?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Несбывшаяся ажидация...
Старый дед
kalakazo
"Я искал облегчения от тоски и томления духа
и явился просто в чине ожидателя. ..
Вечером я погулял немножко в одиночестве по городу
и это произвело на меня
еще более удручающее впечатление:
изобилие портерных и кабаков,
группы солдат,
испитые тени какой-то бродяжной рвани
и множество снующих по тротуарам
женщин известной жалкой профессии", –
так описывает Николай Семёнович Лесков
свое появление в Кронштадте конца 1880-х.
И островную гостиницу именует "Ажидацией",
ибо останавливались в ней
дожидающия свидания с самим "батюшкой",
отцом Иоанном Сергиевым:
" Я этому человеку в его святость совсем не верю:
я вот к нему со своею больною двенадцать рублей проездил,
а он мне всего десять рублей подал! Это подлость!
Пьет из ушата, а цедит горсточкой;
а его подлокотники в трубы трубят и печатают.
Это базар!"
http://az.lib.ru/l/leskow_n_s/text_0550.shtml
И много чего ещё можно прочесть
нелестнаго в лесковских "Полунощниках"
и про самого кронштадтского пастыря
и про падкое на его имячко
достославный мир
околоцерковных "кукотов и кукоток".
Что поделать, недрузи негламурнаго православия,
не любил великий русский
бытописатель церковной яви,
а порой и церковного непригляду,
кронштадящего пастыря,
да ещё как не любил.
В чём-чём, а в попах Николай Семёныч
уж точно разбирался,
да и знавал он их непонаслышке,
а с самого что ни на есть "сблизиру",
почти что в "неглиже";
множество в том поповском сословии
подмечал изъянов,
а всё одно к нему благоволил,
но вот от отца Иоанна Сергиева
его почему-то воротило:
"На сих днях он исцелял мою знакомую,
молодую даму Жукову и живущего надо мною попа:
оба умерли, и он их не хоронил..." –
а это уже из письма Лескова Льву Толстому
http://az.lib.ru/l/leskow_n_s/text_0550.shtml.
Настораживающе харизматное,
и с точки зрения традиционной аскетики
духовно "прелестное",
очевидно прорывалось в молитвенном опыте
кронштадтского светоча веры:
отец Иоанн в молебствиях никогда ведь не просил,
а дерзновенно требовал у Бога исцеления.
Да и священство своё соизмерял
не как вытягиватель соборной лямки и череды,
но как власть от Бога имеющий:
"Будете Моим именем бесы изгонять..."
Кто из духовенства того времени
не сознавал условность
сих Христовых уверений,
да и сама тогдашняя церковность
в своём школьном богословии уверяла
будущих пастырей,
что время харизматных даров,
излившихся на апостолов
во время святой Пятидесятницы,
давно уже миновало.
И тут к веками выверенной,
интонационно эстетски умеренной,
литургической практике Церкви
отец Иоанн Сергиев стал добавлять
"хлыстовского толка аберации",
точно не привычная это слуху "обедня",
какую надлежало благочестиво "отстоять",
а само предстояние
пред живым и огньпалящим Господом...

  • 1
Глубоко, старче, копнули...

При всём уважении к великому русскому писателю Николаю Лескову, есть моменты с которыми невозможно согласиться. Это его почитание Льва Толстого, по его словам «великого русского писателя моей родины и христианина-практика" и пасквили на св. Иоанна Кронштадского. Лесков постоянно писал в какую пропасть идёт Россия, но причины и почему это происходит, он до конца, так кажется, и не понял.
И очень жаль, что клевета и сплетни на праведников тянутся в век 21-й. А сколько её вылилось на голову о. Иоанна и правящей монархии, уже известно. Как-то больше верится новомученнику о.Иоанну Восторгову, постоянно обличавшему эту клевету:

"И вот в последние годы, когда назревала и прорвалась гноем и смрадом наша пьяная, гнилая и безбожная, безнародная, самоубийственная революция, мы увидели страшное зрелище. Ничего не пощадили ожесточенные разбойники, не пощадили ни веры, ни святынь народных. И старец великий, светило нашей Церкви, «отец — отцов славная красота», честь нашего пастырства, человек, которым гордились бы каждая страна и каждый народ, — этот старец на глазах у всех возносится на крест страданий, предается поруганию и поношениям; его честь, его славу, его влияние расклевывают черные вороны. Поползла гнусная сплетня; газетные гады, разбойники печати, словесные гиены и шакалы, могильщики чужой чести вылезли из грязных нор.

Или думаете, что если вы избиваете пророков, подобно богоубийственным евреям, то не оставится дом ваш пуст? Или каждый год у вас будет новый Иоанн Кронштадтский, что вы не дорожите им?

Не унизите вы Бога и святыни, не заплюете неба, — плевки возвратятся на головы плевавших; но сами вы, сами вы — какой ответ дадите?

каждому свое :))

  • 1