September 14th, 2013

Простите

Торжество и нищета православия...

Ознакомился с первой, надеюсь, и не последней
книгой священника Филиппа Парфёнова
"Торжество и нищета православия".
Твердый переплет в черно-красных тонах
отсылает сознание
к антиклерикальному роману "Красное и черное" Фредерика Стендаля,
что у последнего символизировало
цвета интерьера
единственного когда-то на всю Европу
игорного дома: задрапированных в черное стен
и красного бархата ломберных столов и рулетки.
Название книги является парафразом
"Splendeurs et misères des courtisanes" Оноре Бальзака -
"Блеск и нищета куртизанок" - самой знаменитой части
его "Человеческой комедии"
и желчной сатиры на продажный Париж.
Не удивительно, что отзывов и критических разборов
сей нарочито уже по одежке "провокационой" книжицы нет никаких,
несмотря на то, что вышла она из печати
более чем полугода назад.
Даже от имени тех,
кто скурпулезно отслеживает инет-еретиков
и составляет черные списки "врагов народа".
Попробую в последующих эссе
восполнить сие досадное недоразумение...

Простите

Троянский конь...

Православный священник Филипп Парфенов,
он же в инете pretre_philippe,
уже успел попасть "под раздачу слонов"
и угодить единовременно в три, а то и все четыре "расстрельных списка":
злоковарных кочетковцев,
лукавых меневцев
и просто церковных крипто-еретиков.
Так-то оно может и так
на взгляд православного традиционалиста,
для коего "хрен редьки не слаще",
но не совсем справедливо,
поскольку нет большей несхожести и агроменного разнобою,
чем между одним кутейным либералом
и архилибералом другим.
Либерализм в матушке России,
столь же тоталитарен
и нетерпим к чужому мнению,
как и самый зубастый духовный консерватизм,
и где два либерала случаем сойдутся,
там непременно соорганизуется две партии
и три Церкви: одна правильно либеральная - куда ходить следует,
другая - куда не следует,
третья, тож вроде как либеральная, но куда, тем паче
вход рукопожатным заказан на веки веков.
Падре Филипп Парфенов - самый что ни на есть
единственный, в том его и уникальность,
и подлинный последователь "философии свободы"
Николая Александровича Бердяева.
С появлением на печатном небосводе отца Филиппа
становится понятным и "тайнообразующий" замысел
кламарского затворника:
для того и завещал свой дом в Кламаре
Николай Александрович Бердяев
ни какому-нибудь зарубежному культурному центру,
а токмо Сергианской Церкви в СССР,
чтобы кто-нибудь из кутейников
былой матушки России
дочитал бы его до конца.
Отец Филипп - и есть тот самый русский поп,
дочитавший Николая Бердяева "до конца"
за те несколько лет
своего служебного пребывания
в Бердяевском доме
и своей книгой
"Торжество и нищета православия",
аки троянский конь,
привнесший в русские богословские мехи
свежую кровь "богословия свободы"...