?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Без вины виноватые...
СУПчика хочится
kalakazo
"Вредные советы" от еще одного анонимного "паси овец пастыря":


"Инструкция для архиереев и благочинных «Как растоптать зарвавшегося попа»

Часто недоумевают, почему священники оказываются молчунами и терпят порой самое унизительное положение? Мол, вот с их молчаливого согласия так и распоясываются епископы, а значит сами виноваты, и нечего жаловаться. В общем, история про то, что девушка сама виновата, что ее изнасиловали.

В подавляющем числе случаев рядовой священник — это заложник церковной системы, и требовать броситься грудью на амбразуру от заложника просто бессовестно. Во-первых, он, как правило, обременен большой семьей, которую в светском мире он не смог бы себе позволить по уровню своих финансовых возможностей. Священник получает какую-то поддержку со стороны прихожан и добрых людей просто за факт священства. Чаще всего он не имеет светского образования, или же получил его слишком давно, а возвращение к прежней профессии шофера или рабочего на заводе уже невозможно как по состоянию растраченного здоровья, так и недостаточности такого заработка для содержания семьи. За годы служения происходит отмирание прежних социальных связей в светском обществе, которое становится для него совершенно внешним и пугающим. При лишении же сана внутри церковной среды бывший священник становится «расстригой», изгоем, которого будут сторониться, а многие очень скоро забудут: теперь он не раздаятель благодати, окруженный мистическим ореолом жречества, за которым мало кто желает увидеть его как человека. (Однажды я, находясь в тяжелом настроении, знакомой прихожанке стал говорить о проблемах священнической жизни, на что она ответила: «Даже слушать вас не буду. Вы же для нас как святой, вы для нас, прихожан, образец для подражания, а вашими словами вы разрушаете этот идеал. Господь не дает креста вышел сил, все по воле Божией».)

Формируется своеобразная психологическая зависимость от архиерейского гнета, как если бы человек провел лет 20 в тюрьме и оказался перед перспективой адаптироваться в совершенно иной свободной среде. Сознание священника бывает очень сильно сдвинуто за это время самыми различными манипуляциями про «терпение и смирение». Это испытание далеко не для каждого, и нередко оно ломает его. Насильственно отнимается священство, а с ним целый мир занятий, отношений, и мало что может заполнить эту образовавшуюся огромную дыру внутри. Некуда и не к кому податься, а начинать снова все с нуля лет в 40 уже слишком тяжело, как врастать старому дереву с оборванным корнями в новую почву.

Поэтому, с одной стороны, оказывается маленький бесправный священник, а с другой – всесильный в отношении его архиерей. Попытки заручиться поддержкой приходской общины тоже редко когда заканчиваются успешно. Священники часто перемещаются с прихода на приход и поэтому глубоких корней на месте не имеют. Отношения со священником зачастую – это отношения со священнослужителем, а не духовным отцом. Близкие и крепкие связи, большой авторитет – дело долгих лет служения на одном месте, и в провинции круг этот будут составлять не более 30-40 человек в лучшем случае. Богослужение же может совершать всякий. Сами приходские общины не имеют, как правило, единства, немногочисленны и не готовы защищать своего священника. Чаще всего это женщины средних лет и бабушки, которые могут лишь собрать подписи под обращением к архиерею, в котором смиренно попросят не переводить от них их любимого батюшку или не отправлять его в запрет.

Что происходит, если все же такое обращение будет подано? Архиерей его перенаправит благочинному, который начнет действовать по одной и той же схеме. Руководствуясь списком подписантов, он сперва индивидуально пообщается с наиболее значимыми из них. В ход пойдет весь набор манипуляций, против которого устоит редко какой прихожанин, и так в массе своей имеющий манипулятивное сознание. «Вы не верите самому архиерею, вы считаете его лжецом? Вы хотите идти против архиерейской воли?! Вы отрекаетесь от единства с Телом Христовым, а значит с самим Христом из-за своей гордыни! Смиритесь! Все совершается по промыслу Божию! Да вы знаете, что это путь в раскол, вас отлучат от Церкви, вам нельзя будет причащаться, вас даже не отпоют. А грех раскола не смывается даже мученической кровью!» — начав подобную речь с доверительных и жалеющих интонаций, благочинный завершит ее экзальтированным громогласным воплем, чтоб аж пробрало беднягу-подписанта. Прихожане в массе своей совершенно по-советски склонны к конформизму, и вступать в конфликт со столь высоким священноначалием в массе своей никогда не будут.

Конечно, останется маленькая группка непримиримых, но новоназначенный священник постарается нейтрализовать ее влияние на приход. Будет создана стена отчуждения со стороны покорного большинства и начнется психологическое выдавливание из приходской жизни. Попытки же устроить бойкот новоприбывшему священнику ничем не закончатся, потому как он может служить хоть в пустом храме, а пожертвования все равно будут, так как большая их часть идет от тех, кого в церковной среде именуют «захожанами» — людей, которые изредка заходят в храм поставить свечи да заказать требы. Им все равно, кто будет крестить и отпевать их родных и освящать их обиталища и колесницы.

Я могу вкратце рассказать, что произойдет со мной или любым другим рядовым священником, который выступит с открытым забралом и публично станет критиковать церковные порядки (эти последствия – живые наблюдения над судьбами священников, которые в нашей епархии дерзнули по разным поводам открыто выразить несогласие со священноначалием). Сперва раздадутся два звонка. Один — от его высокопреподобия благочинного, другой — из небесной канцелярии «ангела света», по совместительству наместника апостолов, то бишь архиерея. Уронив от неожиданности бутерброд на клавиатуру, я выслушаю примерно следующее в такой манере: «Слышь, ааатец, ты че там написал?! У тебя совсем с мозгами плохо стало в твоей деревне? Ты знаешь, какие последствия для тебя теперь могут быть? (N.B. Сами вопросы риторические, отвечать не обязательно.) В общем так, удаляй со свой страницы и на сайтах всю эту хрень. О своей писанине составишь рапорт. Если вызовут на прием к владыке, будешь слезно каяться, а нет, пеняй на себя». Конец связи. Это в лучшем случае, часто никаких звонков не будет, а сразу начнут «приниматься меры».

Само «раскаяние» подмоченную священническую карму уже не исправит в том смысле, что, может, служить-то он и останется, но на захудалом месте и под постоянным подозрением. В случае же «нераскаянности» произойдет примерно следующее: если священник был главой прихода, то он будет смещен или переведен на самый дальний и бедный, пойдут угрозы о церковном суде «за клевету» и запрете. Но кто думает, что все будет так вот напрямую, ошибается. Епархия в этом случае оказалась бы в неприглядном виде карающей репрессивной машины, которая несправедливо вбивает священника в пол всего лишь за слова, в которых нет никакого криминала. Поэтому становится важным опорочить такого священника.

Первым делом отряжается комиссия (без этого уж архиерею никак) к заблудшему пастырю. Комиссия старается нагрянуть нежданно, потому как ежели жданно, то батюшка может прихожан собрать, шум и неприятности пойдут. Приехавшая от архиерея комиссия вовсе не будет устанавливать истину, которая уже установлена наверху: священник клеветник и раскольник. Ей важно собрать доказательства этой истине. В качестве доказательства сойдут небрежно сбросанные доски в приходском сарае, найденная в лампаде муха (подобная история была с отцом Дмитрием Терехиным — прим. ред.), капли воска на облачении, неаккуратно заполненный богослужебный журнал, пыль за иконой. Эти весьма страшные и веские доказательства вины священника (в протоколе будет записано: «Кощунственное и небрежное отношение к святыням») будут дополнены пачкой жалоб, которые за годы копятся на любого священника у благочинного и архиерея от любвеобильных верующих: отказался отпевать умершего с перепою дедушку-атеиста, недолжным образом провел «чистку квартиры», называл старым дураком местного духоносного старца и запрещал к нему ездить, говорил еретические речи про шарлатанство с мощами, сомневался в схождении благодатного огня, ну и прочие тяжкие прегрешения. В протоколе будет: «Неоднократные жалобы и нарекания от благочестивых прихожан, попрание святых таинств, отвержение православного предания и впадение в протестантское суемудрие».

Кроме этого, обязательно откроется, что священник безбожно воровал миллионами и эшелонами, а в свободное от воровства время по-черному пил горькую (в протоколе: «Совершал грех святотатства, вел соблазнительную и недостойную священнического сана жизнь»). Ну а смелость иметь собственное суждение будет названа «гордостью». Припомнят неисполнение каких-либо бесконечных указулек сверху (о денежных сборах для погорельцев Сибири, о проведении мероприятий ко Дню народного единства и т.д.). Это уже будет иметь более серьезную формулировку: «Систематическое неисполнение распоряжений и указаний священноначалия».

Но и это еще не все. Расторопный благочинный, если общественность будет возмущаться, даст материал в местные СМИ о разоблаченном волке в овечьей шкуре.

Далее уже замаячит запрет, в котором священник, лишенный возможности служить и содержать свою семью, будет принуждаться этим к «покаянию». В некоторых епархиях в последнее время еще стала практиковаться такая дореволюционная форма, как направление священника в местный монастырь – до раскаяния.

Меня всегда поражала в этих историях готовность священноначалия, собратьев-иереев и некоторых прихожан клеветать самым невообразимым образом на такого священника, причем не стесняясь очевидности этой клеветы, предъявлять самые абсурдные обвинения вплоть до ереси. В этой легкой склонности ко лжи и травли есть что-то патологическое, какое-то страшное следствие ненормальности современных церковных отношений, странным образом напоминающих отношения в коллективах советских времен.

У священника нет защиты ни в каноническом праве, ни в церковном суде, который на самом деле не является никаким судом, а представляет собой комиссию следователей от архиерея, которая собирает данные, вызывает свидетелей и собранные материалы подает архиерею для окончательного решения. Нет защиты и в современном действующем церковном уставе. Священническое бесправие нашло выражение в одной поповской шутке: «Хожу на курсы вождения, хоть какие-то права будут».

По факту, единственным действенным средством для защиты себя или отстаивания церковной правды сегодня оказывается публичность. Это тот маленький камень из пращи Давидовой, который может попасть в лоб Голиафу. Часто, но далеко не всегда, только обнародование какой-то совершенной гнусности или перечня фактов может положить конец многолетней практике деструктивного воздействия со стороны псевдостарца и горе-игумена, доводящих пасомых до психушек и самоубийств, церковной коррупции, растления и сексуальных домогательств со стороны вышестоящих лиц. Конечно, можно и промолчать, распустив сопли про «покрой согрешение брата твоего» и «не надо выносить сор из избы». И вообще, лучше промолчать и смириться. Только при этом важно помнить, что он тебе уже давно не брат во Христе, а нераскаянный преступник, отпавший от Христа. И покрываешь ты преступника, который благодаря этому и дальше будет калечить судьбы других людей. И уж точно он не пожалеет и не заступится за тебя.

По крайней мере, не стоит поддаваться этой еретической толстовской идее непротивления, ныне так популярной во внутрицерковной среде, а помнить не просто о праве, а и об обязанности христианина сопротивления злу силой".

отсюда

  • 1
Меня, вот, удивляю люди, пишущие такие статьи! А что, у мирян жизнь, она мёдом намазана? Или некоторые попы-страдальцы, они не на рядового своего прихожанина равняются, а на на тех, у кого вилла в Черногории? Ну, тады, конешно! Несчастнее попов никого на свете нету, ибо у многих ли из них собственность в Черногории?

Удивляют люди, пишущие такие коменты.

(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand

Ну и на  #ра нужна такая РПЦ? :-(


Меня всегда поражала в этих историях готовность священноначалия, собратьев-иереев и некоторых прихожан клеветать самым невообразимым образом на такого священника
------------------------------------------------------------------------------------------
А меня не поражает, я долго изучал деятельность секты Свидетелей Иеговы и общался с ее адептами. Там это называется ЛО - лишить общения и такого предателя мочить - дело святое и богоугодное, потому как он от самого Бога отрекся, а остальные с Богом остались.

Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal северного региона. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.

А ведь это большая категория людей, которые с юности готовы жить на подаяние. Не сам себя обеспечивать, а надеяться, что сердобольные бабушки/благочестивые спонсоры подадут на жизнь. С самого начала ущербная психология. Она, конечно, провоцируется системой, поэтому есть на кого валить "выжатому после сорока".

В точку. Было бы интересно прочитать мнение профессионального психоаналитика на пост этого инфантила.

В этой легкой склонности ко лжи и травли есть что-то патологическое, какое-то страшное следствие ненормальности современных церковных отношений, странным образом напоминающих отношения в коллективах советских времен.

Именно так!

Не ходите, братья, в попы! Учитесь, братья, создавайте семьи и работайте! Работайте, братья!

У нас так отца,настоятеля сельского храма,благочинный сжил с белого свету.Сначала переводили с одного места на другое,потом сняли крест,запретили в служении.Сейчас в монастыре послушником,это в пятьдесят лет-то.Хорошо,семья небольшая.

У него наверное классический ,,стокгольский синдром,,интересненько!!!

(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand

об обязанности христианина сопротивления злу силой".

Да ну? 6:29. Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и
отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй
взять и рубашку.
Или попов сия заповедь не касается?

РАСПОРЯЖЕНИЕ № 01

иерею Максиму Глинкину

Настоящим Вам объявляется выговор за:

— систематическое ношение подрясника без пояса;

— игнорирование благословения Правящего Архиерея о ношении пояса на подряснике;

— публичное пререкательство с Правящим Архиереем и попытку представить благословение о ношении пояса, как самоуправство и отсутствие подобной традиции в Православной Церкви.

В случае повторения подобных действий буду вынужден принять меры канонического воздействия.

http://roslavlep.ru/ykazi/

везде на постсоветском пространстве царствует показуха, нигде нет правды, справедливости; структуры, которые призваны работать на людей, работают на свое обогащение и благо, везде круговая порука, эта повсеместная практика, это такая человеческая порода, такие люди в этой серой холодной стране, все прикрываются добрыми писаниями и законами, это все и всегда было в России и никуда не денется. Все эти попы становясь чуть выше, чуть больше уже по другому говорят и о другом думают. Хочется пожелать всем попам стать епископами.

Патриарх Кирилл убири нарушителей канонов из клира.
Особенно прошу об Викторе Тверском, Питириме Сыктывкарском, Анастасии Симбирском

О том Квачков ещё говорил.

(no subject) (Anonymous) Expand

Пять копеек к вопросу

(Anonymous)
Всегда умилительно читать такого рода словоизлияния))))))))).
Бесправные, нищие, загнанные в угол попы, затираненные Священноначалием. Ужас, ужас. Можно подумать, что такое творится только в РПЦ МП, а вокруг на Святой Руси сплошная демократия! Смешно, право-слово. Демократия со свободой слова у нас только в Конституции! Это про Президента или там Губернатора можно говорить все, что хочется и в открытую (если, конечно, они не являются твоим непосредственным начальством), а ты попробуй рубануть правду-матку в отношении начальника на работе! В раз узнаешь, что такое демократия со свободным словом! Вылетишь пробочкой со своего тепленького местечка и никто за тебя не вступится. А вздумаешь залупаться, трудовая инспекция там или суд, вылетишь по Статье (был бы человек, Статья найдется) с отметкой в трудовой! И поди потом доказывай, что начальник хам и свинья. Проснитесь родненькие, оглядитесь окрест - где живем - в Россее!
Так и хочется спросить этого анонимного "паси овец пастыря", а ты куда шел-то отец родной и зачем?!
Я не Священник, я врач. И меня, как врача, всегда умиляет когда некоторые коллеги начинают пищать и квакать о том как им тяжело жить, и зарплата маленькая, и нагрузка большая, и профессиональное выгорание видишь ли одолело. И ладно бы о сем тявкали сопливые юнцы (новоначальные и неофитствующие) только после интернатуры и ординатуры (Семинарии-Академии), вдруг осознавшие в какое дерьмо их занесло! Так нет же, начинают роптать серьезные и маститые, с многолетним стажем, "профессионально выгоревшие", блин! И вот вопрос: "А ты куда и зачем шел?". Деньги зарабатывать или людям служить?! Если деньги зарабатывать, то считай все - отзарабатывался и место тебе на свалке в прямом и переносном смысле! А если людям служить, тогда захлопни клюв и СЛУЖИ. И если будешь служить "достойно и праведно", то Бог тебя не оставит, и профессиональное не выгоришь, и паства с голоду помереть не даст!
И, наконец, про Епископов. Одно независимое агентство проводило анонимный социологический опрос в котором предлагало респондентам ответить только на один вопрос: "Будете ли Вы воровать, если об этом абсолютно никто не узнает?". Так вот - 67% опрошенных ответило утвердительно: "Да, буду".
До тех пор, пока 67% нас с вами будут воровать, если об этом никто не узнает, не будет у нас никаких других Министров, никаких других Губернаторов, Патриархов, Епископов и т.п.! Каковы сами, таковы и сани!
Аминь!

Re: Пять копеек к вопросу

(Anonymous)
Зато в нашей стране 67% честных людей!

странным образом напоминающих отношения в коллектива

советским коллективам до той РПЦешной мерзости, что твориться при гундяе, как до луны в тапках

Считаю, всё правильно написано. Прямо созвучно моему убогому комментарию про девушку-эпилептика к подборке о Нижегородчине. Батюшка где-то обобщил, а что-то конкретизировал, зная ситуацию изнутри. То же самое получается, что мне как прихожанке (не "дочери офицера", заметьте) видится снаружи. Какое-никакое единомыслие, хоть это радует.

  • 1