?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
О дневниках св. Иоанна Кронштадтского...
СУПчика хочится
kalakazo
Алексей Плужников – о дневниках св. Иоанна Кронштадтского:


"Итак, первое общее впечатление от прочитанного.

Такое чувство, будто у автора тяжелая форма Альцгеймера. Причем не только ежедневно человек просыпается и начинает жить и мыслить заново, но и несколько раз в день. Только этим можно объяснить 19 томов текста, который легко можно уложить в один маленький томик, без потери содержания, потому что автор постоянно пишет одно и то же. Причем одно и то же несколько раз в сутки, а может быть, один раз в сутки, но в разных абзацах.

Возникает ощущение, что автору крайне затруднительно просто думать, внутри своей головы, поэтому он выплескивает на бумагу поток сознания, чтобы увидеть его написанным, а значит — продуманным.

Также возникает устойчивое представление, что отец Иоанн думает только о себе. Все, что он пишет, крутится только вокруг его личности. Впечатление крайней степени эгоцентризма. Иоанн сам говорит, что ему нужен только Бог, но даже Бог нужен постольку, поскольку нужен ему. Весь окружающий мир, все люди, вся жизнь — лишь средства для того, чтобы Иоанну быть с Богом. Это производит гнетущее впечатление.

Наверное, 90-95% дневниковых записей посвящены «духовному» — отношениям с Богом, покаянию, размышлениям о спасении — своем и всего мира, о духовных плодах от причащения, о бесовских нападениях и борьбе с ними. Это то, что так любят тиражировать православные издательства, делая бесчисленные «духовные» сборники с цитатами Иоанна, формируя образ великого духовного подвижника и писателя.

Но при более близком рассмотрении становится ясно, что все духовное, что он пишет, крутится вокруг крайне ограниченного количества тем, он лишь бесконечно повторяет одно и то же, правда, делает это настолько страстно, горячо, — а вернее, как замечают трезвые люди, истерично, — что создается впечатление чего-то нового, удивительно оригинального.

Но никаких оригинальных мыслей у него нет. Мало того, для тех, кто читал труды святых отцов-аскетов о правильной духовной жизни, становится очевидным, что направление духовной жизни отца Иоанна прямо противоречит советам опытных подвижников. Да, тут ревнители закричат, что у отца Иоанна «особый путь» — и ничего не возразишь. Особый, конечно. Вот только является ли он примером для остальных христиан? — Сомнительно.

О покаянии

Главное в дневниках Иоанна — это его отношение к покаянию. И вот оно представляется крайне несхожим с тем подходом, какой обычно предлагается всем прочим христианам. Он считает, что для борьбы с грехом и со страстью нужно кропотливо вглядываться в каждое микроскопическое движение души, мысли, чувства. Со стороны степень этой кропотливости выглядит как признак психического заболевания. Все страницы дневников полны этим: как он подумал о том-то, «враг» его за это «стеснил», он помолился, преодолел врага, через секунду новая мысль — атака — молитва — покаяние — преодоление… А потом Иоанн приходил домой и строчил десятки страниц, описывая все это, смакуя, разглядывая со всех сторон, выискивая причины и следствия… И… и все начиналось по кругу.

Любой священник сразу скажет: о, у меня такие на исповедь частенько приходят! С тетрадками или длиннющими свитками «грехов», с темными кругами под глазами, с выражением побитой собаки на измученном лице… Обычно это женщины — в бесформенных черных юбках, обмотанные платками, в мужских ботинках и с рюкзачком за спиной. Узнали типаж, да?.. Нервическая неофитка, стукнутая головой о «духовность».

Вот это самое главное — его пресловутая борьба с грехом и с «врагом» на протяжении 17-ти лет не показывает абсолютно никаких плодов. Он крутится в вихре истерических страстей, да, конечно, он их осознает, но вновь и вновь он кидается в этот вихрь, чтобы вновь побороться и вновь про это написать — как он победил врага. Простите, а может, стоило хоть иногда в сторонке постоять? Выдохнуть, отдышаться, посмотреть на себя со стороны? Дневники дают пищу для выводов, что причиной всей духовной борьбы являются не страсти или бесы, а собственная истеричная, бешеная натура Иоанна. И причины этой истеричности крайне банальны. Давайте заглянем в его жизнь.

Семья

Общий настрой личности Иоанна, на мой взгляд, таков: «мне не нужен никто, кроме Бога. Всех надо любить, конечно, но только потому, что они — члены Тела Христова». Из этой его идеи вытекает все остальное в его жизни.

С таким внутренним устроением Иоанн Сергиев просто обязан был уйти в монахи. Или попросить целибатного рукоположения. Да, первым целибатным священником стал отец Александр Горский в 1860 году, на пять лет позже рукоположения отца Иоанна, можно сказать, что это было дело непривычное. И вроде бы он даже хотел стать монахом и миссионером, но тут случился тот самый знаменитый сон, в котором он увидел себя служащим в Кронштадтском соборе… И, как сказал писатель, «все заверте…». (К слову, Иоанн и впоследствии очень любил цитировать свои сны и делать всякие духовные выводы из того, что приснилось. Вместо того, чтобы, по совету отцов, вменять свои сны ни во что.)

Итак, Иоанн решает стать священником посредством женитьбы на Елизавете Константиновне, дочери Кронштадтского протоиерея, чье место в соборе и получил Иоанн. А вместе с местом и женой он получил довеском тестя и прочую родню жены, квартиру и многолетний психоз под названием: «я должен любить и уважать родню!» Эту мантру он повторял год за годом, убеждая себя.

Жена

«Самое несчастное существо», «жену больше всего жалко» — так наши читатели характеризуют «девственный брак» Иоанна и Елизаветы. И действительно — бедная жена.

Настолько несчастная, что впервые ее имя в дневниках Иоанна я встретил (могу ошибиться, знатоки меня поправят) в 12-м томе… Да и то оно было упомянуто вскользь. Второй раз в том же томе имя жены было упомянуто лишь для того, чтобы отличить ее от ее сестры Анны. (А вот имя свояченицы Анны, «Анны Константиновны», «Аннушки» он повторяет в дневниках многократно, и отношениями с ней Иоанн озабочен намного больше, чем отношениями с женой, вплоть до сексуального возбуждения от взгляда на ее портрет… Хотя, правда, позже Анну отдали замуж, и отношения стали больше напоминать поле боя.)

Жена для Иоанна просто «жена». Он признается регулярно, что жена его любит, заботится о нем, «ласкает» (в смысле уважает и ласково обращается), и что он «должен ее любить». Должен. Но ни разу я не встретил простых слов: «люблю». Ни разу. Только «должен». Почему должен? Потому что «и она — член тела Христова». Потому что надо всех любить по-христиански…

А когда у него появлялись сексуальные желания по отношению к жене — он себя укорял за них, мол, есть у тебя Божья любовь, не разменивайся. Мало того, он считал грехом даже сон, в котором вступил в сексуальные отношения с… женой.

Он проводил такую причинно-следственную связь: жена меня любит. Эту любовь вложил в нее Бог. Поэтому надо благодарить Бога за это и… любить Бога. Прекрасная логика. Мнение и желание жены абсолютно проигнорировано. На ее месте могла быть собака, лошадь — неважно.

Можно сказать прямо: не жена она ему, а сожительница. В самом натуральном смысле: просто живет с ним в одной квартире и обслуживает его. Ничем не отличаясь ни от своих сестер, ни от служанок.

Думается, что Елизавета Константиновна достойна канонизации не меньше мужа — как страстотерпица. Потому что, по поговорке, дома появился праведник, и все остальные превратились в мучеников.

Маминька

А вот отношение к матери у Иоанна разительно отличается от отношения к жене. Маминька — «святыня», маминька — «вторая после Бога» для него. Ей почтение и всякая любовь подобает. Конечно, с годами видно, что он стесняется ее простоты и грубости, она его порой раздражает, как всякая простодушная старушка, но все равно: маминька — божество, а жена — ну что жена…

Родня жены

К родне (тестю-протоиерею, братьям и сестрам жены) Иоанн относится так же, как и к ней: «надо, я должен, я ж получил благодаря тестю квартиру, жену, место, сан, доход… Надо, надо, я должен, должен…» Из года в год звучит этот рефрен, как он должны быть благодарным. И за кадром чувствуется: «как же меня бесит — быть благодарным!»

Питание

Но отношение к родне нельзя понять без главной страсти Иоанна Сергиева — еды.

Я доселе никогда не видел такого гипертрофированного интереса к своему питанию. Это самый натуральный культ еды, фетишизм, идолопоклонство. В этом Иоанн напомнил мне паука, который прядет сложнейшую паутину из гастрономических причин и следствий. Плохой или блудный сон — из-за того, что съел вредный продукт. Мысль грешная — слишком поздно поел. Озлобился, взъярился — чай или кофе виноваты. Не смог четко или громко выговорить на литургии что-то — сочетание продуктов было неправильным.

Это извращенное ковыряние в тарелке и в своем желудке просто вводит в ступор: не знаешь, то ли смеяться, то ли тебя стошнит сейчас. Потому что отец Иоанн занимается еще и безумными пищевыми экспериментами, типа смешивает пиво с молоком, или пьет за раз по три стакана чая вкупе с тремя чашками кофе, а потом глубокомысленно замечает, что это «нехорошо».

Мало того, что он выводит все грехи и страсти из еды («молоко — блуд, мясо — блуд, сладкий чай — блуд», да все почти — блуд), так он на одной странице может противоречить сам себе. То у него сладкий чай — блуд, то — полезен. То молоко вредно и блуд, то молоко ему нужно и полезно — и так до бесконечности.

Но самая безумная страсть, которую отец Иоанн, конечно же, признает, и сам ее называет — «сахарная страсть».

Очень многое становится понятным в его жизни и в частности в отношениях с родней, когда знаешь об этой страсти. Основная претензия к родне — они объедают его, причем объедают в сладостях, и конкретно — в сахаре. Он заглядывает в тарелку, кружку и в рот тестю, после смерти тестя — братьям жены, Алексею и Константину, его бесит, что кто-то съест лишний кусочек сахара, выпьет лишний стакан сладкого чая и проч. Когда же он хвалит кого, например, Анну Константиновну, то за то, что она-де добрая — мне отдала стакан молока, а варенье брату, сама не съела…

Так же он относится к гостям, к слугам — переживает, что все сожрут… Тут же корит себя, все понимает, осознает, и все равно: нелепая жадность до сладкого буквально сводит его с ума.

И вот возникает очередной вопрос к духовной жизни Иоанна: где ты, духовная мудрость? Ведь элементарный закон аскетики: если тебя что-то безумно искушает — убери это из своей жизни, по возможности. Да, ты не можешь убрать родню или блудные помыслы, но сахар-то ты можешь убрать? Если сахар — блуд, зачем ты блудишь каждый день? Если молоко, сливки — блуд, зачем ты ими упиваешься каждый день? Если чай «отгоняет Святого Духа» (!!) — зачем же ты по несколько стаканов в себя вливаешь?.. Зачем ты проповедуешь ежедневно воздержание, пост, избегание блуда (а Иоанн все это проповедовал страстно, горячо, обличал нечестивцев-обжор-пьяниц-блудников так, что ух!), если ты в этом смысле сам похож на борца с онанистами, который свою комнату от пола до потолка увешал порнокартинками, смотрит на них круглосуточно и…

А, ну да, потом кается, осознает и рыдает в бумагу пафосными фразами с бесчисленными восклицательными знаками. Да. Вместо того, чтобы просто сахар перестать покупать.

Это духовная борьба? Это святость? А по-моему, это извращение и психопатия.

Пост

Помните благочестивую байку, которую тиражируют жития: молодой Иоанн заболел, врач ему велел мясо кушать для поправки здоровья, в пост, а Иоанн запросил у матери телеграммой благословения, можно ли. А строгая маминька ответила: «Лучше умереть, но мясо в пост не есть!»

Помните, да? Я тоже помню, и раньше восхищался постником Иоанном. Пока не прочитал дневники, в которых он прямым текстом говорит, что себе, любимому, он вполне «ради здоровья» (золотушный он, болезный) позволяет регулярно есть в пост молоко, сливки, мясо, масло и т.п. И хотя, разумеется, кается в этом, но не слишком усердно, потому что собственное здоровье для него крайне важно.

И то, что жена и родня у Иоанна не постятся, его тоже не слишком беспокоит. Напротив, он даже умудряется из этого сделать вывод в свою пользу: мол, скоромным они быстрее насытятся и меньше съедят.

А вы дальше верьте в байки про маминьку и «лучше умереть», ага.

Выпивка

Судя по дневникам, батюшка Иоанн был алкоголик. Нет, он не уходил в недельные запои, не впадал в белую горячку, не валялся под забором, и даже обижался, когда настоятель подозревал его в пьянстве, но для него было в порядке вещей выпивать днем одновременно «водки, хересу и шампанского», а потом тут же пойти крестить, служить молебен или всенощную… На ночь рюмку-другую водки, вина или пива — вообще не проблема, выпивку он воспринимал как лекарство. И даже возмущался свояченицей Анной Константиновной, которая, поганка этакая, не давала вина своему мужу, тоже священнику. Из-за этого, мол, у того и все болезни, а раньше-то мы с ним «хересок пивали во славу Божию и в свое утешение!»

Зато яростный борец с пьянством.

А я еще на сорокоусте по молодости возмущался, когда наши батьки выпивали в поповке, а потом шли крестить или на всенощную с акафистом с красными глазами и заплетающимся языком — так они настоящие подвижники, оказывается, истинные последователи святого праведного…

Курение

Батюшка Иоанн бросил курить, будучи молодым священником. И превратился в горячего обличителя курильщиков, вплоть до пожеланий курильщикам дышать табачным дымом вместо воздуха. Из-за курения у него шла перманентная война с тестем-протоиереем, а после смерти последнего — с братом жены Константином, оба они курили в квартире. Он бесился, негодовал, упрекал…

А потом бац: пишет, как покурил сигару. А потом бац: «побаловался сигаретой и предлагал такой-то даме». А потом снова, а потом опять.

А потом — обличать. А как же.

Деньги

О чем нам говорят жития? Батюшка Иоанн был бессребреник, раздавал нищим деньги тысячами, ничего в руках у него не задерживалось, помогал разным приходам, монастырям, строил дома трудолюбия… Да, все так, не будем отрицать. Правда, дневники говорят еще и о том, что, даже будучи третьим священником на приходе, отец Иоанн более чем хорошо зарабатывал.

Он получал деньги за службу — из братской кружки, проскомидийные, за исповедь, за таинства (по несколько венчаний, крещений, отпеваний в день бывало). Он получал приличные деньги за требы на дому, включая какую-нибудь молитву родильнице, которая читается пять минут, но рублик за нее он получал.

Он получал жалование в гимназии, где преподавал. Он получал какие-то деньги в суде, где заседал. Он регулярно ссорился с настоятелем и другими членами клира из-за денег, ужасно переживал, что дьячок сопрет деньги из тарелки, пока сам Иоанн служит. И это он еще пока молодой священник, не прославлен широко как великий благотворитель.

Финансовое расслоение между соборным духовенством Кронштадта и деревенским видно из его дневников: он обличает своего собрата, второго соборного священника Матфея за то, что тот жадный, сребролюбивый и собирает себе «уже не один десяток тысяч рублей»! Но возмущается он не тем, что Матфей их собирает, а тем, что тот не хочет нищим благотворить, по примеру самого Иоанна.

При этом Иоанн, беседуя с кем-то на тему духовного развития села, предлагает посылать в деревню образованных молодых священников, а для их содержания «облагать оброком крестьян».

Святой праведный считает все это вполне нормальным — свои многотысячные доходы и нищету сельских попов, а для исправления ситуации предлагает еще больше закабалить мужиков — вместо перераспределения доходов путем поддержки богатыми приходами бедных. Видимо, современные городские соборные попы-олигархи — истинные ученики Иоанна: это, мол, наше, кровное, а их нищета — их проблема.

Да, он борется со своим сребролюбием (и с чужим тоже — завидуя и осуждая собратьев по собору), да, он раздает деньги нищим, да, делает добрые дела. Но друзья, давайте канонизируем криминальных братков и олигархов, которые строят храмы, отстегивают на благотворительность и «на детишек»? Чем они хуже?..

Священство и царство

Всем известно, что Иоанн был монархистом. Но его монархизм, судя по дневникам, был в одном шаге от того, чтобы Иоанна можно было назвать родоначальником царебожия, ибо его регулярные сравнения царя и царской семьи с Богом, Троицей и называние царей «земными богами» — настораживает.

Особо впечатляет важнейший момент в его духовной литургийной жизни: ему крайне важно «выговорить царскую фамилию» на великом входе или на другом поминовении. Вокруг этого крутится многое: если не выговорил четко и громко, или кого-то пропустил, или запнулся, то это указание на бесовские нападения, которые случились вследствие его грехов, а грехи — вследствие неправильного питания и… по кругу.

Но Иоанн порой позволял себе и слегка критиковать представителей царской фамилии и даже самого царя-батюшку журил (в своем дневнике), этого не отнять.

Касательно его отношения к богатым, знатным, военным — видно, что Иоанн вышел из самых низов, он побаивается знатных, но его это злит, поэтому он себя подзуживает, что надо ему громко и смело их обличать — путем смелого произнесения молитв о царской фамилии в их присутствии…

Вообще же у Иоанна есть четкое разделения всех людей на клир и мир. Клир — точнее, себя — он считает выше любого другого мирянина, хоть знатного, хоть богатого, хоть кого. Он постоянно себя накручивает: я — священник! Я — пастырь! А они все — овцы! И я их пасу! Я — «херувим», охраняющий святые тайны от нечестивых!

Именно такой его подход породил впоследствии всех этих «старчиков», которые начинали (и продолжают) «кронштадтить», используя его стиль: громкое обличение грешников, угрозы карами Божьими, крик, истеричная молитва, неукротимое внешнее поведение на публику — «аки пророк», зацикленность на подробной исповеди до оцеживания комара и микроба, указания на то, что миряне перед священником — никто.

Образование

Дневники недвусмысленно говорят о том, что отец Иоанн был самый банальный, самый натуральный мракобес. Перед своей маминькой из далекого архангельского села он, конечно, считает себя ученым, образованным (Академию ведь окончил), но он понимает, что его «ученость» ничтожна перед светской. И он ополчается против светской образованности, причем ополчается тотально. Для него все ученые, образованные являются атеистами, либералами, изуверами, развратниками, бунтовщиками против царя, разрушителями империи и полны всех прочих недостатков. Будь его воля, он полностью бы отменил всякое образование, кроме духовного, которое включает лишь Закон Божий, литургику, послушание царю и попАм и порку учеников по пОпам.

Повторю: Иоанн — мракобес в крайней степени. Он не читает ничего нового, не желает знать ничего, не желает учиться. Он и в духовной сфере образован очень слабо, видно по его дневникам, что его уровень — по-прежнему уровень сельского дьячка, который вознесся высоко, вызубрив греческий и катехизис. Он искренне считает, что если ему дадут протоиерея, то это будет для него законным поводом оставить преподавание в гимназии и заняться составлением «ученых трудов» по описанию «всех» праздников, служб, ветхозаветной истории и т.п. Будто протоиерейство даст ему разума или знаний.

Зато, судя по цитатам в дневниках, иногда Иоанн с увлечением слушал байки или читал желтую прессу про какие-нибудь горячие штучки, типа как офицер зарубил свою любовницу, которая целовалась с кучером, или как кто-то на спор упился водкой и «издох в поле». Это его волновало, приводило к глубокомысленным духовным выводам.

Отношение к другим христианским конфессиям у него было тоже максимально мракобесное: хоть католики, хоть лютеране, хоть англикане — для него равны язычникам. Мало того, ему гораздо ближе магометане, потому что, в отличие от лютеран, они постятся… Так что и тут мы видим его как родоначальника современных настроений некоторой части духовенства РПЦ, которые готовы скорее брататься с мусульманами, чем с братьями-христианами.

Истерия

Иоанн осознает запредельную степень вспыльчивости своего характера. Но причину этого он видит в «золотушности» и неправильном питании.

Из-за своей истеричности он был способен поссориться с женой по мельчайшим пустякам, уйти в злобе из дома, бродить, чтобы успокоиться.

Он мог начать вопить на кого-то, топать ногами.

Он мог швырнуть в надоедавших нищих «епитрахилью, в которую был завернут требник».

Но самое отвратительное: он мог — и регулярно так поступал — оттаскать за волосы нищего, служанку, но чаще всего — детей, нищих детей. То и дело (с сокрушением, разумеется) он пишет, как не просто отодрал за волосы (по-бабьи), но так дернул, что ребенок упал на землю, или что ударил девочку по лицу…

Да, можно в оправдание вспомнить жестокое бурсацкое воспитание, через которое, без сомнения, прошел сам Иоанн, можно вспомнить само отношение тогдашнее к воспитанию детей, когда розги считались в порядке вещей. Но девочки, биемые по лицу святым праведным, лично для меня — перебор. Простите..."

отсюда

Премудрость!
Непростого коммента Простопопа чтение!
Вон - МЕМ!
Чада Дедулькины, по всему видать, святость не лучшие времена переживает. Нападають на нея и ижеистинная, но зело вумная Кассирша, и могучий да дерзкий Ахиллес. Как быть? Никак! Понять, что последния времена, отягченныя интернетом, видеогляделками, целофонами и всеобщей грамотностью плюс электрификация всей страны. Оттого не я, но чиста логически возвещаю вам: нету более никакой святости, кроме доброго мудрого дедушки (или бабушки), улыбающегося внукам и солнышку. Потому дьяк Кураев, весьма грешный в других отношениях, этот тренд просек и регулярно племянникам время уделяет. Учитесь и вы у него, дабы не было мучительно больно. А кто не поймет сих слов, тот маранафа и редиска да будет!

(Deleted comment)

Блин... Какие уроды не дают....

(Anonymous)
Какие уроды не дают развернуться Феогносту Пушкову! Ведь какой потенциал у человека! Ему в епископы давно пора и в схимники, то ест в схиепископы, а затем его надо на ТВ и радио выпустить, чтобы он стал российским Билли Грэмом... Такого бы вся команда "Аншлага" ни в жисть не придумала! После смерти - канонизировать, конечно, и расчленить на мощи...

Re: Блин... Какие уроды не дают....

У него потенциал вполне в духе отца Иоанна...Может и святым станет.

Вся эта галиматья подобна школьнику, выскоче, который, до прихода учителя бездарно его парадирует, то гримасничает, то острит, то пытается говорить голосом учителя, но выходит так, что дейстаитнльно смеются, но только не от острот, а над самим учеником неудачником.

"Такое чувство, будто у автора"
"Возникает ощущение, что автору"
"Также возникает устойчивое представление"
Угу, кажется, представляется и т.д. Это типичная игра воображения человека живущего в море фантазий и различных воображений. На этом и простроено это псевдо исследование. Это типичное мышление плотского человека, совершенно от мира сего.

"как замечают трезвые люди, истерично" - это себя то лешка считает трезвым? Сколько помню его коменты постоянная бабская истерика, да и если вглядеться в этот текст истерику видно не вооруженным глазом.

"Основная претензия к родне — они объедают его, причем объедают в сладостях, и конкретно — в сахаре"

Откуда лешке знать, что сахар в то время ели в приглядку? И уж понятно, лешка не знает, что это типичное поведение и мышление диабетика. Тот кто видел диабетика у прилавка со сладостями, как они буквально облизыааются глядя на сладости. Так вот лешка, Иоанн Кронштадский был болен, но не психически, как ты, а телесно, у него был диабет, подагра и сопутсвующие болезни с этими заболеваниями. Ему нельзя было вообще жить в Кронштадте из-за подагры. А диабет тогда как лечили? Не было не тест полосок, ни инсулина. И болезни в нем прогрессировали. И они несомненно оказывали влияние на его мышление.


"А, ну да, потом кается, осознает и рыдает в бумагу пафосными фразами с бесчисленными восклицательными знаками. Да. Вместо того, чтобы просто сахар перестать покупать.
Это духовная борьба? Это святость?"

Да, лешка, это борьба. Вот когда будет у тебя диабет, расскажешь потом, как живется и мыслится диабетику. Разве, ты, лешка, не читал, что были грешники которые чуть ли не пол жизни грешили и каялись, и затем умирали в покаянии и Бог водворял их в Царствии Небесном? А вот такие умники, как ты, не имеющие понятия что есть покаяние, становились друзьями веельзевула, ибо слишком уповали на логику в своих измышлениях, но ведь диавол великий логик.
Не стану далее комментировать эту низкопробную писанину, и так ясно всё.
Как говорится, яблоко от яблони не далеко падает, вот и лешка не далеко упал от своего учителя - лектора кураича.

Если бы у Иоганна Сергиева был диабет, при таком громадном потреблении сахару, которое "всероссийский батюшка" практиковал, он давно бы брякнулся в гипергликемическую кому, умник вы наш.

(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand
Есть три человека отношение к которым является маркером русскости: Царь-мученик Николай II, праведный Иоанн Кронштадтский, и Григорий Распутин. Либеральную публику от них так и плющит. )))

Вы это читали когда нибудь?
"К вопросу о канонизации царя Ивана Грозного и Г. Е. Распутина"
http://www.patriarchia.ru/db/text/420877

(no subject) (Anonymous) Expand
(Deleted comment)
Что конкретно? О чем вы вообще?

(Deleted comment)
Вы каждой своей писаниной подтверждаете свои низкие умственные способности. Впрочем, не стоит удивлятся, это типичный психотип нарциссов.
Мадам, я понимаю, что вас призывать к здравомыслию бесполезно, это все равно что рпзговаривать со столбом. Однако, раз уж вы себя хотите подать как человека образованного, не обчеленного интеллектом, вы бы потрудились хотя бы пополнить свое мировоззрение информацией о таких болезнях как подагра и сахарный диабет. Именно этими болезнями, и не только ими, страдал прав. Иоанн Кронштадский.
Ладно, проведу ликбез. Его так называемая борьба с сахаром есть следствие диабета, а в то время не было не инсулина, ни тестовыз полосок, а значит у него сахар был очень высоким. Диабет сильно меняет не только физическое состояние человека, но и психику естественно. Достаточно в любой поликлинике посидеть рядом с диабетиками, у которых высокий сахар, и вы поймете что этот человек и сам страдает и, естественно страдают и другие.
Подарга не излечима и по сей день. Она так же сильно влияет на психику человека, кем бы он ни был. Как тогда так и сейчас, считается лучшим профилактическим средством это морс из брусники или клюквы и заваренные листья брусники. В дневнике как то Иоанн Кронштадский упоминает, что ему лучше от этих морсов. Ему нельзя было жить ни в Кронштадте, ни в Санкт Петербурге совсем, с этой болезнью ему нужно было жить где нибудь в степной зоне. Есть поговорка в народе: "моча в голову стукнула", это о подагре. Скорее всего диабет стал следствием подагры, а далее пошли другие болезни. Да и сама подагра очень болезненна. Считается что подаргой болеют те кто много ест мяса, но это не так, я знаю людей которые практически не едят мяса, однако больны подагрой. Достаточно почитать в интернете что противопоказано есть и пить при подагре, и можно ужаснуться.
А символом лицемерия является наша нынешняя бесплодная интеллигенция (хорошо что пока не вся), которая кроме как выказать себя очень умной все знающей ни на что не способна, как та евангельская бесплодная смоковница.

(no subject) (Anonymous) Expand
(Deleted comment)
(Deleted comment)

Блажени милостивии!

https://azbyka.ru/fiction/divnyj-batyushka-zhitie-svyatogo-pravednogo-ioanna-kronshtadtskogo/

Дом трудолюбия разрастался год от года. В нём было две фабрики, мастерские, в которых работали до двадцати пяти тысяч человек. Были открыты вечерние курсы ручного труда – на них обучали различным специальностям. Дети и подростки могли записаться в бесплатную начальную школу, мастерскую, где обучали необходимым ремёслам [13], рисовальный класс, сапожную мастерскую, мастерскую женского труда. В городке была большая библиотека. Устраивались концерты. Были даже зоологический кружок и кружок военной гимнастики. Для взрослых работала воскресная школа, устраивались народные чтения на религиозные, исторические и литературные темы. Имелся приют для детей-сирот и детский дом для малышей. Открыли и загородную летнюю дачу для детей, богадельню [14] для престарелых и неимущих женщин и большой каменный ночлежный дом, где бездомные могли бы переночевать. Работали бесплатная поликлиника и столовая, выдававшая в день восемьсот благотворительных обедов. Помогали всем – ведь в беду мог попасть любой человек, любого возраста, состояния, национальности, веры. При Доме трудолюбия был открыт и храм во имя святого благоверного князя Александра Невского – здесь всякий скорбящий находил утешение, а нуждающийся мог получить небольшую сумму денег или одежду и обувь.
Тогда об отце Иоанне писали все российские газеты. К тому времени его уже называли отцом Иоанном Кронштадтским. Да и сам он стал подписываться не Сергиевым, а Кронштадтским.




Re: Блажени милостивии!

(Anonymous)
а ваш святой когда-нибудь заикнулся по поводу той формы хищнического капитализма, которую насадила в России иноверческая и инородческая династия Гольштейн-Готторпов?

Даа, феномен Геннадия Кронштадтского, Нового чудотворца появился не на пустом месте.

.

конечно, "по плодам их узнаете их".

(no subject) (Anonymous) Expand
а кто такой этот Плужников? каких плодов святости он достиг ?я думаю что сей длинный пасквиль и есть проявление его глубоко запущенного альцгеймера

Edited at 2018-01-21 09:50 am (UTC)

поп расстрига бросивший жену и ребенка а заодно положивший свою веру на полочку поигрался надоело типа
https://andrej-2006.livejournal.com/815658.html

Edited at 2018-01-21 09:14 am (UTC)

он-то хоть честно поступил, попросил снять с себя сан, а не так, как Гена Кронштадтский, бросивший жену и детей.

но сана он давно уже лишён незримым судом Божиим в полном соответствии с 13-м правилом 6-го Вселенского собора.

(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand
(no subject) (Anonymous) Expand
Вот он не по детски наехал на иже во святых отца нашего, всея России чудотворца. И ведь не боится, охальник, повторить судьбу Льва Толстого, для которого батюшка Иоанн просил у Бога смерти. И ведь помер Толстой!

Все умрем

(Deleted comment)
Этот прохиндей-проныра на должности (в соборе тестя) женился . У него ведь сон был.

(no subject) (Anonymous) Expand
Отличный анализ "произведений", великолепная передача, в целом превосходно)

На самом деле, просто краткий анализ известных вещей. Такие же мысли посетили и меня после знакомства с его дневниками
Но самое главное, что отец Иоанн желал, чтобы они были сохранены и изданы, и широко доступны.
Нормально ли это? Конечно, нет.

Думаю, что тут налицо не Альцгеймер, а психические отклонения, которые привели его к состоянию глубочайшей прелести. А может быть и наоборот, прелесть духовная явилась причиной психических заболеваний. Но скорее всего тут целая совокупность факторов. Отличная тема для современной психиатрии.

Edited at 2018-01-21 05:28 pm (UTC)