kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Categories:

Питерский самаритянин...

Илья Забежинский:

"БОМЖИ


Пришли к нам как-то на лестничную площадку бомжи. То есть площадка закрыта, а пришли они на островочек перед лифтом. Пришли и легли.
Я не знал, что с ними делать. Я позвонил в «Ночлежку». Там говорят:
- Мы сами никуда не ездим, хотите, привезите их к нам сами.
Я посмотрел на них с сомнением, на лужу под ними и не повез.
Позвонил в Скорую Помощь.
- Они больны? Угроза жизни есть?
- Думаю, да, - неуверенно сказал я, - Для нас для всех всегда есть угроза жизни, - добавил я сам для себя, когда Скорая приняла заказ.
Скорая приехала.
- Ну, эти у вас вполне в порядке. Нормальные, здоровые люди. Зачем же вы нас вызываете?
- Но они, например, мочатся под себя.
- Ну и что, - сказала доктор, - Купите им памперсы.
Я позвонил в милицию. Приехал милиционер, почесал затылок под шапкой:
- Буянят?
- Нет, просто спят.
- Что Вы хотите?
- Не знаю.
- В принципе, они просто зашли погреться. Но если Вы хотите написать заявление?
Я пожал плечами. Он тоже пожал, сел в лифт и уехал.
Я остался один со своими бомжами.

Ну, я, допустим, сами понимаете, я Духовную Семинарию заканчивал, я их по духовному рассуждению сразу же гнать принялся.
«Жена моя тут ходит утонченная. Ребенок несовершеннолетний, - думал я, - А от них пахнет. И лужа под ними. Они, конечно, мне ближние. Но жена и ребенок тоже ближние. Надо кого-то выбирать. Еще в соседней квартире дедушка старенький, ему это тоже будет неприятно».
- Давайте! Давайте, мужики, давайте на улицу. Не так уж там и холодно.
А няня наша, тетя Нина, родом из-под Харькова, не отмеченная, надо сказать, никаким вкладом в развитие богословской мысли, и даже не замеченная в частых посещениях Храма Божия, говорит:
- Погоди, давай-ка я их покормлю. И приберу тут. Не трогай, пускай полежат.
А я что? Я устыдился. Ибо был укорен собственной совестью и няни нашей народным простодушием.
Что в итоге? Покормила. А я по делам пошел.
Прихожу вечером. Поднимаюсь на лифте, вспоминаю, у меня ж там бомжи. Выхожу, смотрю, один ушел. Второй лежит. Он лежит, я стою. Говорю, чего лежишь? Отвечает, жену ищу, бросила меня. Я говорю, может, пойдешь дальше искать? Согласился, встал и пошел. Вот, говорит, бывает, как с женой не повезет. Сел в лифт и уехал.
Я подумал сразу, выходит, моя жена еще ничего себе.
Вечером пошел посмотреть, нету бомжей. Ну, я успокоился.
Утром Ваньку в школу везу, опять он лежит. Я к нему:
- Ты чего? Ты же к жене ушел.
Он говорит:
- Я не ушел. Я походил, поискал, везде все закрыто, я сюда вернулся.
- А жена?
- Жена… - он рукой махнул и заснул снова.
Смотрю, под ним опять лужа.
Я уехал.
Вечером возвращаюсь. Бомжа нет, площадка чистая, вымытая. Тетя Нина говорит:
- Все. Я его выгнала. Не придет больше. Я ему сказала: «Я за тебя, дорогой мой, заступилась, а ты тут ссышь мне. Иди давай, а еще придешь, я тебя шваброй».
Я сидел вечером, думал. Как-то, с одной стороны, неуютно. Что-то надо было сделать. А что, непонятно. А с другой стороны, христианское мое чувство не так страдало. Все ж таки не сам я их выгнал. А тетя Нина. А она у нас человек слабо духовный. В этом смысле как-то мне это все полегче пережить".
отсюда
Tags: Илья Забежинский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments