?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Отметить Next Entry
Уродно звяцание...
СУПчика хочится
kalakazo
Концерт Олега Николаевича Каравайчука в музее Иссака Бродского.
Его привезли из его Келломяк уже к шести вечера.
Всю нощь он промузыцировал,
как всегда из кусков мучительно пытаясь
сложить хоть что то членораздельное,
и как всегда ничего не получалось.
Поутру промаялся пытаясь уснуть,
и было неясно: согласится он играть или нет.
Но к полдню выглянуло солнушко,
и пройдясь по нему
Олежек почирикал с синицами,
поворковал с голубком,
и помычав не без удовольствия
с мычащей только девочкой –
местной комаровской дурочкой,
дал добро на выступление.
Мир обыденных и нормальных
Олега Николаевича никогда не интересовал,
почему за столько десятилетий жизни
в питерских Келломяках – Комарово,
он ни с кем из академиков, пиитов, музыкантов,
и писак так и не сошёлся.
Час он пролежал в полной темноте на музейной кушетке,
преодолевая чувство гадливости
к обступающим его липким городошным флюидам.
Где то там рассаживался уже обилеченный народ,
и снова было неясно: сможет он играть или нет.
Наконец Олежик вышел – никем не замеченный,
всё одно как сморщенный лесовичёк,
за последний год своего уже,
как никак восьмидесятилетия
и ростом вроде поубавившись,
и словно снова превратившись в "мальчика с пальчик" -
вундеркинда сидевшего на коленях Иосифа Виссарионыча,
и того самого в красном галстухе пионера,
лихо в Александровской «Волге – Волге»
бряцающего на фортепьянах.
Сел на стул,
поёрзал чуток,
приноровляясь и тут же пытаясь с него съелозить,
и как всегда нахлобучился поверх
уже паричка и вездесущего берета,
плотной наволочкой – от всегда его раздражающего
верхнего света,
и мира людей – слишком чувственных и животных,
чтоб ему не мешать одним только своим уже присуствием.
Те кто ожидал услыхать салонное музицирование
последнего питерского Идиота и
вкусить очередную порцию нашего городского бренда -
питерского сумашествия,
был возможно несказанно разочарован,
ибо у него снова ничего не получалось.
Олежик как всегда начал с настраивающей его
«песни бесстрастливаго гневу» -
пытаясь пробить стену между собой и своей музЫкой,
чувством крайнего по отношению к самому себе же
отвращения и гадливости:
только так преодолевается «каша в голове»,
и собственной же головою
пробивается банализация бытия и самого гнозиса..
Творчество уже как лет сорок
стало для него мукой и пыткой:
будучи не от мира сего,
и даже неведая имена тех кто нами правил,
он стал этого мира эоловой арфой,
изменив вдруг своим кристально чистым аккордам,
и внешней напевной красивости
(в "Двух капитанах"),
и первым среди советских композиторов
ещё в конце пятидесятых выдавив из себя
пляшуще скачуще лязгающе вихляющийся диссонанс
и став для тогдашней эпохи
с ея псевдооптимистичным настроем и псевдогармонией,
ея диагнозом и ея приговором.
А последние лет двадцать – с начала перестройки –
и живым воплощением
крушения самой классической музыки -
ея ошмётками и разрывами,
судоргами и кажется что последними уже
ея предсмертными трепыханиями.
Двадцать лет он упорливо пытается дотянуться
и стать вровень с тем Олежиком,
каким его знавали по музыке из фильмов Ильи Авербаха -
не иначе то, как Сизифово катание камней в гору,
с какой доносится иногда, точно из пыточной, только его истошной крик.
Он никогда не подлаживался и никогда не умел и
никому не хотел нравиться.
Я всегда завидовал его огнезрачному безумию,
его полной и уже окончательной маргинальности,
умению проживать симулякрственные эпохи,
вовсе их не замечая,
его глубочайшему презрению к миру мирских ценностей,
его роковой и всегдашливой «творческой неудаче»,
какую он снова блестяще и продемонстрировал:
начиная и сознательно идя на обрыв,
куксясь и как всегда ненарошливо капризничая,
приноравливаясь к инструменту,
то становясь перед ним на колени,
то облакачиваясь,
то садясь на него задом,
и всё одно не слыша того самого уродного звяцания...


  • 1
вот и удалось с Вашей помощью хоть отдалённый рассказ
о происшедшем услыхать!

а ведь наверняка
- все Питерские читатели Маэстро на концерте были!

во главе с Хгр.ом ))

Там дела поважнее
- он статью про Летова писал
и уже весь православно-молодежный сектор в ЖЖ восхищается!

Дождёшьси таких подвигов от молодёжи...

:))) а мы с Наумовой и Тарусай - непременно б пошли!

разлеглись бы там по батарейям и подмуркивали:))

Ну уж сразу же. Мы вот были. Наконец-то довелось.

Спасибо Вам огромное, что проинформировали о концерте. Это было как прикосновение к чему-то очень большому. Записи, конечно, очень мало способны передать.

Нельзя ли попросить Вас снять замок с этой записи? или, может быть, просто разрешите процитировать это эссе целиком (в частной переписке - речь зашла о вчерашнем концерте)?

Цитируйте, друг мой, пожалуйста, что угодно цитируйте...

(Deleted comment)
  • 1