August 27th, 2014

Простите

На еврейском конце...

Пока на ридной Украине
под приумолкшие музы
гремит пушечная канонада,
в питерском "окошке в Европу"
из дедулькиного окружения
мнозии внезапу решили
"сваливать, пока не поздно".
И прежде всего, старые знакомцы
происхождением из весьма древнего племени.
Но вот незадача - эмиграционный отдел
по переезду в ридной Иерушалайм
в Петербурге свернули совсем,
как, впрочем, и во всех других
израильских консульствах,
размноженных по российской Азиопе.
Остался только единый отдел
по репатриации отечьих евреев
на родину предков
в столице московитов.
Записаться туда на прием
можно по трём,
выложенным в инете, телефонам,
но ни по одному из них
на том еврейском конце
никто не берет трубку.
Мой приятель, коего израильский консул
в девяносто-нулевых лично уламывал
и склонял на переезд,
уже как неделя пошла,
никак не может пробиться сквозь
эмиграционный заслон:
"Вот сволочи, сказали бы по-честному:
"Мы тоже присоединились к санкциям!"
Да нет же - все, как всегда, по-жидовски:
сваливать вроде как никто не воспрещал,
а достучаться уже до них невозможно!"
Простите

Опавшие листья...

Честной ебискуп Кескеленский Геннадий Гоголев
накануне Успения Пресвятой Богородицы
утешил своих старых друзей
своим новым, и уже нопоенным опавшими листьями,
минорным стихотворением:
"Владимир и Прокл с Алексеем
В могилах заснули уже
Но мы их портреты не смеем
Убрать на втором этаже
Сегодня преставился Лонгин
Три года как Тихон угас
Но взгляд их и властный и колкий
Волнует по-прежнему нас
На стенке они, как живые
С укором глядят в коридор
Когда-то они молодые
Гулять выходили на двор
Бродили спокойно, привольно
По Лавре – челны на плаву
И слушали звон колокольный
Закинув на солнце главу
И кто-то на них любовался
А кто –то плевал им во след
А кто-то усердно пытался
Спросить у них мудрый совет
Сомкнулись владычные очи
Замолкли владычни уста
Ласкает безмолвие ночи
Сосновые рамы холста
Напротив уныло вздыхает
Невзрачный и новый портрет
Как будто в уме вычисляет
Остаток непрожитых лет
И звуки все тише, все глуше
Лампадок колышится строй
Никто, ах, никто не нарушит
Умерших портретов покой"

Ваш Епископ Геннадий.