kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Category:

Отцы против деспота...

В продолжение темы "Попы против архипастыря взбунтовались. Поддержим владыку Павла!"


"Отцы против деспота

Мечта архиереев – знать реальные доходы приходов

Уже несколько дней в интернете – как официальных СМИ, так и используемых для анонимных «сливов» площадках – развиваются баталии вокруг кубанского митрополита Павла (Пономарева), в конце августа переведенного в Краснодар из Минска. Не раскрывающие своих имен священнослужители в открытом обращении к патриарху Кириллу (Гундяеву) обвиняют архиерея в значительном повышении налогов с храмов и… переводе воскресных школ в онлайн. В самой Екатеринодарской епархии новые поборы отрицают и уже подали заявление в правоохранительные органы.

Церковная бухгалтерия остается одной из самых закрытых и (что вытекает из первого) обросших всевозможными слухами тем. Более того – несбыточная мечта каждого епископа знать реальные доходы находящихся в его подчинении приходов, а руководства Московской патриархии – доходы епархий. Давайте попытаемся разобраться из чего же они складываются.

Когда не Аллах дает

Практически все православные храмы находятся, скажем так, на самоокупаемости. Несмотря на распространенный миф, они не получают денег от государства. Существенная часть доходов любого прихода – пожертвования верующих. В каждом храме стоит несколько боксов для их сбора, а во время службы пономари могут обходить собравшихся с подносами. Конечно, пожертвования являются добровольными, но духовенство постоянно напоминает о необходимости рублем поддерживать жизнь храма.

Ежемесячный сбор разнится в зависимости от населенного пункта и уровня жизни в нем – в небольшом станичном храме едва собирают 100 тысяч в месяц, а в крупном соборе куда большая сумма оказывается в ящиках за один воскресный день. Отдельная категория жертвователей – «благоустроители и благоукрасители святого храма сего» – местные фермеры, директора крупных компаний, депутаты и высокопоставленные чиновники. Настоятели храмов дорожат такими контактами, так как один меценат может вносить значительную часть доходов всего прихода. VIP-жертвователи общаются непосредственно с настоятелем и отдают деньги напрямую ему.

Другая важная статья – оплата обрядов (треб) и таинств. Уже много лет Московская патриархия формально борется с ценниками в церковных лавках. На местах это обернулось тем, что слово «цена» заменили на «рекомендованный размер пожертвования». Сами священники объясняют это насущной необходимостью привыкших к товарно-денежным отношениям людей видеть конкретную цифру с нулями, иначе они теряются и не знают, сколько именно жертвовать. Сюда входит оплата записок на литургию о здравии и упокоении, панихиды, молебны, совершения крещения и венчания. Кстати, последнее таинство самое дорогое – ради красивой церемонии с коронами над головами молодожены не скупятся.

Наконец, храм зарабатывает на продаже свечек, икон и церковной атрибутики. Здесь экономика складывается следующим образом: себестоимость свечи (в производстве которых все чаще дорогой пчелиный воск заменяют на химические ароматизаторы) составляет несколько рублей. Епархия заставляет каждый приход выкупать определенное количество свечей со своего склада. Для крупных храмов речь идет о сотнях килограммов продукции. Уже здесь делается существенная наценка. Затем настоятель устанавливает цены на свечи в церковной лавке. Так из 2-3 рублей себестоимости свечка вырастает в цене до 20-30 рублей. Это самый ходовой товар в любом храме, поэтому помимо обязательной закупки на епархиальном складе многие храмы приобретают свечи у сторонних продавцов. Архиереи с этим безуспешно борются: например, на «своих» свечах выдавливают клейма, чтобы в случае проверки определить товар или делают фитильки из ниток определенного цвета, но околоцерковные продавцы оперативно реагируют на нововведения и выпускают неотличимые от епархиальных «контрафактные» свечи. Продают их в храмы с чуть меньшей наценкой, чем на официальном складе, поэтому настоятели готовы рисковать. Православные публицисты постоянно напоминают: свеча – ваша жертва на храм, это лишь символичный атрибут молитвы. Никакой дополнительной «помощи» или «защиты» кроме как пополнения церковной казны она не дает, поэтому для искренне верующего совершенно необязательна.

Из этих статей и складывается основной доход обычного православного храма. Епархия и крупные приходы, как общественные организации, могут участвовать в получении субсидий и грантов со стороны государства. Например, под образовательный проект или проведение патриотического мероприятия. Но на «бюджетной игле» сидят очень немногие, несмотря на достаточно легкие деньги очень уж много бумажной волокиты и отчетов.

Радуясь пакетику с макаронами

Главными расходами приходов (если строительство и отделка уже завершены) являются зарплата и отчисления в епархию. Как правило, настоятель сам определяет себе зарплату, так как кроме него реальные доходы храма в точности никто не знает. Он оказывается в ситуации, схожей с индивидуальным предпринимателем – сколько «наработаешь», столько и получишь.

Помимо настоятеля зарплату платят служащим в храме штатным или вторым священникам – ее размер также целиком зависит от воли руководителя прихода. В лучшем случае он едва превышает среднюю зарплату по городу. При этом штатный священник, даже многодетный и с неработающей матушкой, может получать весьма скромные 20 тысяч рублей в месяц, радуясь каждому пакетику с хлебом и макаронами с поминального столика. Обычно ему немного “сдельно” доплачивают за платные требы, например, отпевания и крещения. Графиком штатного священника также распоряжается настоятель – решит он, что собрат по сану должен всю неделю служить утром и вечером, ничего не попишешь и будешь служить.

Минимальную зарплату получает обслуживающий персонал – продавцы в церковной лавке, профессиональный хор, бухгалтер, уборщица, сторож.

Как штатный священник целиком зависит от настоятеля, так сам настоятель – еще больше во власти епископа. Даже если он построил храм, по воле владыки (так в церковном обиходе принято обращаться к архиерею, по-гречески владыка звучит как «деспотос». Во время богослужения поют оставшиеся непереведенными на церковно-славянский слова «ис полла эти, дэспота» – пожелание «многие годы, владыко») маститого священника легко переведут на отдаленный сельский приход или понизят до штатного. Просто потому что деспоту так захотелось. Или вообще лишить сана, но для этого нужно хоть какое-то каноническое обоснование. Поэтому настоятели готовы выслуживаться перед епископом, удовлетворяя (в том числе) финансовые аппетиты епархии. Главный из них – ежемесячный епархиальный налог, но есть и дополнительные сборы. Например, на содержание местной семинарии или помощь старым священникам, поддержку бедных приходов. Правящему архиерею и епархиальному секретарю принято передавать крупные суммы в конвертиках. А сам епископ обязан вносить обязательные отчисления в Московскую патриархию.





Насколько подлинны оба распоряжения митрополита Павла - вопрос открытый

Архиерейское вето

7 декабря на странице ЖЖ «Калакозо» – его ведет бывший иеромонах из Санкт-Петербурга Валентин Соломаха – появилось анонимное письмо кубанских священников. В нем о митрополите Павле (Пономареве) говорилось:

Повышение взносов он оправдал тем, что отменяет обязательную закупку по разнарядке церковных товаров и свечей в епархии. И что же в итоге вышло! Он сильно поднял взнос и при этом обязал многие приходы и ДАЖЕ СЕЛЬСКИЕ на невероятные для их бюджета суммы выкупить товар в епархии в течении трех месяцев. Какой ужас! Как можно так подло врать правящему архиерею своим священникам, и при этом так безжалостно грабить приходы, выжимая из них максимально, а то полностью доходы. Многие приходы, особенно приписные, он загнал в тупик, поборы стали выше общего, даже не чистого дохода приходов. А к священникам, которые пытались по-доброму объяснить не оправданность такого грабежа, стали применяться карательные меры. Так, например, благочинный Апшеронского района протоиерей Виктор Бандурко вместе со священниками своего округа написал митрополиту письмо, в котором пытался объяснить печальную суть данной ситуации. И какой же итог! Отец Виктор больше не благочинный и скорей всего его еще снимут с настоятельства.

Архиерея также обвинили в излишней забюрократизованности, когда священников заставляют писать множество отчетов, и требовании перевести воскресные школы в онлайн. Стоит добавить, что управлявший Кубанской митрополией с 1987 года митрополит Исидор (Кириченко), в этом августе скончавшийся на 80-м году жизни от коронавируса, имел удивительную способность не конфликтовать ни с властью, ни с приходскими настоятелями. В воспоминаниях всех священников он остался добрым и милосердным пастырем, в том числе и потому что особо не лез в карманы батюшек. Поэтому описанное в письме нововведение сменившего его митрополита Павла могло вызвать настоящий бунт.

В самой Екатеринодарской епархии открытое обращение к патриарху Кириллу назвали кляузой и заявили, что епархиальные налоги подняты незначительно. Вместе с тем в ЖЖ «Калакозо» продолжают появляться новые комментарии, теперь уже с прямыми обвинениями митрополита Павла. Фигурирует в них и игуменья, переехавшая с ним из Минска.

– Новый Владыка, м. Павел, резко в разы, увеличил епархиальный и прочие взносы. Что в нынешней экономической ситуации можно объяснить только элементарной неприкрытой жадностью, прямо до изжоги, – сообщает анонимный автор. – Словам о том, что факта такого не было и цифры преувеличены нет веры. Всем хорошо известны привычки м. Павла еще с Белоруссии и Рязани. Он упорно не желает ни в чём себе отказывать, ни в каком удовольствии.

В сети появилось, якобы, официальное письмо митрополита Павла с указанием размеров новых пожертвований одного из приходов: епархиальный взнос на общецерковные нужды 2,6 млн рублей в год, на содержание семинарии – 1,3 млн рублей. 10 декабря пресс-служба Екатеринодарской епархии опубликовала его официальное опровержение:

В связи с тиражируемой информацией о злонамеренном увеличении взносов в Екатеринодарской и Кубанской епархии секретариат епархиального управления ответственно заявляет, что данная информация не соответствует действительности. Фотографии указов с назначением ошеломляющих сумм взносов имеют явные признаки фотомонтажа и отличаются от единого формуляра, разосланного храмам. Все материалы по этому вопросу переданы в следственные органы.

В этот же день в сети появился документ, якобы подписанный митрополитом Павлом, о наложении вето на повышение епархиальных взносов по прошениям отцов благочинных и настоятелей храмов. Если он является подлинным, то обычным протоиереям (этому среднему классу Церкви) удалось практически немыслимое – заставить владыку пойти на уступки и снизить финансовые «хотелки». Возможно, кубанский митрополит сменил тактику и решил избежать дальнейшего обострения скандала с потоком жалоб в столицу, ведь своевольное (и состоятельное) краснодарское духовенство имеет прямые связи в высоких кабинетах в Чистом переулке, где с 1943 года по воле товарища Сталина расположена Московская патриархия.



Cui prodest?

Параллельно в сети появились рассуждения в защиту митрополита Павла. Некий Юрий Мамаев, подписавшийся как иеродиакон малочисленной неканонической Русской православной Церкви Заграницей под омофором митрополита Виталия (Устинова), обвинил в информационном вбросе жадных священников:

Нет ничего удивительного и в том, что вся кляуза от начала и до конца соткана из стенаний горе-«пастырей» о падении собственных доходов. Не желая того, авторы поклепа сами выдали себя с потрохами. Доходы – это единственное, что удерживает их еще в Церкви. Весьма показательные в этом смысле выглядит здесь и открытый шантаж Патриарха об уходе в раскол в случае если в кормушку не будет насыпаться столько же, сколько в нее насыпалось при предыдущем епископе. Сухая выжимка анонимки звучит так: у нас стало меньше в кормушке, нас стали заставлять заниматься делом, и мы не перед чем не остановимся и пойдем по трупам.

Автор намекает, что за скандалом могут стоять лишившиеся постов настоятели и чуть ли не смещенный многолетний епархиальный секретарь (в церковной администрации этот пост значимее первого вице-губернатора) протоиерей Илий Быстров. Среди других заинтересантов называют протоиерея Михаила Литвинко, после ухода Быстрова и до начала декабря занимавшего пост епархиального секретаря – его сменил рядовой священник Екатеринодарского собора иерей Александр Клочков. Насколько верна эта обсуждаемая версия – неизвестно.

В октябре митрополит Павел распорядился создать ревизионную комиссию, в которую вошли специалисты бухгалтерии, канцелярии и юридического отдела.

– Задача комиссии — проверить состояние дел в каждом приходе, выявить существующие проблемы, доложить об этом епархиальному архиерею и помочь отцам настоятелям исправить выявленные недостатки, – заявил тогда кубанский архиерей.

Видимо, комиссия установила что-то достаточно нелицеприятное, что оставалось незамеченным за годы правления предыдущего митрополита. Учитывая закрытость Церкви не только в финансовых делах, мы об этом вряд ли узнаем напрямую. Разве что чуть позже, когда начнутся рокировки среди краснодарских настоятелей.

Андрей Кошик".

отсюда
Tags: Евгения Свиридовская, Екатеринодарская епархия, Павел Пономарев, По следам дедулькиных выступлений
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 65 comments

Recent Posts from This Journal