Previous Entry Поделиться Next Entry
Когда харизматическим лидером может быть и святой, и преступник...
СУПчика хочится
kalakazo
В продолжение темы Свято-Алексиевская пустынь,

темы Паки о Свято-Алексиевской пустыни

и темы Теперь о "духовном воспитании":


«Почему не разберутся с этой общиной?" Потому, что с ней не так-то просто РАЗОБРАТЬСЯ.
В последнее время община приобрела весьма веский статус: Алексиевское архиерейское монастырское подворье. Автономная некоммерческая благотворительная организация ПРАВОСЛАВНАЯ ОБИТЕЛЬ - БРАТСТВО МИЛОСЕРДИЯ СВЯТО - АЛЕКСИЕВСКАЯ ПУСТЫНЬ.
Я ( и другие участники данной темы) уже отмечали, что о.Пётр(Василенко) личность образованная, неординарная, типичный харизматический лидер.
А что означает понятие "харизматический лидер"?
Харизматический лидер - человек, возглавляющий определённую социальную группу благодаря своим исключительным личностным качествам - харизме. Он живет и действует бесстрашно: так, как будто его хранят небеса.
Харизматическому лидеру могут приписываться успехи его сторонников, явные неудачи могут особо трактоваться и прославляться (бегство воспринимается как спасение, любые потери - как необходимые жертвы, банальные или даже абсурдные утверждения - как непостижимая мудрость). Его считают провидцем, колоссальной исторической фигурой, выполняющей «историческую миссию», открывающей новые горизонты.

Взаимоотношения харизматического лидера и группы предполагает ПОЛНУЮ САМООТДАЧУ и СЛЕПУЮ ВЕРУ.
Свойство харизмы относительно безразлично к роду деятельности и ее морально-этическому содержанию: харизматическим лидером с равным успехом может быть и святой, и преступник.

Поверьте, я знаю, о чём говорю. При первом личностном общении с о. Петром практически все люди подпадают под его харизматическое обаяние и... ВОСХИЩАЮТСЯ! А попасть на этот личный приём не так-то просто. Предварительно человек проходит интенсивную "обработку любовью": экскурсии(обязательно в сопровождении подготовленных для этого людей) по территории Пустыни, беседы, опять же с подготовленными людьми из среды насельников, гимназистов, кадетов, возможна трапеза, и лишь после этого(когда ваша душа восхитилась всем увиденным и услышанным)человек допускается к общению с ОТЦОМ - НАСТОЯТЕЛЕМ. Он, так сказать, вишенка на торте, которым вас весьма интенсивно потчуют.

Такой приём применяется всегда: и при встрече экскурсионного автобуса с паломниками, которые едут, например в Годеново, и по дороге заглянули в Пустынь и при приёмевысокопоставленных гостей и начальников, как светских, так и церковных.

К гостям в Пустыни относятся весьма внимательно и предупредительно. И за одно-, два-, три посещения Пустыни наездами вы ничего, кроме радостного восхищения перед этим местом, перед этими людьми и , особенно, перед Отцом-Настоятелем не испытаете.
Один из основных компонентов составляющих харизму - это сильные коммуникативные способности. о.Пётр обладает сильной словесной коммуникацией. Стоит ему только появиться в какой-нибудь аудитории, где до этого тихо и мирно скучали люди, как они немедленно «заполняют собой» всё пространство. Его слова всегда звучат уверенно, авторитетно и , практически, безапелляционно, что бы он ни высказывал.
Как истинный харизматик, о.Пётр глубокий специалист в своём деле - образовании. А если в чём-то не очень хорошо разбирается, например, в сельском хозяйстве, строительстве, то способен умело подбирать нужные кадры, заражая людей своей идеей, энергетикой и ... в конце-концов, беря их деятельность под полный контроль, ЛОВКО ПРИПИСЫВАЯ ИХ ИДЕИ СЕБЕ. В результате таких манипуляций у окружающих(простых смертных) создаётся впечатление гениальности и непогрешимости о.Петра - ОН знает ВСЁ, ОБО ВСЁМ и...ОБО ВСЕХ!
В то же время о.Пётр умеет создать ощущение некоторой недосказанности, вокруг него всегда крутится много мифов, которые он либо не комментирует, подогревая интерес к себе, либо искусственно поддерживает, если ему это выгодно. Внешне он ( как и его супруга, матушка Феврония) выглядит весьма доступным, мягким человеком, так сказать "ЛЮБЯЩИМ ОТЦОМ". Он действительно любит людей. Он ощущает себя учителем и проповедником. А как всякий учитель, он ощущает свою потребность в отдаче, заключающейся не просто в передаче знаний, но и В ПРИНЯТИИ ЛЮДЬМИ ЕГО(!) ЦЕННОСТЕЙ. И он всегда получает удовольствие, наблюдая за профессиональным и духовным ростом своих подчиненных, в выстроенной ИМ(!) системе координат.
В любом коллективе руководитель-харизматик — это всегда идейный вдохновитель. Довольно часто у них наблюдаются проблемы с делегированием полномочий. Всё дело в том, что руководитель слишком много функций берёт на себя, становясь абсолютно незаменимым звеном. В случае болезни или отпуска руководителя из организации словно жизнь уходит. Некому больше воодушевлять и вдохновлять — вроде всё функционирует, но не так, как с ним.
В случае о. Петра это правило действует безотказно. Стоит ему заболеть или отъехать куда -нибудь - в Пустыни начинаются разброд и шатания. Конечно есть заменители, доверенные лица - матушка Феврония, брат, сын и более мелкие "начальники", но... "Кот из дому - мыши в пляс!" И каждый тянет "одеяло"-Пустынь на себя, пытаясь захватить ВЛАСТЬ!

А когда "паны дерутся - у холопов(что?) чубы трещат!" Поэтому основная масса насельников Пустыни вполне искренне молятся о здравии о. Петра, желая ему долгих лет жизни, не зависимо от того, осознают люди или нет, в какой морально-психологической, материальной, духовной зависимости от него они находятся. Лучше ПРИВЫЧНОЕ РАБСТВО, чем неопределённость революции и свободы. Не было бы хуже!!!

Поэтому с общиной трудно РАЗОБРАТЬСЯ. Слишком много ЗАВИСИМЫХ людей в ней находятся. И даже такой вопиющий факт, как доведение до самоубийства (или убийства) подростка Ильи Михнёва 27 октября 2011 года не поколебало системы Пустыни. Всё списали на несчастный случай, обусловленный душевной болезнью(одержимостью) мальчика, и на неадекватное поведение его матери!
Я лично знал и Елену, и Илью. Не было там никакой неадекватности и одержимости. Просто замордовали. Не успела Лена с сыном вовремя уехать из этой "обители любви". И это не единичный случай смерти по несчастью в истории Пустыни. Но, всё шито-крыто великолепным блеском гимназии, кадетского корпуса, музеев и т.п., и, самое главное, ЮРИДИЧЕСКИ ЧИСТО(!) - не подкопаешься!
В Пустыни очень большая "текучесть" насельников. Из тех, кто когда-то начинал возрождение обители с о.Петром практически никого не осталось. Если людям есть куда вернуться, то они, как правило, уходят из Пустыни: кто-то, разобравшись в сути системы Пустыни, через год-два; кто-то, героически держится ради того, что бы дети получили образование 5-12 лет(в зависимости от возраста детей при попадании в Пустынь). Постоянная составляющая - это о.Пётр и его семейство, т.е. ХОЗЯЕВА пустыни.

Мне удалось выйти( и вывезти семью) из Пустыни с минимальными потерями, как в морально-психологическом, так и в материальном плане. Благодарен за это моей мудрой жене. Она во многом способствовала нашему мирному выходу из обители, так как сдерживала меня от "искания истины и любви" в этом сообществе. Слава Богу нам было куда вернуться! Слава Богу наши дети не успели заразиться лицемерием и страхом!
Мы живём в городе, являемся прихожанами храма и активно участвуем в жизни нашей общины. Девочки поют в храмовой хоровой капелле, мальчики занимаются в военно-патриотическом кружке, вместе с друзьями (и их детьми) из нашей общины мы ездим в паломнические поездки, в разнообразные православные лагеря, которые организует наш и другие приходы, включая выезды за рубеж(Болгария, Греция, Италия, Польша, Грузия), сподобились совершить паломничество и в Святую Землю. Глаза моих детей светятся радостью и жизнью. В храм они ходят не ежедневно-еженедельно, но уж точно не по принуждению, а по убеждению, по велению и потребности сердца.
Нынешним насельникам Пустыни я хочу пожелать терпения и прозрения. А о. Петру (и ие же с ним) - покаяния и смирения. Храни всех Господь!»

отсюда

  • 1

как и его супруга, матушка Феврония

(Anonymous)
Шедеврально!

Нужно ещё отметить, что у Василенки нет никакого систематического образования. Он типичный самоучка со всеми т.с. вытекающими.
Это к вопросу об "образованной личности".

Его т.н. харизма (духовные установки) во многом зиждется на тех основах, которые были заложены во время многолетнего тесного общения с известным оккультистом прот. Василием Лесняком, в бытность Василенки псаломщиком храма в Шувалово.

Вот где нужно искать "духовную" основу всех бесчисленных безобразий, творящихся в "монастыре строгого режима".

человек конечно он не ординарный но получилось то что получилось квазиправославный пионерлагерь строгого режима

это мягко сказано, дорогая Елена.

там ужос что творится

А как получилось, что Фёдор Конюхов туда переехал жить с семьёй?? У кого какие комментарии на этот счет?

Еще в 2012 году я написала маленький коммент на Курайнике на ту же тему (про о.Василия Лесняка)... И сразу такоооое началось, мирновялотекущая тема вдруг взорвалась простынями текста оправданий от лично о.Петра Василенко.
Кому интересно, по этой ссылке, начиная с поста№152 на 8 странице.
http://orthodoxy.cafe/index.php?topic=292734.140

ам

(Anonymous)
Кто б там что ни говорил о Лесняке сегодня, колдун - не колдун и прочее, но на примере безобразий с Василенко прекрасно видно, что яблочко действительно недалеко падает от яблоньки.

"По плодам их узнаете их"

пишет аэромонах Василенко

(Anonymous)
...Илье и его матери была предоставлена постоянная прописка в Свято-Алексиевской Пустыни и они имели самые лучшие условия проживания, благоустроенную двухкомнатную квартиру на двоих. Таких условий не имеет ни одна (в т.ч. моя собственная) семья...
http://orthodoxy.cafe/index.php?topic=292734.140

ага, "Внешне он ( как и его супруга, матушка Феврония) выглядит весьма доступным..."

полная асса!

Ольга Седакова, поэт, филолог и публицист, прочитала в декабре в Минске лекцию о различении добра и зла.

Она описывала особенности отношения ко злу в русской традиции. Приводя в пример пословицу "Нет худа без добра", Седакова говорила, что, согласно народной мудрости, рядом со злом может случиться что-то хорошее, но это нельзя интерпретировать как идею добра внутри зла: "Ложка дегтя портит бочку меда", присутствие даже маленького зла портит огромное количество добра.

Однако в истории дело обстоит иначе, люди почему-то не хотят назвать плохое плохим. В русской культурной традиции, по словам Седаковой, есть "этическая гибкость", понимаемая не как беспринципность, а как широта. Она позволяет прощать врагов, но обратной стороной оказывается "дружба со злом", когда говорят: "Не осуждай, все мы грешные" и цитируют Евангелие: "Кто не грешен – кинь камень", забывая процитировать продолжение – "Иди и не греши больше".

Это сводит с ума
Злодеев оправдывают необходимостью чего-то добиться. В качестве примера традиции обожествлять зло и жестокость Седакова приводит отношение к Сталину, к Ивану Грозному: "Это сводит с ума. Говорится: "Да, Сталин уничтожил миллионы, но с другой стороны, он построил индустрию". Представить невозможно, чтобы на немецком языке кто-то сказал, что "Гитлер убил много, но он дороги какие построил".

Но самое страшное, по ее словам, – попустительство злу и чуть ли не прямое почитание зла в форме беспощадного насилия, жестокости, прибегание к злу за покровительством: "Теперь мы видим, что открываются памятники Ивану Грозному. Малюту любили, Берию. И чем беспощаднее, тем больше нравятся. Почему? Потому что нет веры, что добро что-то может само. Что только злом можно навести на земле порядок".

Если убивают людей – это преступный режим
22 декабря Ольга Седакова приняла участие в спектакле Кирилла Серебренникова "Похороны Сталина" в "Гоголь-центре". "Сегодня мы не можем делать вид, что ничего не происходит, не слышать тех, кто говорит, что при Сталине все было хорошо, не реагировать на то, что открывают памятники диктатору. Убежден, что если убивают людей – это преступный режим и он должен быть осужден. Вот мы и решили высказаться на этот счет", – сказал Серебренников в интервью РИА Новости. Спектакль прошел только один раз.

В интервью Радио Свобода ​Ольга Седакова рассказала о своем участии в спектакле и обсудила странное свойство не различать добро и зло, все чаще, по ее словам, проявляющееся в России.

Страх назвать зло злом
– Предоставление равных прав добру и злу – своеобразное понимание постмодернизма, когда люди, восхваляющие Сталина, обижаются на тех, кто требует считать его палачом: мол, что вы такие нетерпимые, мы вам не мешаем думать, что Сталин плохой, а вы нам не мешайте думать, что Сталин хороший. Получается, в современной России утрачена сама принципиальная возможность разделять добро и зло?

– Да, но только я думаю, что это случилось не в современной России. Мне как раз хотелось показать глубокие истоки терпимого и даже дружеского отношения к злу. Можно сопоставлять с постмодернистским настроением, но заметим, что нигде больше постмодернизм таких форм не принимает.

– И даже не совсем честно по отношению к постмодернизму называть это постмодернизмом. Как далеко уходит эта традиция плохоразличимости добра и зла в России? Наследие 20-го века?

– Здесь традиция гораздо длиннее, хотя воспитание в духе "советской моральной диалектики" сыграло свою роль. Я бы даже не сказала, что это неразличение – это страх назвать зло злом, воздержание от такого суждения.



Добро в русской традиции представляется бессильным
​– В чем причина такого страха?

– Общая картина мироздания, в которой предполагается, что добро бессильно и только зло обладает какой-то силой. Если добро хочет что-то совершить, то без помощи зла не обойдешься. Потому что добро в русской традиции представляется в образе, допустим, князя Мышкина, – большая разница с европейской, западной традицией, где, начиная с Данте, мы видим совершенно другую картину – добро сильно.

– Это именно русская культурная традиция – ​не верить в силу добра?

– Конечно, нет. Просто другими культурами я не имела возможности так близко заниматься. Можно представить такое и в других местах, ближе к Востоку в противопоставлении Запад – Восток, или к Югу в противопоставлении Север – Юг. То есть к тем областям, где этика немного другая.


В России так легко прощают преступников
​– Россия – часть западной цивилизации, и именно как часть западной цивилизации представляет ей оппозицию, которую можно условно называть юго-восточной, хотя это не совсем соответствует географии. В вашей лекции есть особая тональность – что тонкость в восприятии зла и добра, в отличие от линейного противопоставления их на Западе, – хорошая особенность русской культуры.

– Не совсем так. У каждого свойства есть светлая сторона и теневая. У терпимого, более сложного отношения ко злу есть очень светлая сторона, которая известна и удивляет западных наблюдателей, – то, что в России так легко прощают преступников. Западные исследователи часто говорят, что Запад слишком жесток, примитивен в этом разделении. Теневая же сторона связана не с прощением, не с умением встать над злом, а, наоборот, со служением злу, любовью к нему. Это две противоположные стороны одного явления.

Привыкание ко злу
​– Разговор о тонкости – прямая дорога к представлению об особой русской душе: мол, на Западе лучше дороги, зато русская душа гораздо более тонка. Но вот вы говорите, как легко человек русской культуры прощает зло, однако примеры проще найти у Достоевского, а но в обычной жизни, особенно если смотреть на новостную ленту.

– Слово "тонкость" здесь не подходит, больше подходит слово "гибкость", возможность меняться. Конечно, это то самое изменение человека после советской индоктринации. Умение подняться над злом, простить окончательно – осталось в прошлом, его теперь очень мало. Но осталась его тень – привыкание ко злу. А прощение, примирение – теперь вещь абсолютно редкая у людей советского и постсоветского склада.

Преклонение перед злодейством без всякого "но"
​– То есть осталась, по большей части, теневая сторона, приникание ко злу, неверие, что у добра есть сила?

– Чтобы справиться с мирозданием, которое представляется по своей природе злым и недружественным.

– Это ведь негативное свойство – то, что человек склонен прибегать ко злу, поскольку считает это единственным способом чего-то добиться?

– Я бы не употребила слово "негативное" – это страшное свойство.

– Этим объясняется то, что нынешнее российское сознание так яростно оберегает Сталина и Ивана Грозного, двух, видимо, самых кровавых русских лидеров?

– Конечно. Я впервые опубликовала вариант работы о зле в русской традиции, о дружбе со злом, уже почти 10 лет назад. Я написала в конце о преклонении перед злодеями, перед злодейством без всякого "но". Не так, как раньше говорилось: Сталин многих убил, но зато сделал то-то и то-то, – а о преклонении просто за то, что он, как теперь говорят, был "крутым", был свирепым и беспощадным. Тогда мне возражали: ну что же вы наговариваете? А теперь мы видим, что возникает культ жестокости как таковой, культ злодеев, которых выбирают из истории и им поклоняются. Конечно, не на официальном уровне, но речь ведется о канонизации Малюты Скуратова, Берии, всех, кто прославился только злодейством.

Что, собственно, хорошего сделал Малюта Скуратов
​– Но всегда можно найти что-то позитивное. Про Берию говорят, что он возглавлял атомную программу и без него у Советского Союза не было бы бомбы в противостоянии с Соединенными Штатами. Да, мол, он жестокий, ну и хорошо, потому что другой, может, ничего бы не добился.

– Когда говорят, что только злым, беспощадным образом можно чего-нибудь достичь, – это довольно умеренная позиция. Но теперь не обсуждают, что, собственно, хорошего сделал Малюта Скуратов. Говорят, что он просто был беспощадный злодей, и хорошо – он помогает одним злом справиться с другим злом, потому что весь мир злой и надо на него идти таким образом. Романтизация злобы. Я думаю, у Захара Прилепина можно встретить такие вещи, когда он прославляет идею войск, которые стреляли сзади в своих, если те отступали.

Не обманешь, не убьешь – ничего не получишь
​– В лекции вы приводили в пример пословицу, что нет худа без добра, или, в версии Пушкина, нет зла без добра, то есть человек русской культуры считает, что добро есть рядом со злом. Теперь вы произносите страшную вещь: начинается культ зла как такового, человек начинает думать, что зло и есть добро.

Предоставление равных прав добру и злу – своеобразное понимание постмодернизма, когда люди, восхваляющие Сталина, обижаются на тех, кто требует считать его палачом: мол, что вы такие нетерпимые, мы вам не мешаем думать, что Сталин плохой, а вы нам не мешайте думать, что Сталин хороший. Получается, в современной России утрачена сама принципиальная возможность разделять добро и зло?

– Да, но только я думаю, что это случилось не в современной России. Мне как раз хотелось показать глубокие истоки терпимого и даже дружеского отношения к злу. Можно сопоставлять с постмодернистским настроением, но заметим, что нигде больше постмодернизм таких форм не принимает.

– И даже не совсем честно по отношению к постмодернизму называть это постмодернизмом. Как далеко уходит эта традиция плохоразличимости добра и зла в России? Наследие 20-го века?

– Здесь традиция гораздо длиннее, хотя воспитание в духе "советской моральной диалектики" сыграло свою роль. Я бы даже не сказала, что это неразличение – это страх назвать зло злом, воздержание от такого суждения.

– В чем причина такого страха?

– Общая картина мироздания, в которой предполагается, что добро бессильно и только зло обладает какой-то силой. Если добро хочет что-то совершить, то без помощи зла не обойдешься. Потому что добро в русской традиции представляется в образе, допустим, князя Мышкина, – большая разница с европейской, западной традицией, где, начиная с Данте, мы видим совершенно другую картину – добро сильно.



– Это именно русская культурная традиция – ​не верить в силу добра?

– Конечно, нет. Просто другими культурами я не имела возможности так близко заниматься. Можно представить такое и в других местах, ближе к Востоку в противопоставлении Запад – Восток, или к Югу в противопоставлении Север – Юг. То есть к тем областям, где этика немного другая.

– Россия – часть западной цивилизации, и именно как часть западной цивилизации представляет ей оппозицию, которую можно условно называть юго-восточной, хотя это не совсем соответствует географии. В вашей лекции есть особая тональность – что тонкость в восприятии зла и добра, в отличие от линейного противопоставления их на Западе, – хорошая особенность русской культуры.

– Не совсем так. У каждого свойства есть светлая сторона и теневая. У терпимого, более сложного отношения ко злу есть очень светлая сторона, которая известна и удивляет западных наблюдателей, – то, что в России так легко прощают преступников. Западные исследователи часто говорят, что Запад слишком жесток, примитивен в этом разделении. Теневая же сторона связана не с прощением, не с умением встать над злом, а, наоборот, со служением злу, любовью к нему. Это две противоположные стороны одного явления.

– Разговор о тонкости – прямая дорога к представлению об особой русской душе: мол, на Западе лучше дороги, зато русская душа гораздо более тонка. Но вот вы говорите, как легко человек русской культуры прощает зло, однако примеры проще найти у Достоевского, а но в обычной жизни, особенно если смотреть на новостную ленту.

– Слово "тонкость" здесь не подходит, больше подходит слово "гибкость", возможность меняться. Конечно, это то самое изменение человека после советской индоктринации. Умение подняться над злом, простить окончательно – осталось в прошлом, его теперь очень мало. Но осталась его тень – привыкание ко злу. А прощение, примирение – теперь вещь абсолютно редкая у людей советского и постсоветского склада.





Ольга Седакова

– То есть осталась, по большей части, теневая сторона, приникание ко злу, неверие, что у добра есть сила?

– Чтобы справиться с мирозданием, которое представляется по своей природе злым и недружественным.

– Это ведь негативное свойство – то, что человек склонен прибегать ко злу, поскольку считает это единственным способом чего-то добиться?

– Я бы не употребила слово "негативное" – это страшное свойство.

– Этим объясняется то, что нынешнее российское сознание так яростно оберегает Сталина и Ивана Грозного, двух, видимо, самых кровавых русских лидеров?

– Конечно. Я впервые опубликовала вариант работы о зле в русской традиции, о дружбе со злом, уже почти 10 лет назад. Я написала в конце о преклонении перед злодеями, перед злодейством без всякого "но". Не так, как раньше говорилось: Сталин многих убил, но зато сделал то-то и то-то, – а о преклонении просто за то, что он, как теперь говорят, был "крутым", был свирепым и беспощадным. Тогда мне возражали: ну что же вы наговариваете? А теперь мы видим, что возникает культ жестокости как таковой, культ злодеев, которых выбирают из истории и им поклоняются. Конечно, не на официальном уровне, но речь ведется о канонизации Малюты Скуратова, Берии, всех, кто прославился только злодейством.

– Но всегда можно найти что-то позитивное. Про Берию говорят, что он возглавлял атомную программу и без него у Советского Союза не было бы бомбы в противостоянии с Соединенными Штатами. Да, мол, он жестокий, ну и хорошо, потому что другой, может, ничего бы не добился.

– Когда говорят, что только злым, беспощадным образом можно чего-нибудь достичь, – это довольно умеренная позиция. Но теперь не обсуждают, что, собственно, хорошего сделал Малюта Скуратов. Говорят, что он просто был беспощадный злодей, и хорошо – он помогает одним злом справиться с другим злом, потому что весь мир злой и надо на него идти таким образом. Романтизация злобы. Я думаю, у Захара Прилепина можно встретить такие вещи, когда он прославляет идею войск, которые стреляли сзади в своих, если те отступали.

– В лекции вы приводили в пример пословицу, что нет худа без добра, или, в версии Пушкина, нет зла без добра, то есть человек русской культуры считает, что добро есть рядом со злом. Теперь вы произносите страшную вещь: начинается культ зла как такового, человек начинает думать, что зло и есть добро.

– У меня описаны отношения со злом, когда его оправдывают, говорят, что в нем есть что-то доброе или оно было для чего-то нужно. Но апогей – когда прославляется зло как зло, как правильное поведение в мире. Это совсем недавняя вещь, такого все-таки не было.

– Это временная девиация или логическое развитие многовековой традиции, о которой вы говорили, то есть устойчивое явление, которое будет лишь укрепляться?

– Я надеюсь, что у него нет будущего. Но сколько это может продлиться – трудно предсказать. До прославления злодея как злодея дело никогда прежде не доходило. Это появилось буквально в последние годы. Потому что здесь, я думаю, не только культурно-географические противопоставления, как Запад – Восток, Юг – Север, но еще и среда. Есть мир подполья, уголовные круги, люмпенские в самом плохом смысле, и у них такие представления о вселенной: не обманешь, не убьешь – ничего не получишь. Наружу выходят самые низы общества, которые есть в каждом обществе, но им нигде не дано право публично утверждать свою веру.

– Я как-то беседовал с социологом Светланой Стивенсон, написавшей книгу "Банды России. С улиц в коридоры власти" – ​о том, как бандитская этика 90-х институциализировалась и распространилась на все общество. Вы говорите о чем-то подобном.

Edited at 2017-12-26 03:23 pm (UTC)

– Вы участвовали в спектакле Серебренникова "Похороны Сталина". Расскажете о нем?

– Я очень рада, что участвовала, потому что мне показалось это значительным событием, превосходящим мерки театральной постановки. У всех было ощущение, что что-то происходит на самом деле. Шла хроника на стене, одновременно развивались две линии: похороны Сталина и плачущие народные толпы – и похороны Прокофьева, которые были в тот же день. Были выбраны свидетельства, воспоминания и о том, и о другом, которые вставили маленькими кусочками в повествование. По ним и по отрывкам музыки Прокофьева очень многое было понятно – две столкнувшиеся стихии, в каком-то отношении смешавшиеся, потому что звучала и советская музыка Прокофьева. И люди, которых пригласил режиссер, должны были сказать, что думают по этому поводу. Это были живые свидетельства. Я не большой театрал, признаюсь, эксцентрическую театральность я не очень люблю. Но там этого не было совсем, все было очень целомудренно.

– В чем заключалось ваше выступление?

– Мое выступление было недолгим, как и у всех, Серебренников установил нам регламент 5–7 минут. Поскольку речь шла о смерти, я сказала: обычное определение, что человек смертен, вызывает скорбь. Но бывают люди, которые заставляют думать, что это хорошо, потому что только с их смертью возможно освободиться. Это был один тезис: смерть может быть освободительной, когда никаких других средств избавиться нет. Второй тезис: то, что он сделал с людьми, со страной, не умерло, остались отпечатки. Я пыталась перечислить, какую печать он оставил на душах. Многие говорили о страхе, о готовности предать, поддаться.

– Сталин ведь зло, которое надо различить и сказать, – вот зло без всякого добра?

– Несомненно. Как в Европе принято говорить о нацизме и Гитлере – они абсолютное зло.

– Вы сказали, что дело Сталина не умерло, оно продолжается. У вас есть представление, кто и как может покончить с этим? Вы, маленькая группа интеллигенции, собрались в "Гоголь-центре", похоронили Сталина, вспомнили Прокофьева. Что должно произойти, чтобы во всей России по-настоящему похоронили Сталина и признали его злом, наконец?

– Я думаю, признания большинства еще долго не будет. В Германии большинство долго не хотело признать того, что произошло при нацизме. Должно быть какое-то решение, принятое законным образом: то, что не состоялось в 1991 году в довольно нелепой форме суда над компартией, – ничего не сказали, ничего не сделали. Какое-то решение – обоснованное, подробно расписанное, доказательное – о том, что произошло не только при Сталине, но начиная с революционного переворота 1917 года. Кто должен это готовить, обдумывать, что произошло? Конечно, интеллигенция и интеллектуалы.

– То есть дело интеллигенции и интеллектуалов – похоронить Сталина, а уже потом общество примет это?

– Дело интеллектуалов, знатоков, историков – подготовить материалы о том, что произошло, а принимать решение должна какая-то официальная инстанция, чтобы это было государственным решением.

– Но ведь это касается не только Сталина. Например, Иван Грозный? Получается, надо разбираться со всей историей?

– Историю у нас никто не знает, и это все проекции недавнего прошлого на давнее. Они исчезнут сами собой.

– Вы говорили об ощущении, что в стенах "Гоголь-центра" "что-то происходит на самом деле". Есть надежда на то, что так начнутся похороны Сталина по-настоящему?

– Хотелось бы верить. Мне жаль, что это не стало известным многим людям. Я не надеюсь, что на всех бы подействовало, но кто-то непременно переменил бы взгляды. Постановка "Гоголь-центра" продолжает важнейшее ежегодное событие – поминовение жертв репрессий у Соловецкого камня в Москве и в других городах. Я каждый раз в этом участвую. Это сильное действие, которое совершает меньшинство.

Ольга Седакова


Edited at 2017-12-26 03:22 pm (UTC)

– Нет ничего удивительного в том, что мало кто знает о спектакле в "Гоголь-центре", что по Первому каналу не рассказывают о злодеяниях Сталина, не говорят, что Сталин – ​зло. Мне кажется, неразличимость зла и добра полезна любой недемократической власти. Но вы сами говорили о многовековой традиции в русской культуре. Предположим, власть по каким бы то ни было причинам решит дать вам или подобным вам людям время на Первом канале, чтобы рассказать о том, что Сталин – зло. Вы думаете, общество изменится?

– Это заняло бы большое время. Просветительская работа мигом не получается, потому что такие навыки глубоко вошли в человека, банализация зла, банализация жестокости. Но, конечно, может подействовать. Я не думаю, что люди в России принципиально невменяемы, просто с ними не говорят об этом и злостно запрещают об этом говорить.



Да вы душевно больной человек.

Вся проблема народа в запутинской Россиянии состоит в том, что люди не хотят мыслить своими мозгами и живут за счет той пропагандистской блевотины, которой их кормят.
Не хочется развивать эту тему дальше, простой пример.
"Мы заменяли нашу привычную любимую пищу на более доступную... вместо капусты мы использовали листья кустарников, ели лягушек... в течение месяца умерли моя мама и старшая сестра...» ( Jack Griffin)»"
Это-не сталинский ГУЛАГ за пайку, это демократические США за тарелку баланды, что бы не сдохнуть с голоду...
Yes (https://hostingkartinok.com/show-image.php?id=080c7ce86067e00dfec82fa033ee92d9)
Когда в начале 30-х советская фирма «Амторг» объявило о наборе специалистов для работы в СССР, на небольшую советскую зарплату, на эти вакансии было подано свыше 100 тысяч (!) заявок от американцев.На фото-очередь безработных на запись по отправке в СССР на работу, США 1932 г
Yes (https://hostingkartinok.com/show-image.php?id=9fdc216ef89a7401616c7a9a47cc401d)
Это не фашистский концлагерь, это концлагерь "Дуглас" у озера Мичиган
Yes (https://hostingkartinok.com/show-image.php?id=0ce5f3bbc8dc8c57e5595a22ab1610e7)

Спасибо ,даже и никогда об этом и не слыхал.Буду рад если осведомите побольше .Спасибо.

УЖАС!!!!! ((((((((((((((((((((((((((((((((((((((((
Это было во время Великой Депрессии в Америке?

Edited at 2017-12-26 10:21 pm (UTC)

Чему вы удивляетесь?

  • 1
?

Log in

No account? Create an account