August 6th, 2011

Пиллигримство

Пререкаема икона...

Архимандрит Иннокентий Яковлев
служил в монастырском Вознесении
воскресную литургию.
В храме молилась володимирская и
единственная монастырская прихожанка -
почитательница его художного таланту,
звавшая его по старой привычке, Яков Яковличем.
Да на крылося сипел, в качестве дьячка,
иеромонась Иов, как всегда с голимаго бодуна
певший Херувимскую,
заложив нога на ногу,
не вставаючи со стульчака,
с чашечкой крепко заварного кофию в шуйце,
с ототпыренным аристократно
миникюрным мизинциком.
От японскаго фарфору чашки
и, соделавая паузу,
он время от времени прихлёбывал,
смачно резонируя в купольную высь
для должного, видать, протрезвления:
"Что делать - хоть и гавно, но своё!"
За семнадцать лет праворучества
у владыченьки Евлогия
и секретарского кукловодства
отец Иннокентий научился
духовенство также глубоко презирать,
как он когда-то презирал художный сброд
и при всех поповско-скотских слабостях
снисходительно его миловать:
"Выгонишь, а кто петь-то будет?"
Потребив так никем и не востребованную Чашу,
разоблачившись и выйдя на амвон,
честной архимандрит
любовно приложился
на метровой иконе Святой Троицы -
творению любимой доченьки, Томочки Яковлевой,
к своей иконокопии - ушаторогатому тельцу упитанному
http://www.liveinternet.ru/photo/kalakazo/post17686570/.
"Не канонично - икона пререкаемая!" -
уж какой год шипит по углам
суждалитское духовенство, -
Ничего, я вас, черти долгополыя,
научу уважать настоящее искусство..."