kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Categories:

Не корысти ради...

До революции только в Петербурге было
18 живых и активных католических приходов
и ещё вдобавок – католическая семинария и своя академия.
Ко временам горбачёвской перестройки
всего один действующий костёл святаго Луи служил в Москве,
один храм на Ковенском был в Ленинграде –
обе церкви до годов 60-х
находились во французской собственности,
что и спасло их от закрытия.
Ещё один приход был регистрирован
в немецком селе на Кавказе,
и туда кто-то время от времени из духовенства наезжал,
и ещё один или два католических костёла
действовали где-то в Сибири –
четыре или пять приходов на всю матушку Россию.
Ватикан именовался почему-то врагом нумер два:
славных строителей светлого будущего,
сразу вслед за Белым Домом,
и про него в стране Советов
мульёнными тиражами выходили книжицы
типа "Крестовый поход Ватикана против коммунизму",
где читаемыя, глядючи на ночь,
маленьким деткам
росказни про саблезубых и коварных иезуитов
по наведению страхолюдных кошмариков
могли бы смело соперничать,
с неадаптированными для детского чтения
сказками из собрания Афанасьева...
В Москве служил отец Станислав Можейко – природный литовец.
В Ленинграде, по отцу – литовец, по маме – латыш
и родом из Латвии, Иосиф Павилонис.
По одному ксёндзу на каждую столицу.
Каждый из них был человек-эпоха
и не в пример нонешним попам –
люди колоритнейшие и во всём своеобразныя.
В московском храме святаго Людовика
в пасхальную нощь вслед за поздравлениями
можно было услышать от отца Станислава
сценично негодовательную репризу
про америкоския термоядерныя ракеты
прямо-таки нацеленныя на христианския святыни
московского кремля
и про то, что старушка Европа получила от Белого Дома
очередной подарочек – в целлофан завёрнутую
нейтронную бомбу.
Те же самыя фразы, неделю спустя,
в Богоявленском соборе
озвучивал в пасхальном приветствии
и патриарсь Пимен,
так что было непонятно: то ли референт у них один,
то ли подработано так в одном известном месте.
В храме Лурдской Божьей матери на Ковенском
отец Ёзеф зачастую вовсе не проповедовал,
бранчливо подгоняя на процессии
замешкавшуюся молодёжь – "Будкевича банду",
как он именовал любимцев викария Ян Францевича Будкевича,
посаженного в 60-х за хранение на дому "валюты".
На Пасху православную митрополит Никодим сам причащал
отца Иосифа у престола,
облачённого в соборную фелонь.
В 41-м отец Иосиф вместе с красной армией покинул Латвию,
связал себя с нею на всю оставшуюся жизнь
и все последующия годы трепетал
перед генеральскими лампасами:
"Какой приём был, какой фуршет – ты представляешь,
вместе с тремя генералами армии
ещё и генерал КГБ –
вот это я понимаю приём!"
В начале 60-х служил отец Ёзеф
настоятелем в Ивано-Франковске,
а когда храм тамошний благополучно закрыли,
перевели его уже
(очевидно, в качестве повышения, за понесённыя труды)
в Ленинград,
где кандидат в настоятели
викарий Ян Францевич Будкевич
и сел за валютны махинации,
а отец Иосиф на суде давал про то
подробныя показания.
Служил он на Ковенском лет тридцать,
по-приятельски навещая владыку Никодима,
и в качестве анекдоту пересказывая тому проделки
исповедывавшихся ему бурсаков с Обводного,
так что Никодимушка ему близких
сам и предупреждал:
"К отцу Иосифу не ходи – он тебя тут же мне и сдаст".
Следом за Никодимом отец Иосиф навещал на часок-другой,
"для беседы" и уполномоченного.
Это даже и не считалось тогда
стукачеством или осведомительством,
ибо творилось не корысти ради.
"Довести до сведения начальства"
почитали своим наипервейшим долгом весьма многие,
особенно те и из православного духовенства,
кто прошёл через лагерныя огонь и медныя трубы...
Tags: Годова гора, По Муромскай дорожке, Русские католики
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments