха заката и близкой уже агонии "империи зла",
время "приписок", всеобщего "очковтирательства", "показухи"
и курьезного, по куражу, культа личности
"великого вождя мирового пролетариату",
генералиссимуса и лауреата Ленинки по литературе,
"писателя, равного по масштабу Льву Толстому",
Леонида Ильича Брежнева.
Церковныя князьки того анекдотического времячка
от кремлёшно полютбюрошных забав
старались не отставать ни йоту:
не только "патриарсь в златой клетке"
или постоянный член Синоду,
но и любой тьмутораканный деспота,
униженной без меры сморчком уполномоченным,
почитал за должное
и кутейное пред его царковнай Милостью раболепие,
и подобострастное, от колокольного званию, холуйство,
и пресмыкательное холопство.
Угодничество, лукавое притворство,
заискивающее лакейство,
подхалимаж, люзоблюдное прислужничество,
жопализной сервилизм,
цинично приторная лесть -
вот те вехи, торившии и путь к деспотному сердцу,
и головокружительную вскорости карьеру.
Исключением не оставалась и Пюхтица:
"Матушка Ты наша - Заступница!
Млекопитательница Журавлиной горы!
Игумения всея Руси!" -
падкое до лести сердце игумении Варвары
верстало себе и челядь
из вкрадчивых и без мыла скользких
Златоустих в юбках.
А уже чуть позже, из этой же сладкоустной челяди,
выбирались ею и игумении
в возрождаемыя обители...
душе моя что спиши

Один день в Толге...

Воспоминания из романтическо возрожденческих начало 90-х:
"Монастырь был открыт всего только два года назад. И только – только перенесли мощи святителя Игнатия.
Стены XVII-XIX веков вокруг монастыря были почти везде порушены. Восстановление стен и построек шло полным ходом.
А мне не забыть, как мы подошли к храму, а ко мне сразу подходит маленького росточка монахиня – распорядительница и вопрошает:
- Паломники? Надо машину с кирпичами разгружать.
- Да мы вот только приехали.. с дороги… вот рюкзаки…куда деть…
- Рюкзаки вот тут, у кирпичей, и поставь. Девочка в храме будет помогать, а тебе вот перчатки, вставай в цепочку. Так. Бросай аккуратно, всё ж 6 кг , на ноги ежели упадёт... Девочки, давайте-ка на две цепочки разделимся. У нас ещё прицеп с кирпичом. Мужиков нет, и не будет, девоньки.

Меня обуял УЖАС. Я панически забоялась, и про себя просто вопила: Помилуй!
Я забыла о том, что и дочь голодная, что с 6 утра на ногах. Машины с кирпичом огромные. Кажется, что их невозможно в принципе разгрузить НИКОГДА.
Руки уже не держат летящий кирпич. Но тут один сорвался из рук у послушницы и упал ей на ногу. Её сразу увели в медпункт. Но темп всё же снизили.
Стали делать остановки в работе минут на десять. Все были мокрые, потные, усталые. У меня уже кружилась голова от перенапряжения, дрожали руки.
Вернулась с перевязанной ногой раненая послушница и снова встала в цепочку. Распорядительница часто к нам подходила, подбадривала, а порой приводила отлавливаемых ею паломников, освободившихся от других послушаний. Про себя я их жалела.
Часов 5 шла разгрузка. Наконец нам скомандовали сдать перчатки и идти обедать. Забрав рюкзаки и дочку, мы отправились сначала поесть, а потом селится. Надо сказать, что и гостиница для паломников и столовая были новенькие и добротные, чистые и ухоженные. И чем-то напоминали больницу. Наверно тем, что там все было белое.
И не успела я присесть на кровать, как пришла та же распорядительница и скомандовала всем идти на уборку сена. Какая-то паломница из нашей бывшей цепочки сказала, что у неё нет сил. На что ей ответили:
- Ничего, Бог даст тебе силы, как только ты возьмешь в руки грабли. Собирайся.
На поле я держалась за грабли, чтобы не упасть. И делала вид, нет, правда пыталась сгребать сено. Вообще-то я с детства люблю это пахучее занятие. И всегда в деревне просилась на сенокос. Но здесь, после кирпичей, кружилась голова, прихватывало сердце. Хорошо, что был с собой и валидол, и нитроглицерин. И самое ужасное было ещё то, что на поле нас привезли на грузовиках, а обратно пришлось тащиться пешком. Но, вернувшись к гостинице, мы нашли её на замке: началась вечерняя служба. Все у кого закончились послушания, должны быть в храме. Потому мы, какие были, потные, и всё чешется от сена, умученные, такие и пришли на службу. И службу я и не помню...
А мои дальнейшие послушания были на огородах, что называется от забора и до обеда и далее. Но на службы нас всё же отпускали. Но молится в таких состояниях, мало вменяемых, не знаю, кто может.
Вот, теперь я знаю зачем ездят люди в монастыри."
http://song-tn.livejournal.com/36622.html#cutid1