kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Category:

Как стать епископом?

Мемуар сельской попадьи Фотинии Сафроновой:


«ВЯТСКИЕ СТРАСТИ». КАК СТАТЬ ЕПИСКОПОМ

Несколько характерных цитат:

"Владыка Хрисанф был архиереем старой формации, т. е., человеком с идеалами: паству он любил, народ его тоже любил, к поповским проказам был снисходителен, правда, до определённых пределов (незадолго до своей смертельной болезни он запретил в служении одного протоиерея за сквернословие), и вообще к попам питал в некотором роде отцовские чувства. Вообще, у священнослужителей «старой закваски» отцовские родственные чувства превалировали над административными. Впрочем, отцовские чувства – это понятие если не растяжимое, то многогранное. В природе редко встретишь отцов, которые бы ровно относились ко всем своим чадам: сыновья подразделяются на любимчиков и пасынков, а то бывает ещё и разделение по принципу: «двое умных, третий – дурак». Отцовские чувства митрополита Хрисанфа колебались в рамках от абсолютного всепрощения, особенно к землякам, до предела, означенного классиком как: «Я тебя породил, я тебя и убью». У него были свои любимчики, у него были и нелюбимые пасынки. Так, грамотных, авторитетных священников Хрисанф не любил. Это особый род ревности, характерный, к сожалению, для многих недостаточно образованных архиереев. Боязнь показаться недостаточно умным на фоне подчинённого.

...Как только молодой Хрисанф оказался на Вятской кафедре, он сразу стал зазывать к себе своих земляков, родственников. Мало-помалу «западенцы» оказались на всех более-менее богатых приходах. Народ это всё хозяйственный, хваткий, но... За всё время они так и не стали для вятского народа своими. Образование у многих из них, как правило, 8 классов, и некоторые по-русски за 30 с лишним лет так и не научились толком говорить.
Вскоре после вступления Хрисанфа на Вятскую (тогда Кировскую) кафедру в милиции был создан отдел по контролю за церковными ценностями, потому что очень много икон «уходило» на запад и не только икон... В Кирсе был такой священник Мирослав. Он, вступил в сговор с зубным техником; они переплавляли церковные серебряные оклады в слитки... То есть Мирослав уничтожал предметы народного достояния, имеющие не только религиозную, но и историческую, и культурную ценность. За это он был осуждён; после тюрьмы уехал к себе на Украину и перешёл в униатство.
Владыка Хрисанф был доверчив как человек, который абсолютно уверен, что его авторитет гарантирует ему уважение и почёт со стороны окружающих. Но, увы, всё было не так. Его обманывали и даже обворовывали прямо-таки с каким-то лихим задором, даже подписи на финансовых документах подделывали, а он пребывал в иллюзии, что все его, даже устные, распоряжения и благословения выполняются неукоснительно. Хрисанф умер 4 января, перед тем тяжело проболев несколько месяцев … Во время отпевания Хрисанфа многих охватило чувство осиротелости, что ли... Невозможно было сдержать слёзы. Плакали многие. Я — тоже. Родителей не выбирают. Каким бы отец ни был: и таким, и сяким, - он всё-таки отец...
Патриарх Алексий, кстати, тоже был такого же плана человеком и даже более чистым, более ответственным и более любимым народом, но, тем не менее у него под боком, в Патриархии, совершенно спокойно «отмывались» деньги: например, в отделе по тюремному служению. Как такое могло произойти? Наверно, потому что в Церкви сохранилась еще дореволюционная традиция верить на слово. Так, купцы многомиллионные сделки совершали просто, попивали чаёк в трактире и, попивая, ударяли по рукам – всё! – никаких нотариусов. Слово купца – кремень. Те времена безвозвратно ушли, но в церкви вот эта доверительность еще местами сохранилась и ею некоторые бессовестно пользовались. А тут подоспели 90-е годы. Как сказал тут один бандит в приватной беседе, самое выгодное вкладывать деньги — это в детские дома(!) и церкви(!)... С «благотворительных денег» налоги не берут. Кроме того, поскольку Церковь отделена от государства, то никакой следственный комитет, никакая прокуратура в церковные финансы не суётся. Тут уж «своя рука — владыка». Схема по «отмыванию» денег весьма незамысловата: «спонсор» по безналу перечисляет деньги на церковь. А настоятель уже за услугу расплачивается с «благотворителем» «наличкой». Чтобы эта неказистая система работала, нужны епископы и настоятели соборов, с соответствующими свойствами души. Дошло даже до того, что известный на Вятке деятель с большой дороги, а также спонсор Вятской епархии, прекрасно всем известный, некто Прокоп (Прокопьев) одно время он был даже помощником депутата Государственной Думы - генерала милиции. Наверное, трудно придумать более циничного тандема. У этого-то Прокопа в Кирове было три личные церкви, в которых служили священники Вятской епархии, то есть, выходит, что священников Прокоп у Вятской епархии арендовал, как лошадей, надо думать, за определённую плату. Вряд ли эта «аренда» осуществлялась с ведома архиерея. Владыка Хрисанф был человеком хоть и со слабостями, и, может, даже с грехами, но до такого цинизма — сдавать священников в батраки, он вряд ли мог бы дойти. Хотя – не знаю… «Прокоповский» священник даже в отпуск не мог уйти, без резолюции Прокопа на заявлении. Резонный вопрос: если Епархия интегрировала в бандитскую группировку, то кто стал «смотрящим» над Епархией и какой там «божьей коровке» шли деньги за батраков? Если у некоего гражданина, специфической правовой ориентации, имеются три личные церкви, то, если поискать, можно найти граждан, имеющий в собственности не только церкви, но даже епархии... И тут, меня лично терзают смутные сомнения: а не связано ли дробление епархий с этим вот процессом приватизации епархий?

Вот на такой-то церковно-криминальной почве и возрастал «духовно» Даниил. Так же, будучи ещё благочинным, он обзавёлся судьбоносным деловым знакомством с нестарой ещё пенсионеркой серьёзного ведомства Татьяной, обратив её в свою «духовную дочь». Татьяна родом с наших мест, но проживает в Москве. Время от времени она наведывалась на родину. «Итак, она звалась Татьяна...»
Всё шло по плану. С третьей-четвёртой попытки Даниил, наконец-то, оказывается студентом Московской Духовной академии. Денег бедолага, видать, потратил немерено, пока «дотянул» до диплома. Увы, это беда нашего «духовного» и не только духовного образования, когда дипломы покупаются.
Когда Патриарх Кирилл сразу после своего избрания разогнал шарашкины конторы в Патриархии, появилась надежда, что, наконец-то всё наладится, и отделы Патриархии займутся делом. Однако, разгон этой казацкой вольницы оказался просто переформированием системы под себя, чтобы деньги на сторону не утекали.
На смену Хрисанфу на Вятке появляется Марк, до того Архиепископ Хабаровский.

...Мы ждали отца — а получили эффективного менеджера и беспощадного начальника ЧК. Начались репрессии. Во главу своей деятельности Владыка Марк поставил борьбу с коррупцией, что само по себе похвально. Едва вступив на Вятскую землю, он провёл жёсткую ревизию в крупных церквях. Но как только добрался до Прокопа и отобрал у него его кровные, непосильным трудом нажитые церкви, так грянула война: предприниматели-спонсоры, запугиваемые Прокопом, объявили епархии бойкот.
Каким бы нерадивым ни был подчинённый священник, нельзя не учитывать, что связь священника и архиерея намного глубже, органичней, духовней, чем просто связь подчинённого и начальника, или даже президента и губернатора.

...Марк слегка только применил сталинские методы, как попы начали помирать от одних только указов о перемещении на другой приход. Указы о перемещениях не должен быть, как плевок в лицо, без объяснений, без напутствий, без благословения. А тут именно указы о переводе вручались как судебные повестки. Отец может быть суровым, справедливым — да, но не жестоким. И вот сразу несколько священников оказались в больнице с сердечными приступами. Несколько священников умерли, но это позднее, а вот тогда, когда Крестный ход 8 июня 2011 уже вступил в Киров, всех, как громом, потрясло событие, просто невероятное: настоятель кафедрального собора протоиерей Петр Шак повесился...
С административной точки зрения, Владыка Марк был трижды прав в своих решениях, но архиерей всё-таки не только администратор - это прежде всего отец. Каким бы сын ни был блудным, у него всегда должна быть надежда припасть к отцовской груди... Можно и нужно и под запрет отправлять, и из сана извергать, но нельзя, не должен архиерей испытывать при этом ни злобу, ни брезгливость, ни ненависть. Не должен священник перед архиереем стоять как «тварь дрожащая». Это убийственно. Но, как говорили наши предки: «Бог судья!»

...Нынешняя РПЦ – это гордиев узел, и как его развязать, если не «рубануть» со всего плеча? Молитвой и постом?! Но кто теперь может так молиться и поститься, а главное: любить?!
В конце жизни влд.Хрисанф говорил: «Вот умру я, вы ещё пожалеете...» Боже, как он был прав!
Протоиерей Петр Шак… Настоятель кафедрального(!) собора. Душеприказчик митрополита Хрисанфа, его личный завхоз и распорядитель. Восемь(!) классов образования, без стремления самообразования. Возможно, с малообразованностью настоятеля было связано то, что кафедральный собор не определял ни культурную, ни миссионерско-образовательную политику епархии, а был просто богатой церковью. Протоиерей повесился в бане на дверной ручке на красивом плетёном пояске от подрясника. Всех охватил при этом известии как бы столбняк. На душе было тяжело. Сразу поползли слухи, что до суицида его довёл Марк. Марк требовал с Шака деньги, которые исчезли из церковной кассы. Спустя уже много лет после той трагедии, анализируя прошедшее, понимаешь, что всё было сложнее, запутаннее и - криминальнее... Шак, по устному распоряжению Владыка Хрисанфа, продал некоему лицу участок епархиальной земли. На эти деньги была приобретена квартира для Хрисанфа в Москве. Владыка Марк, едва только прибыв на кафедру, эту земельную сделку признал незаконной и участок отобрал. Некое лицо осталось без земли и без денег... Это некое лицо сначала опешило, а потом потребовало деньги с Шака. Судя по всему, душевные свойства этого лица были таковы, что перечить ему, даже если ты настоятель кафедрального собора и личный завхоз владыки, было нежелательно... Шак просил аудиенции у Марка, но Владыка Марк Шака не принимал принципиально и не желал выслушивать никаких объяснений, а некое лицо выставило ультиматум... И вот вечером с 7-го на 8-е июня к Шаку пришли... Чтобы не беспокоить домашних, спустились в баню (она располагалась в подвале) на беседу. Беседа была такого роду, что не то поздно ночью, не то под утро 8 июня, жена обнаружила мужа мертвым. Он лежал на полу с петлёй на шее; петля была привязана к дверной ручке...
…У нас в посёлке было несколько случаев, когда самоубийцы использовали дверную ручку... Так вот: труп в таком случае находили стоящим на четвереньках... В случае с Шаком, тело лежало в полный рост на полу... Извините за неэстетичную подробность: ни вывалившегося языка, ни следов мочи не было... Распространились слухи, что поздними посетителями были посланцы от Марка...

...И тут епархии стали делить на части. Это как рвать по живому. Кировская область — единый организм и вдруг её — на три части. Крайние лохмотья некогда единой Вятской епархии: теперь Уржумская и Яранская епархии - оказались удалёнными от центральных финансовых, административных и культурных центров. Епископами в такие неказистые епархии ставят неопытных ни в житейском плане, ни в духовном монахов, которые только и ждут, чтоб их перевели на более существенные кафедры. И без того нищие епархии вынуждены содержать епархиальные управления. Новоявленные епископы приезжают на кафедру в спортивных курточках и, только что обзаведутся сносной архиерейской амуницией и машинами, как переводятся в другое место, а слабомощная епархия вынуждена экипировать нового начальника.

...Итак, мы оказались в Уржумской епархии, а Даниил - «мальчик с тяжёлыми жизненными обстоятельствами» - стал нашим владыкой, «мальчиком из Уржума». Лично я восприняла этот факт весьма оптимистично, с этакой надеждой на что-то... Свой всё-таки, а не какой-то там хабаровский! Но каким же интриганом и провокатором оказался этот ловкий подлец!

...Итак, в Уржумской епархии появились: иеромонах Дмитрий с академическим дипломом, сомнительной репутацией и кучей плохих стихов и какой-то такой непонятный пацанёнок. Этим амбициозно-перспективным варягам приглянулся кафедральный собор в Омутнинске. Третий персонаж попал в епархию, по-видимому, за свой кровный «вступительный взнос». Этот третий, иерей Андрей, прослуживший священником едва ли не более, чем три года, психически был очень нездоровый, вспыльчивый и вообще какой-то необузданный. Он любил слоняться по храму из угла в угол в облачении и хвастал снимками старинных церквей из телефона, якобы им самим выстроенными. Он мог опоздать на службу на час, мог пьяным сесть за руль автомобиля… Для своего служения этот виртуальный храмоздавец облюбовал старинную каменную церковь в районном центре Кирсе. Чтобы освободить место для этого Андрея, прежний настоятель - старательный пожилой и очень робкий по отношению к начальству священник, - огульно был объявлен вором.
А в Омутнинске «до варягов» настоятельствовал многодетный священник Дионисий. Отец Дионисий проживал с семьёй в просторном церковном особнячке. И о.Дионисия не так просто было турнуть. Он человек хоть и смиренный, но в критических ситуациях непредсказуемый. Тогда схема немного усложнилась. В воровстве был объявлен другой безропотный священник из Белой Холуницы. Таким нехитрым проверенным способом белохолуницкого батюшку отправили «к чёрту на кулички», а на его место водворили о.Дионисия. Конечно, Белая Холуница — это не Омутнинск, и готового жилья для большой священнической семьи там не оказалось, но это и не глухая деревня.
Иеромонах Дмитрий стал нашим благочинным. А пацанёнок, не прошло и года, сделался монахом, иеродьяконом, иеромонахом, настоятелем кафедрального собора, получил золотой крест и зажил один-одинёшенек в церковном особнячке, в котором прежде размещалась большая поповская семья. Феноменальный карьерный взлёт двадцатилетнего щегла наводит на невесёлые мысли. Если это не симония, то бросьте в меня камнем...

Варяги, по сути, взяли от Даниила на откуп всё Омутнинское благочиние. Они как-то очень органично сдружились с местной «элитой». Схема, взаимодействия церкви с бизнесом и криминалом, разработанная ещё Прокопом для Вятки, успешно водворялась в нашем Омутнинском благочинии. В своей наглости они даже считали, что и наша меленькая деревянная церквушка должна входить в сферу их влияния, чему о.Леонид, естественно, воспротивился. Андрей нецензурно даже обругал батюшку по телефону, а Дмитрий удивился: «Какая-то здесь муха...» На этих наглецов о.Леонид стал, естественно, жаловаться архиерею. А Даниил стал забавляться, натравливая пришельцев на о.Леонида и о.Леонида на пришельцев, как, впрочем, игрался он, когда Митрополита Марка стравливал с о.Леонидом. Вдобавок ко всему, архиерей исподтишка стал распространять слухи, что о.Леонид — раскольник.
Ситуация накалялась. Наконец, во время Богослужения в Кирсинской церкви, произошёл скандал. Андрей, в этот день не служивший, зачем-то вошёл в Алтарь, где уже был о.Анатолий, прежний настоятель. Что уж ему, болезному, показалось, трудно сказать, но он вдруг ударил кулаком по Жертвеннику и радостно заорал: «Анатолия — за штат! Леонида — под запрет! Даниила — на место Марка! Дмитрия — на место Даниила!» Потом он набросился на о.Анатолия, сорвал с него иерейский крест, порвав цепочку, ударил его по лицу и стал душить. Прихожане слышали шум, видели «растерзанного» о.Анатолия, и потом всё увиденное расписали в районных интернет-изданиях. При моём содействии сообщение о драке получило более широкую огласку, в чём виноватым потом сделали о.Леонида. Надо сказать, что мы год предупреждали Даниила, и он год нас уговаривал и успокаивал, чтобы мы молчали. Нам думалось, что епископ «вляпался» случайно, поэтому старались как-то оправдать его поведение, жалели его, думали, как бы помочь ему, а он, подлец, просто выигрывал время.
Даниил попробовал скандал с дракой по-тихому утрясти, для этого собрал священников нашего благочиния с целью устроить судилище над о.Леонидом, как следует заклеймить его, чтобы и пикнуть больше не смел, потому как начальство всегда право, а «выносить сор из избы» - грех. Что отобразилось в протоколе того собрания, я, естественно, не знаю, но я предпочитаю верить своему супругу, который обрисовал тогдашнюю ситуацию. В апогее разборки при семнадцати свидетелей-священников прозвучало следующее. О.Леонид: «Ты знал, что они – бандиты?» Владыка Даниил: «Да, знал». О.Леонид: «Кто за ними стоит?» Владыка Даниил: «Если бы я сказал, кто за ними стоит, ты бы испугался». Под занавес Даниил тыкнул пальцем в некоторых священников: «Ты, ты напишешь, что он на меня кричал».
Грянул общественный резонанс. От Андрея пришлось срочно избавляться. А Дмитрий был переведён настоятелем кафедрального собора в Уржуме и пресс-секретарём. После его нелепых выступлений в СМИ по поводу драки, где всю вину за драку он, понапридумывав дурацких аргументов, взвалил на пожилого священника, разъяренный Даниил выгнал и его. Этот Дмитрий потом угнездился в Питере в Александро-Невской лавре(!), - не комментирую…

...Вот так. Этим очерком я хочу подчеркнуть, что предыдущие мои заключения о коррупции в церкви - это не фантазии вздорной бабы, а, увы, реалии нашей жизни, которые нам пришлось испытать на своей шкуре и которым мы противодействовали, как могли, и, «благодаря» которым, мой супруг, протоиерей Леонид Сафронов, как поэт всё близко принимающий к сердцу, перенёс онкологическое заболевание. Так что о событиях в Саракташе и Среднеуральском монастыре я сужу со знанием дела: ведь коррупционные схемы одни и те же – ничего нового нет и не предвидится, если... не сменится всё руководство Патриархии, и кардинальным образом не поменяется внутрецерковная политика.
Вот тут самое бы время привести параграфы Апостольских правил, которые попрал Патриарх Кирилл и, обличив его, заявить о своём непоминании отступника. Нет. Ничего этого не будет. Как поминали, так и будем поминать. Батюшка говорит: «Жалко мне его. Запутался человек. Не своим делом занялся…».
Матушка Фотиния Сафронова".

отсюда
Tags: Леонид Сафронов, Марк Тужиков, Уржумская епархия, Фотиния Сафронова, Хрисанф Чепиль
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments