?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Классический образец псевдо-науки...
СУПчика хочится
kalakazo
В продолжение темы "Очередной скандал в СПбДА..."

Аноним: "Смешно немного читать про Вассоевича. У меня с ним были очень хорошие отношения, но, справедливости ради, надо признать что он человек не вполне психически здоровый, хотя и добрый по своему.
Его учитель, настоящий учёный Ю. Я. Перепёлкин, известный египтолог, судя по всему незадолго перед смертью немного повредился рассудком, и ему стали наяву являться египетские боги, которых он всю жизнь изучал. Так вот, Вассоевич, будучи его верным молодым учеником, внимательно записывал рассказы Перепелкина об этих явлениях и на основании этих записей защитил свою докторскую диссертацию, посвящённую «Психофизиологическим открытиям Ю. Я. Перепелкина». Он потом издал эту диссертацию в виде качественно оформленной монографии и нам презентовал ее на лекциях в Академии. Из этого можно уже сделать вывод, что было у Вассоевича в голове. Я помню как троллил его на лекциях, спрашивая как именно он совмещает свою веру в реальность египетских богов с православием. Он смешно смущался и уходил от ответа.
Его лекции по истории Древного Востока в СпбДА заключались в том, что сначала мы заучивали наизусть отрывок из Эпоса о Гильгамеше, на аккадском. Это заняло месяц или около того. Потом мы заучивали список имён шумерских и аккадских царей, потом список имён ассирийских царей. Потом... год закончился. Причём реально все эти бесконечные имена заучивал у нас только один студент, остальные просто вешали шпаргалку прямо на кафедру, где стоял Вассоевич, и читали по ней, когда нужно было отвечать. Он был совершенно наивен, как дитя.
Ещё он преподавал у нас древне-еврейский. Мы начали с алфавита. К каждой букве мы записывали ее каббалистическое толкование на еврейском и должны были заучить его наизусть. Дело продвигалось туго и к концу года мы дошли только до середины алфавита. Естественно почти никто из нас не учил эту чушь, а отвечая, читали по шпаргалке. Потом, спустя много лет, я встретил Вассоевича на стрелке Васильевского острова, перед зданием Биржи и он рассказал мне, за что его уволили. Оказывается, следующие за нами курсы, смекнув, что Вассоевич совершенно наивен, стали писать шпаргалки даже не так как мы, а прямо на стенах. И какая-то комиссия из Москвы, приехав посмотреть, как тут идут дела в Питере, с ужасом обнаружила, что некоторые аудитории буквально исписаны сверху донизу каббалистическими текстами. После этого Вассоевича вызвали к ректору и попросили уйти. Он сокрушался, что так все получилось, но не был ни на кого обижен.
Каким образом он, такой классический образец псевдо-науки, вообще попал в Академию и держался там так долго, вот это не вполне понятно".

отсюда

  • 1
Да, преподавал он и латынь, конечно.
На первой же лекции он объявил нам, что в Духовных Академиях раньше, до революции, вообще все предметы преподавали на латыни и свои работы студенты на латыни писали. Поэтому, объявил он, я буду вам преподавать латинский... на латинском. Будем восстанавливать, так сказать, дореволюционные традиции духовных школ. Выглядело это весьма странное начинание так - сначала с торжественностью литурга он величественно декламировал с кафедры, естественно, совершенно не понятные нам, латинские фразы из какого-то учебника, потом долго записывал эти латинские фразы на доске, чтобы все их скопировали в тетрадочку, потом он переводил это все на русский, чтобы мы, собственно, поняли о чем речь. Потом снова декламировал, и так далее. Все это длилось очень долго и за лекцию мы успевали записать от силы один абзац из учебника.
К концу года мы успели записать, насколько я помню, только вводные параграфы о латинском языке и пример первого склонения.
Так что не знаю как там преподавал Магницкий, или может потом Вассоевич набил руку, но на нашем курсе латынь была чистой профанацией. Как впрочем и подавляющее большинство преподаваемых в Академии предметов: греческий, истории Заветов, разные богословия, все выглядело так или иначе каким-то театром абсурда, где полностью непрофессиональные люди либо читали нам под запись невероятно древний дореволюционный учебник, лежащий тут же у нас на столах, как это делал о. Аркадий Иванов, либо просто весь год разговаривали с нами за жизнь, как о. Владимир Сорокин. Только Мустафин всегда держал в напряжении своим невероятным хамством и какой-то иррациональной злобой ко всему миру («однажды какая-то сисястая баба пыталась со мной спорить в Университете», «лишь две мерзости - утки и люди, могут пользоваться такой рекой, как Монастырка» и проч.).
Исключения были (Прохоров из Пушкинского Дома, тщетно пытавшийся объяснить нам азы кодикологии, какой-то парень из Универа, читавший культурологию, француженка), но основа, состоящая из церковных лекторов, была чудовищна в своём непрофессионализме.

А что скажете об Игоре Цезаревиче?

Цезаревич не преподавал у нас. Я его не знаю. Только видел со стороны, как многих других, например, Василика, которого, я однажды застал дико орущим в коридоре на семинаристов, опоздавших к нему на занятие. Он так смешно и одновременно страшно при этом дергался и гримасничал, что казалось ещё немного и он их ударит. Производил впечатление совершенно ненормального человека.
При этом вроде бы Василик действительно что-то там написал по литургике дельное, по истории канона, хотя я так и не удосужился в этом разобраться.

  • 1