kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Categories:

Глас Преображенского братства...

"Церковь vs хухры мухры

Очень многие в нашей церкви считают, что русификация богослужения спровоцирует раскол и разделение. Поэтому многие архиереи и священники, которые даже и хотели бы вести богослужения на русском, не делают этого из страха перед расколом и всяческими нестроениями. После событий в Твери 2 февраля для меня стало очевидным, что фундаментализм в нашей церкви подогревается не изнутри, а извне, и раскол в церкви может быть спровоцирован нецерковными силами.

В Белоруссии, например, во многих храмах, читают писание на современном белорусском и русском языках. Митрополит Филарет благословил это ещё более 20 лет назад, и никаких расколов это не вызвало, никакой оппозиции митрополиту в белорусском экзархате не появилось. И все это потому, что там никакие силы извне не подогревали и не провоцировали фундаменталистские настроения.

Так кому выгодно разделение внутри церкви? Известно, что за тверским скандалом стоят прокремлевские патриотические организации («Двуглавый орёл», «Сорок сороков»). Председателем одной из них является олигарх Малофеев, известный тем, что финансировал ополченцев на Донбассе. В сети, как по команде, появились комментаторы, которые стали постить примерно одними и теми же словами клеветать на Преображенское братство. Очевидно, что это запланированная акция. Думаю, всем понятно, что и здесь главной целью является даже не братство, а тверской митрополит и патриарх, которым показывают, с кем они могут дружить, а с кем - нет, и вообще - кто в доме хозяин.

Кому-то явно не нужны просвещённые верующие. А нужно чтобы торжествовали фундаментализм и мракобесие. Потому что такими людьми легче манипулировать. Непросвещённой, разрозненной массой всегда легко управлять и использовать в своих целях. Поэтому для тех, кто боится видеть церковь самостоятельной и свободной, нет ничего страшнее, чем духовное просвещение и братства как форма самоорганизации верующих в церкви.

Конечно, возникает вопрос, что это за антицерковные силы. Я думаю, что это те, кто так или иначе связан с властью, которая унаследовала от своих советских предшественников страх и недоверие как к церкви, так и к любой форме общественной самоорганизации. Главное отличие между патриархом Кириллом и патриархом Алексием II в том, что патриарх Кирилл хочет видеть церковь свободной и независимой. Именно это является поводом для той беспрецедентной для новой России антипатриаршей кампанией, которая была развёрнута в СМИ близкими к власти структурами. При этом политтехнологи добились двойного успеха: понизили рейтинг церкви в обществе и натравили на церковь либеральную интеллигенцию, которая и так не отличалась каким-то положительным отношением к РПЦ, а теперь и вовсе считает за хороший тон вместе с Путиным громить и патриарха.

Царство Божие не от мира сего, поэтому источник свободы церкви в активном и сплоченном церковном сообществе, в людях, которые готовы брать ответственность за свою церковь. Потому что Дух Святой живет не в системе, а в сердцах. И вот в лице Преображенского братства патриарх сделал осторожную попытку опереться именно на такое неформальное движение, которое возникло снизу, а не сверху. Это до жути напугало антицерковные силы.

Вообще, как мне видится, антирелигиозная кампания в нашей стране продолжалась и после развала советского союза. Конечно, она не сопоставима с той, что велась с большевиками, но очевидно, что и в наше время власть к христианам относится очень осторожно. С начала 90-х в сознание людей был вживлён страх перед «сектами». Прежде всего это был удар по протестантам. И сейчас вам любой пастор расскажет, какой жесткий контроль над его общиной осуществляют прокуратура и ФСБ. Думаю, что Свидетели Иеговы были закрыты прежде всего потому, что представляли собой сплоченную и самостоятельную организацию, да ещё и с центром за границей.

К тому же на них отрабатывалась технология, которая потом может быть применена и к другим религиозным организациям. Но работает эта страшилка и в РПЦ. Стоит в ней появится какой-то неформальной группе, как ее тут же обвиняют в сектанстве.

По разным данным в России 1% населения является практикующими православными христианами. Пусть это будут условные 1,5 млн. человек. Но свободное и независимое сообщество в 1,5 миллиона человек многим в эшелонах власти, по всей видимости, кажется большой угрозой. Для того, чтобы максимально ослабить церковь нужно большую часть верующих, была малообразованной и атомизированной массой, а более интеллигентную прослойку в этой же церкви заразить диссидентскими настроениями.

К сожалению, современное устройство епархиальной жизни во многом способствует антицерковной стратегии. Очень часто архиереи выполняют ту функцию, которую раньше выполнял уполномоченный: подавляют все живое и активное в церкви. Когда же эта система даёт сбой и архиерей начинает сотрудничество с живыми сообществами и союзами, рожденными снизу, тогда эта ситуация воспринимается как угроза и включаются уже внецерковные механизмы воздействия. Но ситуация в Твери, на мой взгляд, очень хорошо показывает, что взаимодействие архиерея и неформальных мирянских сообществ может принести очень хороший плод. Мы видим, что и среди епископов есть люди искренне верующие и любящие церковь, а не только властные деспоты. Поэтому настоящая опора для священнонаалия - это не чиновники и олигархи, а народ Божий. Вот этого союза и боятся антицерковные силы, но именно к этому союзу мы и должны стремится. И боятся тут ничего не надо. Потому что если Бог за нас, то кто против нас?

Я убеждён, что только неформальные церковные сообщества: братства, общины могут стать основой для церковного возрождения. Церковная система, образовавшаяся в советский период, сделать этого определенно не может. Возрождённая церковь может послужить и возрождению общества, поэтому здесь нелепы и абсурдны страхи властей перед самостоятельностью церкви. Возрождение русского народа, гражданского общества, которые и являют подлинную силу любого государства, как мне видится, может произойти при помощи церкви. Это совсем не означает ни папоцезаризма, ни цезарепапизма. Наоборот, каким бы парадоксальным на первый взгляд это ни казалось, церковь может принести больше пользы государству, будучи от него максимально независимой.

Я верю, что живые союзы живых людей сильнее всяких безличных систем. Поэтому есть надежда, что свободные самостоятельные сообщества людей (как в стране вообще, так и в церкви) смогут реализовать свой потенциал, выстояв против всякого давления и противления кесаря и его слуг. И будет очень верно, если это начнётся с церкви, потому что и наше государство 1000 лет назад началось именно с церкви, и без христианства его бы не существовало".

отсюда
Tags: Георгий Кочетков, Преображенское братство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments