December 26th, 2014

Простите

О сколько нам открытий чудных...

"25 декабря 2014 года на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви был заслушан рапорт митрополита Псковского и Великолукского Евсевия с предложением образовать новую епархию в Псковской области...Преосвященным Великолукским и Невельским назначен епископ Клинцовский и Трубчевский Сергий Булатников".
http://www.patriarchia.ru/db/text/3891443.html

Что ж, ничего не скажешь, славного архирея обрели обуватели града Великие Луки: пробился голубчик во скабарский край...

Мой цикл эссе, посвященный преосвященному Сергию Булатникову:
http://kalakazo.livejournal.com/1149985.html
http://kalakazo.livejournal.com/1150219.html
http://kalakazo.livejournal.com/1150475.html
http://kalakazo.livejournal.com/1150785.html

Простите

И пошла писать губерния...

Отца Андрея Кураева в отношении
лицезрения им "пикантных подробностей"
уже минувшего церковного закулисия
я уже когда-то поправлял:
http://kalakazo.livejournal.com/1260573.html
http://kalakazo.livejournal.com/1260871.html

Казанский дедушка rdp4v -
не самый последний свидетель эпохи "подлежачего камушка",
как именовали за глаза Леонида Ильича Брежнева,
в связи с честным успением священника Глеба Якунина
и его заключением в андроповские узы в 1979 году,
вновь поправляет
весьма падкую на мифологемы
церковно-сарафанного радио,
память протодиакона Андрея Кураева:

"Умер Глеб Якунин, человек, крайне нелюбимый церковными функционерами. И пошла писать губерния. "МК" дал, среди прочих, слово Андрею Кураеву.
Отец дьякон выдал:
"И все же он совершил очень важную для жизни и истории вещь: насколько я понимаю, тюремный срок он получил за то, что смог выкрасть из кабинета Совета по делам религии секретную книгу - «Законодательство о культах». Дело в том, что в Советском Союзе этот кодекс был засекречен. Каждый священник был обязан его соблюдать, но не имел возможности его прочитать. Он мог узнать о том, что нарушил какой-то параграф, только в пересказе офицера КГБ или уполномоченного совета по делам религии. Этот свод законов был засекречен, в том числе, и для того, чтобы Запад не знал, как на самом деле осуществляется политика в области религии в Советском Союзе. Для Запада существовала только статья Конституции, гарантирующая свободу совести и «свободу отправления религиозных культов и атеистической пропаганды». Если трактовать последнюю фразу буквально, то права на религиозную пропаганду брежневская Конституция (в отличие от сталинской!) не предусматривала."

И еще оттуда же:
"Затем Глеб Якунин оказался депутатом Верховного Совета РСФСР и там после путча 1991 года возглавил комиссию, которая расследовала деятельность КГБ внутри церковных стен."

Посмотрим, как оно было на самом деле.
Никаких отличий брежневской конституции от сталинской в части права на религиозную пропаганду не было, достаточно просто сравнить соответствующие статьи:
Статья 124. В целях обеспечения за гражданами свободы
совести церковь в СССР отделена от государства и школа от церкви.
Свобода отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной
пропаганды признаются за всеми гражданами. (1936 г.)
Статья 52. Гражданам СССР гарантируется свобода совести, то
есть право исповедовать любую религию или не исповедовать
никакой, отправлять религиозные культы или вести атеистическую
пропаганду. Возбуждение вражды и ненависти в связи с религиозными
верованиями запрещается. (1977 г.)

Теперь о комиссии, которую якобы возглавлял покойный. Никакой комиссии, " которая расследовала деятельность КГБ внутри церковных стен", не было. 28 августа указом президента СССР была образована государственная комиссия для расследования деятельности органов государственной безопасности, которую возглавил депутат Верховного Совета РСФСР С. В. Степашин, а вовсе не Якунин.

Теперь о якобы уворованной покойным секретной книге.
Дедушка немного занимался книжками, в свое время и секретными, и может оценить кураевские слова в ломаный грош .
Судили Г.Якунина не за хищение секретных материалов (это было бы подарком гебистам), а за антисоветскую пропаганду. Никакой секретной книги "Законодательство о культах" из кабинета Совета по делам религий о.Глеб вынести не мог. Потому что такой книги не было. А даже если бы и была, то чины СДР наверняка знали правила пользования секретными материалами и убирали их при посетителях в сейф - это было категорическим требованием руководящих документов. А тогда что же было? А был изданный в 1969 г. тиражом 18 тыс. экз. издательством "Юридическая литература" сборник "Законодательство о религиозных культах". И был этот сборник не секретным, а ДСП (2-е, расширенное издание вышло в 1971 г.). В 1981 году нью-йоркское издательство Chalidze Publications выпустило его с сокращениями. Обе книжки сейчас можно в момент купить на Алибе - одну за 1000, другую за 900 рублей, были бы желание и деньги."
http://rdp4v.livejournal.com/3326696.html
Простите

Несть страха пред человецами...

Те из моего круга попа-лошадушек,
кто удостоился знавать священника Глеба Якунина
еще по 60-м, кто повстречался с ним
в пик его правозащитно-диссидентской славы в 70-х
и кто познакомился с ним после его отсидки уже в конце 80-х,
все в один голос отмечали в нем его голимую "не поповность".
Оно и понятно - прокуковать почти четверть века под полным запретом,
означало для отца Глеба утрату специфически кутейно-профессиональных навыков
и последующим, в 90-х, угасанием в нем желания
вообще предстоять у престола и служить,
в том числе и Божественную литургию.
Но службистов и усердных вытягивателей поповской лямки
и без него в русском православии всегда было предостаточно.
А ценен и значим опыт общения с ним был другим -
напрочь отсутствием в нем разного рода "колокольных прибамбасов".
Отсутствовал в нем, прежде всего, поповский страх пред человецами.
Духовенство советской генерации
вусмерть было запугано, зашугано, застращенно
уполномоченными, гэбэшниками
и внутри церковных стен
их добровольными (и не совсем)
слухачами, стукачами и осведомителями.
А при вызове на деспотный ковер
и переступании владычнего порожика
сердечко попа-холопа выскакивало из его груди,
как у пустившейся вскачь и почти уже загнанной лошадушки,
а душа прилипшая было к потной спине,
тихостливо опускалась в дрожалые нози,
как образно еще глаголал приснопамятный протопоп Авакум Петров:
"Видим, яко зима хощет быти; сердце озябло, и ноги задрожали..."
Православное священство, дрессированное владыками и советской властию,
подобно переметной суме - вечному плакальщику
и совдепных времен покаянцу Евгению Евтушенко,
на собственном кутейном опыте ведало, что
"Ученый, сверстник Галилея, был Галилея не глупее.
Он знал, что вертится земля, но у него была семья..."
У отца Глеба Якунина тоже была семья,
и я отчетливо помню
конец 70-х - канун московской Олимпиады,
когда несгибаемые диссиденты,
в том числе и церковные,
снигилировав для начала
в стенах Лубянки иль Большого дома,
один за другим появлялись по первому каналу
советской телевизии
и бледные как смерть,
заикаясь (по бумажке),
читали свои отречения
от правозащитного служения
и про то, как они без зазрения совести
"лили воду на мельницы вражеских голосов и спецслужб,.
С ужасом я поджидал, когда вот так же
покажут согбенно-сгорбленного,
сломленного в казематах и покаянно биющего себя в грудь
священника Глеба Якунина.
Ждал, но слава Богу - не дождался:
"На торжество —
Всепетой
На Рождество,
Сораспятой,
Когда говорят: «Зима у дверей».
Житейских дорог на перепутьи,
Якунин,
Не канул который в Якутии,
Запрещённейший иерей..."