Previous Entry Поделиться Next Entry
На путях к скорейшей автокефалии...
СУПчика хочится
kalakazo
Митрополит Александр Драбинко написал новую программную статью
"Киевская идея и украинская автокефалия".

Цитата из сей статьи:


"Автокефалия — это не раскол, не отказ от православного вероучения и традиции. Это — каноническая норма бытия Православной Церкви. Но если автокефалия — это норма, то почему положение Украинской Церкви должно быть ненормальным? Символ веры свидетельствует о том, что Церковь едина. Но в лоне этой единой Церкви существует сегодня 14 административно независимых (автокефальных) Поместных Церквей. Так почему среди этих Поместных Церквей не может появиться еще одна равноправная Церковь-Сестра — Украинская? Почему древняя Киевская Церковь не достойна стать автокефальной, подобно Церквам Грузии, Сербии, Болгарии, Румынии?

И почему из-за нас, церковных иерархов, которые уже четверть века не могут найти способа уврачевать церковное разделение в нашей стране, должны страдать миллионы украинских православных христиан, пребывающих сегодня вне юрисдикции Московского Патриархата? Почему должны носить обидное прозвище «раскольников» миллионы моих соотечественников? Почему мы, иерархи и священники канонической УПЦ, с одной стороны, утверждаем, что таинства, совершенные вне нашей юрисдикции, «безблагодатны», а с другой — по сути смирились с существующим положением. Ограничившись традиционными утверждениями о том, что «раскол должен быть преодолен», а «раскольники — принести покаяние». И в то же время, не выдвигая единственного реалистичного (=приемлемого для другой стороны) предложения: восстановить церковное единство на базе канонической автокефалии.

Я отдаю себе отчет в том, что идея ответить «мировой схизмой» на «автокефальное» решение Константинополя принадлежит не митрополиту Илариону. Понимаю и то, что в современной России полной свободой самоопределения по украинскому вопросу не обладает и сам Патриарх, которого подталкивает к неким решениям светская власть. И все же… Почему сегодня Русская Церковь, и даже шире — русское (точнее российское) самосознание, настолько болезненно относятся к проблеме украинской автокефалии? Причин здесь может быть несколько: желание оставаться «мегацерковью», имперские стереотипы, противостояние современной России с западным миром; российско-украинская война; агрессивная медийная политика РФ и, наконец… сакральная география.

Я уже цитировал в одной из своих статей слова Патриарха Московского и всея Руси Кирилла: «Мы никогда не согласимся на изменение священных канонических границ нашей Церкви, ибо Киев — это духовная колыбель святой Руси, как Мцхета для Грузии или Косово для Сербии». Итак, автокефалия Украинской Церкви, с точки зрения Предстоятеля РПЦ, невозможна, поскольку в случае ее провозглашения вне «канонической территории» Русской Православной Церкви остается древний Киев. Блаженнейший Митрополит Владимир научил меня с подобающим уважением относиться к высокому патриаршему сану. Но я не могу согласиться с этим утверждением Патриарха Московского, поскольку из него следует, что церковная жизнь в Украине должна строиться не в соответствии с интересами местной христианской общины, а согласно с российскими историософскими концепциями. Тем более, что при помощи подобной историософии лидер российского государства в 2014 году пытался найти «сакральное» оправдание аннексии Крыма в своей речи перед Федеральным собранием РФ . «Для России Крым, древняя Корсунь, Херсонес, Севастополь имеют огромное цивилизационное и сакральное значение, так же как Храмовая гора в Иерусалиме для тех, кто исповедует ислам и иудаизм», — заявил тогда Владимир Путин.

Россия не хочет вести свою державную историю от суздальского князя-сепаратиста Андрея, коего еще Ключевский назвал первым великороссом, вышедшим на историческую сцену. Куда почетней для России выглядит другая «генеалогия» ее государственности — от древних Киева и Херсонеса. Но чтобы выстроить историческую преемственность от Киевской Руси, Россия не может сегодня, как в прошлом, ограничиться традиционной базой «доказательств», которыми пользовались еще дореволюционные русские историки: ссылкой на династические связи, историческую легенду о переселении древних «южных племен» на Север и пр. Здесь нужно иное, более актуальное и осязаемое «доказательство». А именно — пребывание в юрисдикции Московского патриаршего центра древней Киевской Церкви.

Борьба за Киевское наследство

Современная Россия пытается стать «православным Ираном», — иронизируют над нынешним изоляционистским курсом Кремля американские политологи. Но зачем тогда современной, декларирующей евразийский курс России ориентирующийся на Европу Киев? Владимиру Путину должны быть прекрасно известны слова Петра Первого об украинском народе: «малороссийский народ» подобен пчеле — он может приносить Российскому государству «лучший умственный мед», а может, если посягнуть на его свободу, и больно жалить. Эпоха украинского «меда» для России уже явно закончилась. Остается обратная сторона «пчелиной» украинской души — жало... Так зачем же упрямо тянуть «назад, в империю» народ, который уже неоднократно — в начале 90-х, а также в 2004 и 2014 годах — продемонстрировал, что не желает разделить с Россией историческую судьбу?

Сражаясь за Украину, нынешняя Россия сражается не за свои «европейские корни». Хотя бы потому, что таковые теперь в Москве явно не в тренде. «Россия — это западно-восточная страна-полукровка», — неосторожно раскрыл недавно один из секретов русской ментальности помощник президента РФ Владислав Сурков. Оказавшись в «геополитическом одиночестве», Россия не рассталась с имперской мечтой. Более того, это «одиночество» только усилило желание Российского государства возвратить себе былое (советское) величие. И здесь судьбы Украинского (как, впрочем, и Российского) православия становятся заложниками геополитических концепций и игрищ. «В РПЦ считают, что ключом к пониманию всех происходящих процессов по-прежнему остается концепция России как империи и, соответственно, Русской православной церкви как церкви империи», — пишет Сергей Чапнин.

Имеет ли шанс Россия вновь состояться как имперское государство? Мне сложно ответить на этот вопрос, поскольку я плохо ориентируюсь в хитросплетениях евразийской политики. Но как украинский церковный иерарх и гражданин независимой Украины я могу утверждать следующее: даже если современной России удастся реализовать свой имперский проект, он не должен включать в себя мою страну — страну, которая решительно и бесповоротно выбрала путь самостоятельного развития.

Украина — очень плохой вариант для поглощения. И дело даже не в том, что развязав широкомасштабную войну, Россия окажется в полной изоляции от мирового сообщества. Намного важнее другой фактор: в результате развязанной Россией гибридной войны украинский народ сплотился и готов сегодня защищать свою свободу с оружием в руках. Ситуация, казалось бы, очевидна. Но Россия будто загипнотизирована «украинским вопросом». Украина уже давно превратилась в источник постоянной головной боли для России, экономика которой сегодня вынуждена платить заявленную США «высокую цену» за аннексию Крыма и военную помощь «днр-лнр». Но российская политическая элита, к прискорбию, до сих пор не готова трезво взглянуть на вещи, переключив внимание от борьбы с бывшей колонией на решение проблем собственных народа и государства.

В чем же причина этого буквально иррационального желания Кремля вновь подчинить себе бывшую республику СССР? Мотивы политических решений вскрывает драматический церковный конфликт между Москвой и той частью Украинской Церкви, которая желает сегодня полной канонической независимости (автокефалии). Дерзну предположить, что и существование независимого украинского государства, и автокефалия Украинской Церкви намного проще воспринимались бы российским самосознанием, если бы… государственный и церковный центр Украины находился во Львове, Харькове или любом другом городе нашей страны. Но только не в Киеве — этом древнем центре Киевской Руси.

Каждая империя задним числом пытается приписать себе самое почетное происхождение. (В идеале — от Адама и Евы или хотя бы от сыновей Ноя). Не была исключением и Москва, которая в лице своих книжников приписала себе и происхождение от Иафета, и крестителя Руси киевского князя Владимира… Кому принадлежит Киевское наследие? Казалось бы, ответ очевиден. Патриархи Московские действительно происходят от Митрополитов Киевских и всея Руси (вспомним, что Первоиерархи Русской Церкви именовались Митрополитами Киевскими вплоть до 1461 года, то есть на протяжении более чем 160 лет после того, как Киевские Митрополиты покинули свой кафедральный город, бежав на Север). А историю русской литературы и поэзии — вплоть до русскоязычных прозаиков-постмодернистов — невозможно понять, оставив за скобками историю литературы Древней Руси. Но как бы ни хотелось России заявить себя эксклюзивным историческим преемником Киевской Руси, это невозможно до тех пор, пока древняя столица Руси — Киев — пребывает вне российской юрисдикции.

Святость древнего Киева «растворилась» в святости Владимира и Москвы, считали идеологи Московии. Но древний Киев, как бы того ни хотелось его северным соседям, не «канул под воду», подобно мифическому мессианскому граду Китежу. Древняя столица Руси уцелела. Сохранила свое историческое имя и святыни. И даже в августе 1991 года вернула себе статус столицы независимого государства.

Господь сохранил Киев и его древние святыни — Собор Святой Софии, Киево-Печерскую Лавру, Кирилловскую церковь и Золотые Ворота. Но российскому самосознанию нелегко принять этот очевидный для каждого украинца факт. «Как странно, что она уцелела», — заметил мой товарищ по московской Семинарии, глядя на Софийский Собор, когда мы гуляли по центру Киева. Конечно же, он знал — не мог не знать! — что древняя кафедра Митрополитов всея Руси стоит на том же месте, что и тысячу лет назад. Но воочию убедившись в том, что «София и древний Киев живы», мой товарищ испытал нечто вроде культурного шока. Ведь в рамках москвоцентричной системы мышления, которая доминирует сегодня в Русской Церкви, о Киеве говорят только в прошедшем времени.

«Киев — город прошлого», — гласит «символ веры» современного российского национализма. А то, что от него «осталось», — это жалкие культурные декорации, остатки провинциального города Российской империи. Большевики недаром рассматривали вариант уничтожения Киевской Софии. Эти азиатские варвары знали толк в символах. И прекрасно понимали: до тех пор, пока в Киеве существуют София и Киево-Печерская Лавра, этот город никогда не превратится в еще один провинциальный российский (советский) город... Наши секулярные современники пренебрегают символами. Особенно символами сакральными, «написанными» на непонятном им языке византийской культуры. Но сегодня, как и тысячелетия назад, за эти символы ведутся войны. Киев, древняя Киевская кафедра — один из таких сакральных символов Киевского наследства. Именно за этот символ, за право исторического первородства сражается сегодня российский империализм.

Провозглашая Киевский Патриархат в 1990 году, автокефальное движение (возможно, даже неосознанно) поставило под вопрос всю выработанную еще московскими книжниками схему «русской истории», согласно которой Владимиро-Московское княжество XIII – XIV веков было органичным продолжением культуры и права Киевской державы. Эту мифологическую теорию критиковал в своей известной статье 1903 года еще Грушевский. Но одно дело — научная гипотеза, а другое — создание Поместной Церкви, которая уже титулом своего первоиерарха развенчивает миф об эксклюзивном праве России на Киевское наследство.

Идея Киевского Патриархата шокировала российское самосознание. В ответ прозвучало обвинение в «самозванстве» — историческом и каноническом. Воспользовавшись тем, что Киевский Патриархат был учрежден путем самопровозглашения, в ситуации канонической изоляции от мирового православия, — российское сознание «заклеймило» украинские претензии на Киевское наследие как историческое, культурное и церковное самозванство. Мол, как институт новоучрежденный и с канонической традицией Православия порвавший, Киевский Патриархат — яркая иллюстрация того, как далеко современная Украина отошла от общих духовных традиций Киевской Руси. Символическую роль сыграла здесь и анафема на бывшего Предстоятеля УПЦ Митрополита Филарета, ставшая как бы символическим проклятием всех претензий Украины на Киевское наследие.

В какой степени были канонически обоснованы прещения, наложенные на бывшего Предстоятеля УПЦ? И в какой мере модернистским был автокефальный проект 1920-х годов? Это темы отдельного разговора, выходящего за рамки данной статьи. Но абсолютно ясно, что законная автокефалия Киевской Церкви повлияет и на давний «спор о Киеве». Украинская Церковь попадет в формируемый Константинополем общецерковный диптих. А ее первоиерарх (независимо от того, в каком сане он будет пребывать) будет титуловаться по главному городу древней Руси — Патриарх (или Митрополит) Киевский. После чего «городу и миру» станет очевидно, что Киев не умер, а продолжает свое историческое существование. Но уже не как церковная провинция Москвы, а как самостоятельный церковный центр. А перед современной Россией вновь станет поставленный еще в 1920-х гг. евразийцами вопрос: где искать истоки российской государственной и культурной традиции — на «киевском западе» или на «монгольском востоке»?

Киевская идея и новый «могилянский» проект

Россия сражается за Киевское наследство, дабы сохранить имперский формат своей государственности. Но зачем это наследство современной Украине и ее Православной Церкви? Киевская идея — не подобие почетного исторического «ордена». И даже не способ подчеркнуть свою древнюю родословную. Как точно заметил Митрополит Владимир, «сама по себе, оторванная от животворящего церковного контекста, низведенная к политическому лозунгу, киевская идея вряд ли сможет объединить сегодня Украину». Смысл киевской идеи — в историческом и культурном самопознании. Хрестоматийным уже стало утверждение русского исследователя и мыслителя Георгия Федотова: Московский период в истории Русской Церкви нельзя рассматривать как органическое продолжение Киевского. Но этот, верно подмеченный Федотовым культурный и религиозный разрыв еще не означает, что Киевское наследие в полной мере востребовано сегодня нами: современной Украиной и современной Украинской Церковью.

Киевская Русь была географически значительно «шире» современного украинского государства. Но Украина никогда не страдала «имперским комплексом» и не делала попыток стать империей. (Хотя и попыталась во второй половине XVII века поставить на службу интересам украинского этноса империю Российскую). В чем же тогда смысл киевской идеи, в чем ее послание современной Украине? Киевская традиция — это вызов. Древний Киев и рожденная им культура были не только «шире», но и во многом «глубже» культур последующих эпох. Киевское христианство было уникальным духовным опытом. Власть князя не была абсолютной. А подчиненная Константинополю Церковь не смешивалась с государством, благодаря чему пользовалась свободой и даже могла позволить себе открыто обличать княжескую власть. Упомянем и два других отличительных свойства Киевского христианства. Это унаследованные от Византии традиции просвещения, интеллектуализма. И открытость — открытость к вселенскому православию и христианскому миру в целом.

Националистическая замкнутость, потеря живого чувства кафоличности (универсализма), абсолютизация формы, обряда, попытка превратить религию Нового Завета в новую систему запретов, сращивание государственных и церковных структур, и последующее за этим порабощение Церкви государством. Все эти искушения придут позже — уже в Московский и Петербургский периоды истории Русской Церкви. Чтобы почувствовать разницу, достаточно вспомнить о судьбах двух святых. Киевский святой XI века преподобный Феодосий безнаказанно обличал князя-узурпатора Изяслава. А Митрополит Московский Филипп (1566–1568), дерзнувший обличить преступления Ивана Грозного, — поплатился за это всем, что имел, включая сан и саму жизнь. Решением церковного собора он был лишен сана, заточен в монастырь и убит там Малютой Скуратовым…

Духовный опыт «второго Иерусалима» содержательно не был востребован Москвой, избравшей для себя иную парадигму развития — внешнее величие Третьего Рима. Не удалось, увы, сохранить полноту киевского опыта и Украинской Церкви. Но на Украинской земле еще долго будет сохраняться присущий древнему Киеву дух свободы. Дух, благодаря которому Украинское православие разительно отличалось от своего московского аналога. Где была немыслима, к примеру, утвердившаяся в Украине практика выборности высшего духовенства — от настоятеля монастыря до Митрополита Киевского.

Как нам вернуть Украинскую Церковь к ее истокам? Автокефалия, безусловно, не является здесь панацеей. И на второй день после издания Томоса об автокефалии Украинское православие, увы, не решит всех своих многочисленных проблем. Киевские духовные школы не превратятся в «православный Оксфорд». Сельские священники не проснутся европейски образованными интеллектуалами. А дельцы в рясах не превратятся в жертвенных волонтеров. Но каноническая, законная автокефалия, верю, сможет решить главную проблему современного украинского православия: уврачевать раскол (или, как минимум, создать канонические основания для его преодоления). И тем самым даст нам возможность сосредоточиться на решении такой важнейшей задачи , как изменение качества нашей церковной жизни.

Нравится нам это или нет, но Украинское православие сегодня еще по многим параметрам остается православием постсоветским. Мы еще слишком полагаемся на авторитет формы. Мы еще не способны принять вызов христианской свободы и пытаемся переложить ответственность за свою жизнь и поступки на других людей, облеченных более высоким церковным саном. Существует и другая, крайне болезненная проблема, унаследованная нами от советского прошлого. Мы, церковные иерархи и духовенство, еще слишком часто готовы молчать, встречаясь с социальной несправедливостью: неограниченной властью олигархов и бесправием бедных, униженной нищетой старостью, некачественными образованием и медициной, проблемами переселенцев с Донбасса и, главное, с обретшими в нашей стране прямо-таки патологические формы воровством и коррупцией.

Из Церкви постсоветской мы должны стать Церковью подлинно евангельской, апостольской. Церковью, которая до конца осознает свою ответственность за проповедь в украинском обществе Благой вести Христа. Готовой не только проповедовать, но и жертвовать ради успеха этой проповеди своими интересами. К примеру, отказываясь от преференций, предлагаемых ей государством или олигархами. А еще — Церковью Киевской, опирающейся на вековые традиции Киевского христианства. В том числе, и на исторически присущую Украине традицию коллегиальной (соборной) формы церковного управления.

Евангелие — не тайная книга, обращенная к касте избранных. Благая весть универсальна, она обращена ко «всем и вся», к каждому народу и каждому человеку.

Но путь каждого народа к Богу уникален, и путь украинцев к Богу, тем более во время войны, действительно (как заметил Петр Порошенко) «не пролегает через Москву»…

Президента Украины сегодня часто критикуют. В том числе и за то, что он якобы вмешивается в церковную жизнь, пытаясь подчинить Церковь интересам государства. Но я считаю такие обвинения неправомерными. Инициируя процесс получения Томоса об автокефалии, глава Украинского государства действует сегодня не только в интересах украинского общества, но и в интересах самой Украинской Церкви.

Православная Церковь в Украине не может и не должна строить «русский мир», не может и не должна обслуживать идеологию Третьего Рима и гегемонистские претензии Москвы. Но как Церковь Христова она не должна обслуживать и другую изоляционистскую по своей сути идеологию — радикальный украинский национализм, пытающийся превратить Церковь в «коллективного политрука».

Историческая задача Украинского православия сегодня иная. Обретя свободу от имперского центра и навязываемой им изоляционистской идеологии, мы должны сосредоточить свои усилия на новом «могилянском» проекте. Решив две задачи, которые вновь, как и в XVII веке, стоят перед церковным сознанием. Во-первых, модернизировать (не выходя при этом за рамки православной традиции) Украинское православие. А, во-вторых, вернуть христианские смыслы современной европейской культуре. Или, другими словами, стать Церковью XXI века, Церковью, которая выйдет из культурного гетто «православной» субкультуры и рискнет вновь, как в эпоху Киевской Руси или эпоху Петра Могилы, стать культурообразующим институтом общества. Будучи одновременно святой и открытой обществу, национальной и универсальной, единой и в достаточной степени децентрализованной, иерархичной и соборной, совмещающей верность традиции с готовностью говорить с нашими современниками на понятном им языке.

Мы живем в эпоху тотальной симуляции, когда подлинное пытается заслонить собой копия, подделка. Но мы не можем допустить, чтобы поместный «могилянский» проект стал еще одним общественным симулякром. И здесь киевская идея может стать тем вызовом, той сверхзадачей, которая поможет нам одолеть дорогу домой — стать подлинной, а не по одному лишь названию, Украинской Церковью, вернуться к подлинным поместным традициям древнего Киева. «Украина — прямой потомок славной Киевской Руси и главная преемница древнего киевского наследства», — писал Митрополит Владимир. И сразу же уточнял: «Однако положение, которое получила Украина и ее Церковь уже благодаря своей непосредственной связи с древней киевской землей, это историческая привилегия, требующая ежедневных духовных усилий».

Александр Драбинко, митрополит Переяслав-Хмельницкий и Вишневский".

отсюда

  • 1
Не терпится видать мадам Александре стать главой автокефальной ПЦ.

Хощет раздробить Драбинко.

Вот ведь беда. Русский мир, автокефалия, казалось бы идеи из диаметрально противоположных друг другу лагерей. Но, ведь все знают, что у вдохновителей этих идей есть нечто общее, страшное общее. Как в пословице "милые бранятся..."

Русский мир, похоже, постигла участь арабского мира, где десяток стран грызутся между собой (и все вместе - с Израилем). Братскую сплоченность мусульманская вера проявляет только в рядах террористов против пост-христианского Запада.

драбинко украинский гундяев

Украинский национализм в статье цветёт и пахнет. Проблема статуса УПЦ МП как прорусской пятой колонны уходит на задний план, так как автор больше рассуждает о том какие не совсем хорошие русские соседи с их имперским комплексом. Павшей в искушение Третьего Рима Москве противостоит чистота второго Иерусалима в Киеве. То есть идейная основа грядущей автокефалии лежит в превосходстве украинского народа на великороссами.
Как вам такой мотив?
Хорошо. Мы не против. Большинство положений статьи во многом справедливы. У нас немало недостатков. Но пусть хранители первозданной чистоты объяснят нам, почему уже с XVII в. им так не сиделось возле киевской купели? Отчего ринувшийся с юга поток привёл к "засилию украинского епископата"? Почему именно на вас, хлопцев западенских деревень делала кадровую ставку советская власть, забивая вами МДА, отлавливая московскую абитуру на загорском вокзале силами милиции и космосомольских держиморд? Почему в доброй половине духовенства не мудрено узнать в прошлом "хыкающего" украинского парня, приехавшего в Москву за длинным рублём и почти всегда отыскивающего волшебную дверку в социальный лифт? Ведь именно ваши руки заполучили контрольный пакет на РПЦ МП и если отделяться, то по честному и до конца: чемодан, вокзал, Одесса.

Кадровая "оккупация" выходцами с Украины была тотальной, - и в нар/хозе, и в партактиве, и в армии, и в священстве. Возвращаться в ставшую незалежно-дикой неньку/матку, конечно, никто не собирается, да и не поддерживает нацистского угара на нищающей родине.
Вообще, это какой-то бич Божий над Россией: и другие соседние народы ею кормятся, ею защищаются и её же ненавидят и при случае пинают...

"засилие украинского епископата"

Что верно, то верно. Пассии, акафисты, погребения плащаниц...
+ "благодаря" "просветителям XVII века, мы, русские, молимся на украинском изводе церковнославянского языка.

Re: "засилие украинского епископата"

(Anonymous)
Абсолютно верно!

и ещё:

"...Украина никогда не страдала «имперским комплексом» и не делала
попыток стать империей. (Хотя и попыталась во второй половине XVII
века поставить на службу интересам украинского этноса империю
Российскую)..."
https://kalakazo.livejournal.com/2337252.html#comments

Какое откровенное признание роли хохлов в учинении Раскола!!!

Взрощенный "просветителями" никониянский Франкенштейн на наших глазах сегодня отдаёт свои долги пестунам.

Какие ,,иерархи " , такие и ......

Такие кто?

Ну и пусть создаёт этот нарцисс драбинка свою секту, странно что владыка Онуфрий терпит пока этого педика.

Он не только этого педика терпит, но и других. Например, Ефрема Криворожского.

а чего Ефрем то?

Варвара
Опять голословные обвинения в "голубятне"!
Где факты?
Лично мне не верится в это!

О, святая Барбара! Во что же вам тогда верится?

Варвара
Исключительно в факты!
Где факты, Зин?

https://t-34-111.livejournal.com/75273.html

Варвара
Эти "факты" личное предположение автора видео, неубедительно.
Вобщем вилами на воде писано!

Этот Ефрем,когда в МДС учился в 1989 году ко мне подкатывал безуспешно,его так и звали Киса,производное от фамилии.

То, что Драб педик, ни у кого уже давно сомнений не вызывает, так же как и то, что почивший "о бозе" Блаж готовил его на место будущего патриарха "незалэжной" церкви карманного патриархата имени товарищей Порошенок, Тимошенок, Яценюкой, и прочих свидомых бандерлогов, им же несть числа. Мне удивительно то, что народ уже успел подзабыть совершенно недавние события с похищением монахинь из киевского Покровского монастыря. Вот тут есть кое что об этой истории http://tema.in.ua/article/7670.html

а уж какие манеры у него это просто здравствуй ужас это обычный хохол жлобаватый

Edited at 2018-06-05 02:14 pm (UTC)

Молодец митрополит Александр! Видать, в точку попал - дедулиных комментаторов будто крапивой отходили))) Вот в упор не понимаю этих "суперблагочестивых" христиан: ну какое вам дело до того, кто будет посвящать следующего киевского иерарха - московский патриарх или сами украинские коллеги. И украинцев ненавидят, и отпустить их на волю не хотят - вот такой парадокс а-ля москаль

НИКА МИНЕТЧИЦА . Помятуя о скорбных днях разделения Петрозаводской епархии, болезни и смерти любимого всеми владыки Мануила ,полного разрушения церковной жизни в северных пределах Карелии,народ Божий и поповская братия Кафедрального града с опасением и надеждой встретила своего нового архипастыря. Господь услышал усердные молитвы и страшный сон под названием митрополит Петрозаводский и Карельский Игнатиий не сбылся. Двоякое чувство радости и тревоги ощутили местные батюшки когда в Александро-Невский собор вошёл карликового роста человек с большой белой бородой и орлиным презирающим всех и вся взглядом. За ним ,такой же гордой и надменной походкой вошли две дамы, облачённые в монашеские одежды. Одной из них предстояло управлять этими глупыми мерзкими и никчёмными попами. Сначала необходимо было захватить стратегические объекты, а именно здание епархии и городские храмы. В первый же день из епархиального управления с криками "как ты смеешь задавать вопросы самому митрополиту, вон отсюда" была изгнана многолетняя заведующая канцелярией епархии, выгнали водителя а помощнику прежнего митрополита пригрозили милицией если он не перестанет является в управление.Для экономии средств в первые недели была закрыта маленькая трапезная на чердаке кафедрального собора в которой весьма скромно питалось служащее духовенство и уборщицы храма.Проверка финансовой дисциплины на приходах показала, что они выплачивают совершенно неприемлемемые епархиальные взносы и что их необходимо увеличить в разы. "Это что вы тут мухлюете, вы нас за дураков не держите , мы с одного Кургана собирали взносов больше чем со всей вашей задрипанной епархии" - кричала матушка Ника на митрофорного кафедрального настоятеля ,при молчаливом присутствии человека с маленьким брильянтовым крестиком на головном уборе. "Мошенник и проходимец был ваш Мануил, все епархиальные квартиры местному духовенству в собственность передал!" вторил ей батюшка , которого за созвучность фамилии ещё в семинарии называли Подлюченко. "Мы с вами тут церемониться не будем,и не о каком заштате не мечтайте-пойдёте под запрет"! завершила одетая в чёрные ризы пожилая женьшина.Заслуженный батюшка в былое время пользовавшийся авторитетом и доверием прежнего владыки побрел с опущенной головой из здания, в котором раньше с правящим архиереем можно было поговорить не только о деньгах,но и жизни , Церкви и Боге

тебя тоже зашпарило , раз так выскочил в угаре

Так надо было удерживать у себя митрополита в 14ом веке. Надо было объявлять Киев центром собирания земель Русских и вести эту нелегкую ношу все эти 7 веков. А когда вам все Москва сохранила и преумножила легко набрасываться с целью поделить.

"Мы живем в эпоху тотальной симуляции, когда подлинное пытается заслонить собой копия, подделка."

Именно так. Подделка под госудаство с названием "Украина" пытается убедить мир в своей подлинности. Выкините все советское и останется один пшик с хуторской мовой.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account