?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Там, где процветает грех и абсолютная безнаказанность...
СУПчика хочится
kalakazo
В продолжение темы "Порочная экономика..."

Денис Воробьев:


"Феодалы и княжества.

Как разрушалась церковно-общественная жизнь в Нижегородской епархии, часть V

Продолжаем рассказ о порочной экономике Нижегородской епархии, повествуя о том, как церковь оказалась в заложниках товарно-денежных отношений.

Начали мы с того, как хорошими стали считаться те попы, которые приносят епархии много денег.
Ритуально-епархиальный бизнес

Труднее было разобраться с отпеваниями на дому. Епископу Георгию представился хороший случай, чтобы средства за этот вид треб частично перенаправить в епархию. Дело в том, что при развитии в городе ритуального бизнеса компании стали предлагать клиентам целый пакет услуг: не только гроб, транспорт, договор с кладбищем, но и отпевания приглашенными священниками. Последние получали стабильный доход и делились процентом с ритуальной компанией. В этот бизнес вошел один из благочинных (протоиерей Александр Долбунов). Он сам создал свою ритуальную компанию и пригласил своих знакомых священников на стабильный заработок (они делились с ним процентами). Епископ понял, что теряет выгоду и заставил о. Александра «поделиться бизнесом». Был создан монополист, на который епископ решил замкнуть всех священников.

На очередном епархиальном собрании он рассказал, как ужасные ритуальные компании будто бы вводят в заблуждение доверчивых клиентов и нередко приглашают для отпеваний запрещенных, не служащих священников, а иной раз и просто «ряженых». Для блага людей и церкви была выбрана единая компания, с которой только и благословлялось иметь дело священникам епархии. Доход от отпевания теперь делился на три кармана: епархии, компании и священнику. Для запугивания «поповской» массы был выбран «мальчик для битья»: на сцену епархиального собрания грозным голосом епископ вызвал пожилого священника, который в силу болезни служил мало, но иногда соглашался помолиться о людях и даже прийти на дом для отпевания. Он был унижен перед всеми: «Вы ведете себя недостойно, бегаете по требам, а сами почти не служите! Знайте, отцы, если вы будете бегать по требам без моего благословения я всё равно узнаю! От меня ничего не скроешь!»

«Вы что, одурели, что ли?..»
И в голове один вопрос: «А судьи кто?»
Нижегородская митрополия взяла новую духовную высоту

Доход как критерий пастырского успеха

Кроме финансового подчинения священников епископ ввел ясную систему координат для «продвижения по службе». Любая замена настоятеля храма сопровождалась наказом о повышении прибыли «на благо церкви». Предлагалось учиться у епископа: как «раскручивать» спонсоров и чиновников, чтобы они пожертвовали на «традиционные ценности»; как недоплатить строительным организациям, реставрирующим храм; как сократить штат сотрудников и урезать зарплату; как не тратиться на социальные проекты, а уметь их рекламировать и находить спонсоров; как изменить ассортимент церковного магазина (лавки) при храме, чтобы улучшить прибыль; как зарабатывать на «завозе» чудотворных икон и мощей, создавать рекламу в СМИ, готовить соответствующие этому «завозу» коробки с освященным маслом, водой, иконками, молитовками на продажу. Полная ориентированность на доход и «храмовое благолепие». Люди, допустившие малейшую оплошность в финансовой сфере, тут же наказывались самим жестоким образом, а те, кто сумел повысить доходы, становился настоятелем еще и других храмов, целого куста приходов и впоследствии благочинным (главой церковно-административного района или даже нескольких).

Успешность такого рода прививалась с семинарской скамьи. Не единожды приходилось слышать от заслуживающих доверия друзей о встречах епископа Георгия с тем или иным курсом Нижегородской семинарии и его словах: «Учитесь быть успешными! Все великие люди церкви — это прежде всего успешные люди», «важнейшее качество настоятеля — уметь зарабатывать». Или на собрании благочинных: «Если вы были настоятелем пару лет и не смогли заработать на машину, вы просто не умеете работать». Или еще, на собрании перед торжествами в Дивеево: «Так, Кафедральный собор дополнительно сдает 600 тысяч на торжества, Староярморочный — 400 тысяч».

Выдающимся примером для подрастающего поколения священников стал архимандрит Тихон (Затёкин). Он смог подняться еще при митрополите Николае. Существенно повысить благосостояние и отстроить Вознесенский Печерский монастырь в Нижнем Новгороде он смог благодаря успешной программе завоза святынь (мощей, чудотворных икон). Ему удавалось «доставать» особенно чтимые святыни, договариваться с их обладателями (храмами и монастырями) о процентах с общего дохода, делать обширную рекламу в СМИ, изготавливать на массовую продажу священное маслице, молитвы, бумажные иконки-копии, учреждать разного рода молебны и свидетельствовать на них о реальной помощи от этих «сильных икон и мощей». Толпы народа выстаивали огромные очереди в древний собор монастыря, а его настоятель подсчитывал миллионы оборота. Архимандрит понял, что с новым епископом надо делиться и чаще быть инициатором заработков для самой епархии. Он быстро возвысился и даже стал руководителем КРО (Контрольно-ревизионного отдела епархии — органа, осуществлявшего финансово-хозяйственную ревизию всех приходов) и благочинным (надзирающим) всех монастырей области. Деятельность КРО архимандрит вывел на новый уровень: его уполномоченные объезжали все приходы, выискивали реальные и мнимые нарушения и вчиняли настоятелям огромные штрафы. Прибыль отдела росла, епископ был доволен.

Вот для примера один интересный случай: молодой священник долго не мог найти деньги на ремонт храма, епархия помогать отказалась. Тогда он попросил друзей и родственников и собрал кое-как необходимую сумму. КРО, приехав на приход, учинил обыск. Из сейфа изъяли деньги и наложили на настоятеля большой штраф «за неучтёнку». Все попытки объясниться были бессмысленны. А люди КРО неплохо заработали.

Нижегородская епархия: приходы грабятся, попы не голодают, возмущений нет

Архимандрит Тихон был инициатором завоза святынь на уровне епархии и часто становился ответственным лицом за них, разработчиком «схем завоза». Даже если собственником святынь была сама епархия, прибыльнее было держать их не в самом городе (где каждый в любое время мог бы к ним прикоснуться), но периодически завозить их из пригородов под шум рекламы на местном телевидении и в прессе (тогда «народ валит толпой» и прибыль заметно больше). Так было сделано с иконой св. Матроны, которую поставили в храм в с. Сартаково под Нижним Новгородом. Даже если святыни появлялись в самом Печерском монастыре, было важно устраивать их «городские туры». Настоятели готовы были платить за включение своего храма в план. Так один настоятель храма в центральной части города признался: «Я заплатил о. Тихону 200 тыс. за то, чтобы мой храм был включен в план „тура“ по городу мощей св. Матроны. Зато прибыль сверх этого — моя».

Архимандрит Тихон был тем, кто приезжал в независимый от епархии магазин духовной литературы «Флоренский» и угрожал его руководителю и персоналу неприятными последствиями, если они не поделятся. Протоиерей Сергий Матвеев, будущий секретарь епархии, также приезжал в этот магазин с аналогичным посланием от епископа, обвинял его руководителя в якобы легализации денег уничтоженного епископом братства Александра Невского и требовал отдать деньги, иначе будут проблемы. Как я уже писал, проблемы действительно начались. Руководитель магазина оценил эти действия как неприкрытый рэкет.

«Свечной заводик» и «благотворительный обмен»

Еще один приличный заработок для епархии — продажа церковной утвари, икон, свечей, книг с епархиального склада на приходы. До епископа Георгия (Данилова) приходы сами закупали и завозили (а иногда и изготавливали) утварь и церковные свечи. С его приходом под угрозой санкций они могли делать это только со склада епархиального управления (иначе, если «левый» товар будет обнаружен в лавке храма или в его подсобных помещениях — серьезные штрафы от КРО).

Первоначально главным поставщиком утвари был церковный монополист — завод «Софрино» под Москвой под руководством Е.А. Пархаева. Утварь там стоила существенно дороже, чем где бы то ни было еще. Но все сотни тысяч и миллионы рублей за престолы, жертвенники, семисвечники, паникадила и прочее для вновь освящаемых храмов настоятели должны были собирать и выплачивать «Софрино», епископ Георгий разрешал только такой вариант. Также и склад епархии затоваривался в основном оттуда. После реформирования патриархийного хозяйственного [отдела] и отмены монополии «Софрино» на продажу утвари митрополит Георгий смог запустить собственный свечной завод и направить прибыль себе. Мощностей завода хватало не только на свою епархию, заказы стали поступать и из других областей. Так, епископ Вятский Марк (Тужиков) лично приезжал к владыке Георгию договариваться о поставках.

Реализация предметов религиозного назначения населению — один из столпов прибыли епархии и ее приходов. Ведется она с размахом: торговые точки есть по всему городу. И это далеко не только сами храмы или строения на их территории, но еще и множество прилавков в магазинах и торговых центрах, отдельных помещениях и постройках (в том числе на центральной улице города — Большой Покровской). Аренда за эти помещения, как правило, снижена, благодаря благотворительным скидкам. Формально епархия вообще не занимается продажами: происходит «реализация предметов религиозного назначения за пожертвования». Несмотря на то, что эти «пожертвования» фиксированы и прописаны как ценники, «цен нет», а есть извещение о «рекомендуемой сумме». В связи с этим церковная торговля уходит от налогообложения, ведь формально «нет ни продажи, ни прибыли».

Ассортимент этого «благотворительного обмена» (не знаю, как еще назвать этот процесс) весьма разнообразный: свечи, иконы самого разного качества и размера — от бумажных до деревянных и украшенных ризами из драгоценных металлов, книги — в основном молитвы на разные житейские случаи разнообразным святым, церковная периодика — газеты и журналы, маслице, лампады, подсвечнички из металла и фарфора, чашки и кружки с изображениями храмов, ангелочки, украшенные яйца, птички, браслеты, четки, сувениры для туристов. И, наконец, самая прибыльная статья любого церковного магазина — «серебро»: изделия из драгоценных металлов (цепочки, крестики, подвесные иконки, кольца). Причем продавец вам всегда услужливо скажет, что покупать в ином месте он «не рекомендует», ведь только в церковной лавке «правильный, каноничный и, главное, освященный товар». Однако, если это всё-таки не товар, а предметы религиозного назначения, реализуемые за пожертвования, то на факт их реализации не распространяется закон о защите прав потребителя.

Естественно, этот закон не распространяется и на то, что в народе часто называют «услугами» храмов, щедро реализуемых за пожертвования: венчания, крещения, соборования и прочие культовые действия. Еще одна статья дохода, которая является основной в крупных храмах: получение пожертвований за молитвы — за записки разового поминания, где каждое имя или некоторое количество имен «стоит» определенную сумму, за длительные поминания разной протяженности во времени — сорокоусты, «постовые», полугодовые, годовые. Горы этих записок отправляются в алтарь, где часто спешно «по диагонали» читаются алтарниками или священниками, а прибыль идет в казну храма и епархии. Хотя описанные «позиции» формально услугами не являются, но, оказывается, они могут выступать в качестве оплаты долгов епархии — предметом мирового соглашения в арбитражном суде и обмениваться на денежные средства, которые епархия недобросовестно задолжала строительным организациям (о чем ниже).

Оптимизация через недвижимость и разукрупнение

Епископ Георгий достаточно рано понял, что финансовые потоки, которые идут из государственного кармана на реставрацию храмов и монастырей, можно и нужно тоже аккумулировать у себя. Для чего они будут уходить каким-то строительным организациям и сторонним реставраторам? Была учреждена фирма «Зодчий», во главе которой встал Иван Тимофеевич Данилов, брат епископа. Эта организация неизменно стала выигрывать тендеры на реставрацию (например, Вознесенского Печерского монастыря; колокольни в Сарове) и осваивать государственные средства. В общей сложности с 2012 по 2015 годы «Зодчим» были заключены госконтракты на 73 млн руб.

Также правилом епископа Георгия стала минимизация расходов на реставрацию и строительство объектов церковной недвижимости. Этой минимизации он добился, не доплачивая строительным фирмам деньги по договорам под разными предлогами (от постоянных придирок к качеству самих строительных работ до выборочного отказа оплачивать дополнительные расходы по договору). Организации вынуждены были или уходить с убытками или подавать в суд, неизменно отказываясь впредь сотрудничать с Нижегородской епархией. За время руководства епископа Георгия было возбуждено немалое число административных дел и гражданских исков по этому поводу. В числе недополучивших свои деньги — ООО строительно-монтажная фирма «Промстрой» (862 137 руб.), ООО СК «Спецмонтаж НН» (173 526 руб.), ООО «МОРИОН» (265 969 руб.), ООО «СтройСтандарт» (1 677 087 руб.) и многие другие.

Епархия была вынуждена действовать различными способами, чтобы урегулировать эти споры. Постановления судов были не в пользу епархии. Нередко удавалось идти на мировое соглашение до решения суда, признавать долг полностью или частично и постепенно его выплачивать. Одним из нашумевших дел стал долг перед ООО «Эра», с которой удалось до заседания суда достичь мирового соглашения, воздав за недоплаченные 320 тыс. руб. «заказной молитвой» (так сказать «в развес») о здравии и благополучии руководителей и сотрудников организации. Это решение, отраженное в судебном акте о примирении сторон с перечислением («ответчик также обещает возносить молитвы о здравии раба Божиего…»), посильнее любых атеистических карикатур дискредитировало епархию в глазах общества. Ведь молитва, сердечный дар человека Творцу, была святотатственно превращена в некий вид судебного штрафа.

Не менее разрушительными для имиджа церкви были и постоянные иски епархии к Министерству государственного имущества и земельных ресурсов Нижегородской области и к городской администрации по поводу передачи церкви объектов недвижимости и оформлению прав собственности.

Интересную схему удалось провернуть в ходе освобождения настоятельского корпуса Федоровского монастыря города Городца Нижегородской области в 2008-2009 годах. Это здание тогда занимал филиал «Почты России». Он соглашался освободить его и переехать в другое здание — бывшего профилактория ОАО «ГСРМЗ», принадлежавшее тогда администрации Городецкого района. Но это здание требовало реконструкции. Нанятая фирма ООО «Византия» из Дзержинска согласилась ее осуществить по договору с администрацией на сумму 18 449 754 руб. В это дело решили вложиться спонсоры, а 430 000 руб. (меньше всех) вложила сама епархия. При этом собранные средства ушли только на часть работ на сумму 5 850 000 руб. А вот платить оставшиеся деньги уже никто не собирался.

Заработала схема: в рамках программы комплексного развития Городецкого района Нижегородской области «Городец — XXI век» здание почты (бывший настоятельский корпус монастыря) было передано епархии, а новое здание, которое отремонтировало ООО «Византия», было безвозмездно передано администрацией в ведение «Почты России». В результате смены собственников ООО «Византия» уже не знало, с кого спрашивать деньги за реконструкцию (оставшиеся 13 599 754 руб.) и обратилось в арбитражный суд. Но арбитражный суд 5 апреля 2010 года в удовлетворении иска отказал, сославшись на то, что в деле нет выгодоприобретателя. Действительно, с формальной точки зрения никто не обогатился за счет ООО «Византия»: администрация ничего не приобрела — она отдала здание почте; почта ничего не приобрела — она лишь получила от администрации равноценное здание, а епархия вообще не при чём — она стала обладателем совершенно другого здания.

Еще одной статьей минимизации расходов Нижегородского епископа стало разделение епархии на части. Тогда в Русской церкви стала набирать кампания по разукрупнению епархий: большие области были преобразованы в митрополии с несколькими епархиями со своими епископами во главе. Епископ центрального города становился митрополитом, что на ранг выше. Архиепископ Георгий и стал таким митрополитом, сам предложив Синоду план разделения епархии, где ему самому отходил кусок с Нижним Новгородом и сопутствующими городами Бором, Кстово, Балахной и другими, Арзамасом и Дивеево, где сконцентрировано до 80-90% населения области и дохода.

Дивеево было выгодно церковно-политически: это место, куда съезжается множество епископов, приезжает множество чиновников, регулярно приезжает сам патриарх. Другим епископам отходили разного рода городки и целые убыточные районы. Этих епископов, которых он сам же и рекомендовал на эти посты, владыка Георгий заставил жертвовать большие суммы «на образование» (на семинарию и гимназии) и почти полностью подчинил их своей воле. Так ему удалось провести еще одну «оптимизацию» своего хозяйства.

Иметь в своей епархии Нижегородскую духовную семинарию было всегда очень престижно для епископа Георгия. Он хотел сделать предметом для похвальбы перед чиновниками, епископами и патриархийными учреждениями. Для этого надо было поднять ее материальный уровень, отстроить и разукрасить ее, поднять в глазах других вузов. И всё это с минимальными затратами и максимальной рекламой. Деньги удалось регулярно находить благодаря «раскрутке» спонсоров. Бизнесмен Сергей Габэстро жертвовал миллионы на благоустройство и расширение, немецкий благотворительный фонд — «на устройство по передовым стандартам библиотеки учебного заведения». В связи с этим стоит вспомнить и непонятно как полученное владыкой Георгием разрешение на радикальное переустройство соседнего с семинарией корпуса (надстроить под нужды семинарской столовой) ансамбля Благовещенского монастыря, памятника истории и культуры, а потом самым коренным образом реконструировать и сам ансамбль монастыря.

Расходы на питание семинарии удавалось решать различными способами: писались пачки писем в разные фирмы, связанные с продуктами питания, чтобы они «жертвовали на духовное образование и традиционные ценности» (часто откликался «Вимм-Биль-Данн», привозя продукты на грани завершения срока годности). Приходы епархии епископ через благочиния заставил доставлять в семинарию продукты «натурой» по определенному графику. Огромные средства, которые требовала для своего функционирования семинария, епископ Георгий часто любил ставить на вид учащимся, будущим священникам: «Смотрите, сколько я на вас трачу, и будьте благодарны».

Проблемой оставался уровень образования и престиж данного учебного заведения. Для повышения престижа разные средства были хороши: реклама, связи с чиновниками и работниками вузов. Были случаи, когда семинаристы, по их отзывам, отправлялись на межвузовские олимпиады с уже раздобытыми руководством готовыми ответами, чтобы взять там первые места.

Особым источником дохода для епархии и престижа митрополита стали фонды, организованные благодаря помощи крупных чиновников и бизнесменов. В частности, «Фонд Серафима Саровского», который стал выделять гранты на разные проекты, в том числе образовательные. Хотя трудно судить о прозрачности подходов к выдаче грантов и контролем за их использованием, но данная организация работает на протяжении уже длительного времени и зарекомендовала себя в епархиальных СМИ с самой лучшей стороны.

Большой гордостью митрополита и оправданием его весьма странной экономики является постоянное строительство и реставрация храмов. Однако спешка ради славы, постоянное урезание бюджета, исключение из него дополнительных, но важных строительных и реставрационных работ ведет к тому, что реставрация и строительство производятся не очень качественно, крыши текут, росписи быстро покрываются плесенью или частично облетают. Настоятели вынуждены сами потом искать средства, чтобы исправлять недоделки. Реставрация часто проводится не ради сохранения исторического облика храмов, а исходя из минимума затрат сейчас или в будущем. Можно вспомнить тут сильно подпорченное (замазанное штукатуркой) строгановское барокко Рождественской церкви на одноименной улице, не говоря уж о сносе выявленного памятника деревянного зодчества на улице Грузинской и заменой его бетонной копией.

Руки прочь от Нижегородской епархии! Вандалов в рясах, пиджаках и спецовках — под суд!
Богословие культуры и культура богословия в Нижегородской епархии

Интересной деталью является постоянный гнев митрополита на то, что ему приходится встречаться с нарушением симметрии в храмах епархии. Древние храмы вообще не очень симметрично построены. Но там, где это технически возможно — по мнению владыки «должно исправляться». Так, в только отреставрированном Алексеевском храме из комплекса Благовещенского монастыря паникадило (центральный большой светильник, подвешенный к куполу) показалось ему висящим не по центру относительно иконостаса. Другой бы и внимания не обратил на эту деталь, но только не наш митрополит. Он настоял на том, чтобы заказали дорогостоящий крючок из твердосплавных материалов со смещенным центром, затем под куполом пришлось переделывать и заново прикреплять огромное паникадило, чтобы оно висело точно по центру (затратив при этом приличную сумму). Так что в перепады настроения владыки Георгия тоже приходится вкладываться.

Сам митрополит Георгий привык жить, ни в чем себя не стесняя. Резиденции, построенные по всей епархии и отделанные по его личному вкусу, вертолет, дорогие машины, личная резиденция в Москве в виде московского подворья Дивеевского монастыря, «пастырские поездки» почти по всей стране и за рубеж, собственные СМИ в виде сайта, радио и епархиальной газеты, служащие для «раскрутки» его деятельности и достижений подведомственной ему епархии, — всё это делает его одним из крупнейших «феодалов» на пространствах Русской церкви. Он тот, кто «уверенно стоит на ногах». Он часто заявляет о своей уверенности в том, что именно так должен жить архиерей. Все исторические противоречия и подмены церковной жизни, о которых мы говорили выше, митрополиту удалось использовать в своих интересах «наилучшим образом».

«Келии» нижегородского митрополита Георгия

Неразборчивость в средствах и безумная ориентированность на доходы и славу постоянно вызывают отток желающих сотрудничать с епархией, а также дестабилизируют ситуацию изнутри. Честным священникам и всем активным людям с незапятнанной совестью трудно выживать в подобных условиях. Совершенно очевидно, что епархиальная деятельность, строящаяся на таких основаниях, только заводит церковную и общественную жизнь на Нижегородчине в тяжелейший кризис, который митрополит предпочитает не замечать. Экономическая модель епархиальной жизни на самом деле неэффективна и по сути порочна. В ней почти не действуют ни церковное право, ни государственные законы, процветает грех и безнаказанность. Понятно, зачем это нужно отдельным лицам. Но совершенно непонятно, зачем подобные «феодалы» и построенные ими «княжества» нужны нашей церкви и нашей стране".

отсюда


  • 1
Ну а что, отличный архиерей. Всё под контролем. И молодец, учит подрастающее поколении прям с семинарии зарабатывать и делиться, достигать успеха. А нам, помню, всё какую-то лабуду гнали насчёт старых книг, авторов, сочинений. Вот он молодец, Деньги и Власть, основные направления. Сожгите вы этих шмеманов да афанасьевых, да заведите свечной заводик, шлемазлы.

Ну а как ещё содержать Церковь?как платить камуналку и строить храмы ?только таким макаром.

Жалко что в этой статье забыли написать про рабов,которые трудятся во славу божию. И отношение к ним. Дурачки на религиозной почве терпят все,здоровье лопается и их выкидывают как ненужную шваль.


  • 1