kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Category:

Поскольку мы закрываем гештальт...

Писатель Станислав Сенькин – о том, как два церковных негодяя,
Савва Тутунов и Игорь Гаслов, породили не только писателя-бунтаря,
но и роман-разоблачение "Картонное небо":


stas_senkin: «Поскольку мы закрываем гештальт, нужно упомянуть, что к моменту "дела Сенькина", которое инициировал Гаслов, я был уже готов к тому, чтобы пойти против этой системы. Я тогда уже был не в самом лучшем устроении, во-первых, из-за алкоголя, во-вторых, из-за всего этого православного идиотизма.
Гаслов кстати помог пристроить мне мою последнюю написанную на церковную тему книгу о Питере -"ИСПОВЕДЬ БЛУДНОГО СЫНА" в издательстве САТИС, когда уже мои издатели от неё отказались.
Дед правильно охарактеризовал покойного как с одной стороны - бульдога, но с другой - закомплексованного лоха.
Здесь в инете он смог навести неплохую интернет деятельность и заработать славу православного блогера №1.
Однако, хочу отметить, что дело Сенькина поставило крест не на мне, как на писателе (даже церковном - православную жвачку я и сам, даже при всём желании не смогу писать, а старые книги спокойно издаются), а на себе самом как на православном блогере №1 или блогере патриарха Кирилла.
Ведь напомню, беспредел и интернет травля, которую устраивал сей товарищ поддерживалась в РПЦ на самом верху.
Не знаю, как насчёт самого нашего дедушки, но Гаслова явно поддерживал Владимир Легойда, а также "преображенский" церковенного феатра (церковного инквизитора, как пиарил его сам покойный) иг. Савва Тутунов.
Эти люди действительно заряжали своим авторитетом (и по некоторым сведениям баблом) Гаслова и ковали из него интернет молоток, которым могли бы стукать по всем неугодным.
Но "дело Сенькина" было настолько скандальным, что этот проект был свёрнут и для самого Гаслова дело Сенькина оказалось последним (даже не потому что он погиб, а просто потому как его настоятельно попросили прекратить свою деятельность).
Ведь они - все эти Тутуновы не поняли, что попали лишь в реконструкцию, в заповедник средневековья, где они администрируют лишь локальный сегмент российского общества и вся их "карательная мощь" разбивается как волна о камень гражданственности.
Если тебя начинают щемить внутри церкви, просто сделай шаг в сторону и из терпилы ты превращаешься в преследователя.
Так что единственный путь для церкви несмотря на свою пышную средневековую театральность, это радикальная демократизация.
Пусть даже уйдут из неё фанатики и создадут свои секты. Пусть создают, чем лучше разных религиозных организаций тем лучше.
Америка - страна сект, однако именно она "светильник на вершине горы", а не мы "убогие"...»
отсюда


И в качестве довеска – еще один отрывок из "Картонного неба":


"Люди, сталкивающиеся с откровенной педерастией со стороны монахов и священнослужителей, ведут себя по-разному. К примеру, подвизался в Курской епархии архимандрит И., которого почитали за старца. И. приехал с Афона, где прожил много лет.
Иногда, принимая паломников, этот старец хватал их за член или просто водил рукой в том месте. Паломники при таких действиях старца находились в странном замешательстве, ведь перед ними был почитаемый старец, а не какой-то проклятый мужеложец. Некоторые плевались и уходили из монастыря в гневе, другие говорили, что старец таким образом лечил их от мужских болезней. Отдельные духовно одарённые образно описывали, как у них были проблемы с простатой, решившиеся после поглаживаний старца. Вплоть до того, что у них после приёма
старца резко закололо и пошла чёрная моча, а потом все недуги разом прошли. То есть каковы бы ни были намерения И., на самом деле верящие в старца рационализировали странные его действия как целительство и действительно получали помощь. Хотя тот же отец Н.,хорошо знающий И., преспокойно делится на Афоне с любым паломником своими воспоминаниями, в которых И. предстаёт другом того самого отца Ф. (благостного старца с бутылкой узо, шарящегося по архондарику) и злостным педерастом. Мол, однажды Н. приехал по делам в Салоники, где в монастырском конаке стал свидетелем страшной картины — И. с Ф. естествовали одного грека, который при этом громко орал, то ли от страсти, то ли от боли. В дневниках отца Давида тоже сказано, что у И. была интрижка с полицейским в Карьесе. В общем, был ли И. гомосексуалистом, мне доподлинно неизвестно, оставляю это на совести Н.и почившего отца Давида, который в одно время крепко держал весь монастырь за одно место. Однако факты остаются фактами — за член И. действительно паломников трогал и неоднократно. Но никто из почитателей старца с этим не согласится, какие бы доказательства им ни приводили. Потому что почитатели убеждены в святости своего кумира,за которого готовы побить, а то и убить. Я, например, знаю случай, когда иеромонах Г. с Кавказа при простом упоминании того факта, что И. трогал паломников за член, буквально приходил в бешенство и готов был растерзать за такие слова, хотя ему говорили только то, что все и так знали, без прямых обвинений старца в педерастии.
Сказать, какое количество в процентном соотношении в монастырях подобных «борцов» с блудной страстью, трудно, потому что об этом стараются не говорить..."
Tags: Станислав Сенькин
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments