kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Category:

Перед заходом солнца...

О чем писал дедулькин kalakazo
перед созывом Поместного собора в январе 2009-го,
избравшего в патриарси Кирилла Гундяева?

Дедулькины антиутопные грезы из саги Мой патриарх:


"Занывшия стены...

20 декабря, 2008
Проснулся я от набатного гула:
гроб с телом Святейшего
почему-то стоял в деревенской церкви,
а рядом с ним стоял сонм
узнаваемых в лицо
право правящих ныне деспотов,
слёзно молившихся о недопущении
на Святейший престол
медноликаго обаятеля –
смоленскаго кудеяра
и всероссийского чародея.
И вдруг "стены церкви как будто заныли.
Странный ропот и пронзительный визг раздался над глухими сводами,
в стенах окон слышалось какое-то отвратительное царапанье,
и вдруг сквозь окна и двери посыпалось с шумом множество гномов".
http://az.lib.ru/g/gogolx_n_w/text_0390.shtml
Толпа деспотов сжалась
от ненарошливого страху и трепету,
а из алтаря их страх пропечатывал
шкиру на холке сдирающий
надменной хохоток
железного Вия...
И тут-то в болезном поту
я снова проснулся..."
отсюда


"Чаровная дружба

21 декабря, 2008
Под утро мою палату №6
навестил самый настоящий Карлсон,
крышующий, как известно,
всех живущих на крышах.
Он жужал над самым потолком
в белой простыне
с прорисями для глаз,
грозливо изображая привидение:
"Кирюша, хвать дедулькина kalakazo дразнить –
он и без того уже пужанной,
глядишь, ещё как Чаплуша
и заикаться почнёт".
Карлсон сбросил с себя простыню
и оказался в горнолыжном прикиде
нынешним местоблюстителем:
"Никак тебя не провести –
значит точен наш выбор,
а мы второго Корейшу
из тебя решили сделать,
чтоб депутаты и владычни макаки,
графини, и мужья их – графины,
скупидомы и масоны,
толеранты и консерванты,
генералы и адмиралы
навещали бы тебя,
вопрошаючи: "Кто он?"
Одного деспотного памавания бровьми
было достаточно, чтобы навесить
персидски ковры вкруг моей кровати,
над моей головой повесить мироточущий изобильно
портрет Святейшего Алексия,
заполонить подкроватье ящиками отборного красного Bordeaux,
а в коридоре резместить летучий секретариат
из овецэшных прихихешек
с интернетом, спутниковой связью
и даже особливым телефоном
правительственной связи
с кабинетами ВВП и Медведя –
вдруг и им мой совет понадобится!
Деспота с ловкостью фокусника
раскупорил бутылку Наполеошки
тридцатилетняй выдержки
и, обрезав концы у толстенных гаванских сигар,
раскурил с дедулькиным трубку мира.
Что ни говори, всегда ценил в смольнинском обаятеле умение
пересказывать чужие книжки
очень близко к тексту
и чужие мысли выдавать
за собственныя убеждения,
перелицовывая и меняя их,
в зависимости от собеседника,
порой по десять раз на дню.
Удивляла меня в сём чаровнике
и способность гипнотизировать "дружбой" на век,
выжимая из податного ему сословия
всё возможное,
а потом как высосанную шкурку
выбрасывать на ОВЦСную обочину –
множество таких, "подававших блескучие надежды",
на той обочине, покалеченных его чарованием,
до сих пор всё валяется..."
отсюда


"Клятва Герострата...

21 декабря, 2008
Что делать, о недрузи китчевого православия,
что делать, ежели покойный Святейший Алексий
настолько хотел казаться барином
и последним русским помещиком,
что даже по-ноздрёвски
приписывал себя в баронскую ветвь
остзейскаго столбового дворянства,
то ево местоблюститель
всё больше смахивает
на чеховского Лопахина,
непременно с топором
остервенело врубающегося в чащу
последнего церковно вишнёвого саду.
Кирилл, собственно, и назначен
(незнамо, впрочем, каким провидением) –
взять да и вбить последний гвоздь
в крышку гроба
последней православной Обломовки.
Ох, как ему уже давно душно и тесно
среди прекраснодушия деспотных
Маниловых и Собакевичей,
Коробочек и Плюшкиных,
вообразивших себя церковными князьками
и скирдующих иереовы кунверты
в зеве так и неразжигавшегося никогда
новодельного камина.
Душно Кириллу и среди этой швальной челяди,
занятой то щекотанием владычных пяток,
то трындёжными славохвалениями:
"Вы, владыченька – живой ангел во плоти..."
Если и можно будущего патриарся в чём представлять,
то непременно героем какого-нибудь американского вестерна,
на коне с гиком пуляющего из дробовика,
или хорошим МальчишОм-КибальчишОм
из поучительного комикса,
морализирующего про "безусловныя ценности
в пострихристианском социуме".
Итак, друзи моя, дедулькин с сего дни –
опора и поддержка местоблюстителя,
отныне его профетичной прорицатель,
деспотнай агиограф
и, хоть смейтесь над дурачиной,
хоть дулю ему лепите –
"Накось, выкуси",
а ведь доведу-то я деспоту Курилла
таки до Святейшего престолу..."
отсюда


"Два притопа, три прихлопа...

21 декабря, 2008
Едва токмо деспота Кирилл,
вдохновлённый советом дедулькина,
палату № 6 покинул,
как заявилися в неё
московитыя Добчинский с Бобчинским –
Фролов с Малером,
но, увидав, что поскакулькин
слюни пущает
и ненарошливо дурачком прикидуется,
малость за своё тёпленькия местечки поупокоилися.
А я, глядючи на эти церковныя
"два притопа, три прихлопа"
по-стариковски недоумевал:
ведь с таким комсомольцами
токмо дров наломаешь.
Как строчили передовицы в комсомольских многотиражках,
так и сейчас строчат что-то совсем бодяжное
и рыгалочно тягомотное.
С ними мы этак семимильными шагами
к всеобщему атеизму вскорости и прийдём.
Эх, Кирюша, Кирюша,
погубят тебя твои цепныя пёсы
почём зря..."
отсюда


"Чёрнай списочек...

21 декабря, 2008
Вскорости дидусю навестил и
завсегда всполошный Севушка Чаплин
и, видючи, что поскакулькин
в простоте сердешнай
слюнки пущаит,
вынул из своего толстопузия
аккуратистки сложенный вчетверо
синий платочек
и, от вестимаго удовольствия
промакнув своя потныя ладошки,
взял в оборот поворот
по-братски засосным лобзанием
Фролова с Малером и
принялся составлять на троих
чёрный списочек
врагов деспоты Кирилла,
крестиком помечая
для будусчей "нощи длинных ножей"
ещё и место их
домашнего пребывания,
входя от этого в истовый раж
и впиваясь в друг дружку
все более гомерическими засосами:
"Матерь Божия, помоги!
Не дай Бог, так ещё к утру
и до групповухи дойдут!"
отсюда


"Сарынь на кичку...

22 декабря, 2008
Не минуло и часу,
как в компании Малера
и Чаплина со Фроловым
мне здорово поплохело:
только ярым недругам православия
могло прийти в голову
сделать патриархийной витриной
бабьеподобственную компашку,
от какой на версту тянет
казёнщиной и рутиной,
осведомительством и ссыском,
жаждой хамовато всех и вся одёргивать
и вбивать кляпы в недовольственныя уста.
И я уже было от подступающего удушья
сам себе читал отходную,
как внезапу двери палаты № 6
с размаху распахнулися
и с гиком
и шашкой наперевес
на вороном коне
ворвался младой рубаха-парень и боевой казак
деспота Александр Дробинко.
Лихо дал под зад Малеру,
шашкою плашмя огрел Фролова
и, вскинув на лошадиный круп
хилое тельце дедулькина поскакулькина,
перед тем как пуститься вскач к своему хозяину,
прошипел потерявшему дар речи отцу Всеволоду:
"Сарынь на кичку!"
отсюда


"Дрожливое праворучье...

22 декабря, 2008
На коне вороном с деспотой Ляксандром
мы неслись оголтело над городами и весями,
на звёздном небе прочерчивая
искорный путь падающей звезды
под названием "полынь",
так что из Минску зыркнул на нас
испужанный зрак
всея Малой и Белай Руси
тамошнего батьки.
Мимо нас на бесе проплыл кузнец Вакула
с черевичками от самой государыни-матушки,
а уже самого беса обогнал
на своём новейшем сверхзвуковике
самолично удержующий штурвал
смоленский волхователь,
попыхивая гаванской сигарою и
помахав нам приветливо ручкой.
Уж пятнадцать годков,
как не бывал я в стольном граде Киеве,
и ведь не бывать мне ещё в нём столько же,
ежели бы не на то святая воля
блаженнейшего Володимира.
Блаженной зустретил дедулькина
даже не делая вид,
что он пытается встать с креслица,
подставив свое багровомордие для поцелуя,
темечком старательно упираясь в замшевое дугогорбье,
чтоб прилюдственно не потряхивать головушкой
и преступно дрожливое праворучье
оприходовав и споймав левым:
"Ну что же, хорош будущий Святейший?
Тебя и вызвал,
что только ты умеешь
говорить правду владыкам!" –
"Да уж, блаженной мой друже,
хорош, ничего не скажешь:
однако тут не только,
как бывало то раньше,
налицо алкогольный синдром,
а с Паркинсоном ещё Эльсхаймер
где-то рядышком загулялси..."
отсюда


Земля обетованная

23 декабря, 2008
Проснулся я от собственного кашля
и дневного кошмара –
и не в чертогах киевского деспоты,
и не среди персидских ковров
и ящиков отборного Bordeaux,
а во всё той же палате № 6,
среди запаха карболки и мочи
и стонов,
с посвистом в груди
моего соседушки.
Снился же мне большуший трёхмачтовый корабль,
за штурвалом его стоял
ныне уже покойный кормчий
и вполне уверенно вёл наш корабль на рифы,
каковые и на карте значились,
как Симфония властей и Конкордат духовный.
Ничего другого, кроме как этой связки
со светской властию,
в жизни своей кормчий не ведал,
и эти рифы ему и казались
долгожданной Землёй обетованной.
Сменил ветхаго кормчего
новый капитан,
какой было и повернул
карабельный штурвал,
пытаясь вырулить
резко направо,
но что-то в системе передач
оказалось нарочито и предупредительно сломанным,
а корабль, под названием Церковь,
неотвратимо движился на
указанныя рифы..."
отсюда
Tags: Кирилл Гундяев, Осень патриарха, Позорнейший понтификат
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments