kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Category:

Возродитель духовный...

Храм Рождества Иоанна Предтечи, Каменный остров:


"6 АПРЕЛЯ ПОЗДРАВЛЯЕМ ПРОТОИЕРЕЯ ВАДИМА БУРЕНИНА С 25-ЛЕТИЕМ НАСТОЯТЕЛЬСКОГО СЛУЖЕНИЯ В НАШЕМ ХРАМЕ.
МНОГАЯ И БЛАГАЯ ЛЕТА!

В книге Л.Е Азаркиной “Служитель Божий. Жизнеописание старца митрофорного протоиерея Николая Алексеевича Гурьянова” опубликованы воспоминания настоятеля нашего храма протоиерея Вадима Буренина об отце Николае Гурьянове и о начале его служения в храме на Каменном острове:

“...Но когда меня назначили служить в Санкт-Петербурге, в храм Рождества Иоанна Предтечи на Каменном острове, тогда появились различные проблемы по восстановлению и ремонту этой святыни, а также и возрождению в нем приходской жизни. До меня здесь служил священник, который совершал службы только по воскресным дням и большим праздникам. Но митрополит Владимир (Котляров) благословил меня совершать литургию каждый день.

Эта церковь была в полуразрушенном состоянии, все подполье было завалено какой-то арматурой, битым кирпичом, прутами, железными кроватями. Здесь же мы нашли и полутораметровый металлический крест. Надо было все расчищать, делать заново ремонт. И в самом храме надо было устанавливать новый иконостас, полностью заменять кровлю. Работы было непочатый край. Храм нуждался в полном восстановлении. Время было тогда тяжелое, никаких практических средств у нас не было и браться за это было очень-очень непросто. До ремонта была сделана только деревянная перегородка, на которой висели бумажные иконы.

В 1996 году я поехал к отцу Николаю. Батюшка сидел в своем домике на стульчике, предложил и мне присесть. Так у нас началась беседа о проблемах возрождения нашей церкви. Я не успел еще полностью представиться, сказав только, что приехал из Санкт-Петербурга, а он мне вдруг повторяет благословение митрополита Владимира: «Чтобы службы в храме совершались каждый день: утром и вечером», – я говорю ему: «Отец Николай, наш владыка мне сказал то же самое!» Батюшка утвердительно повторил: «Да, да, и я говорю так же. Чтобы службы в храме совершались каждый день – утром и вечером». Из этого я вынес для себя, что Господь через правящего архиерея и старца дает каждому то указание, которое будет для него спасительным. Для меня это было удивительным, что ответы батюшка давал настолько ясно и по существу, что это было явно от Бога, и в душе не было никаких расхождений и сомнений.

Мне было 25 лет. Я приехал к батюшке еще и потому, что мое внутреннее состояние было как у молодого человека, который нуждался в духовном окормлении и старческой помощи. Мне было поручено такое ответственное, важное задание, с которым нужно было обязательно справиться. Необходимы были молитвы старца и его руководство, которые помогали бы возрождать приход во славу Божию! То есть, чтобы я совершал благое дело не только с теми знаниями, которые были мною получены в Духовной семинарии, но и зная, что на то есть воля Божия, возрождать святыню вот таким-то или иным способом. Это для меня было очень важно, так как и до этого я окормлялся у старцев Псково-Печерского монастыря, где жил мой духовник архимандрит Феодосий, который был одно время преподавателем в Духовной семинарии, когда я в ней учился. До этого времени я общался и с блаженной Любушкой Сусанинской и видел, как блаженная Любушка молилась о всем мире. Она обращалась к Господу: «Господи, на Афоне неприятные обстоятельства, помоги!» Для меня это было большим откровением. В Сусанино в храме Казанской Божией Матери я венчался со своей супругой, так как был там чтецом и алтарником.

Я часто приезжал к батюшке по вопросам реставрации и ремонта храма, просил его молитв и советов. Например, нужно было заменить перекрытия и найти людей, сведущих в этом деле. Так как храм является охраняемым памятником культуры, надо было все согласовывать с властями, которые посылали своих представителей и подрядчиков. Настал такой момент, когда компания, которая занималась перекрытиями, заявила, что они больше работать не будут, так как закончились деньги, выделенные на эту работу. Старец мне сказал: «Все будет хорошо. Не переживай, продолжай дальше трудиться». И вскоре нам была оказана помощь: прежнюю компанию заменили, что и дало возможность продолжить ремонт и закончить работу уже с другими людьми. Так в каждый мой приезд на остров батюшка утешал, молился, и работы надолго не останавливались. В дальнейшем мы поставили дубовый иконостас и киоты, повесили паникадило цветного литья. А икону Рождества Иоанна Крестителя нам написал архимандрит Зинон (Теодор). В нее была вложена частица мощей святого пророка с места его рождества, переданная игуменией Горнего монастыря в Иерусалиме, матушкой Георгией (Щукиной). Мы с ней очень часто вспоминаем общение с отцом Николаем, которого Господь нас сподобил.

Мы желали, чтобы у нас появилась рядом с храмом еще и часовня. Здесь тоже все происходило не без искушений. Раньше на этом месте стоял павильон для разводки Ушаковского моста. Здание находилось в ведении СПбГБУ «Мостотреста», и директор наотрез отказал нам в передаче павильона для церкви. И снова мы поехали на остров за молитвенной помощью отца Николая. И, по его молитвам, на наших глазах произошло просто чудо! Мы опять приходим к директору со своей просьбой и говорим ему: «Отдайте нам, пожалуйста, этот павильон, так как здесь будет часовня в честь иконы Божией Матери «Всецарица», – директор тут же соглашается: «Да, вот под часовню я отдам!» Спустя некоторое время директор умер от рака. Так мистически духовно происходили какие-то вещи, которые не сразу можно объяснить и понять.

У нас не было своего церковного дома, и в Санкт-Петербурге на Каменном острове нам ничего на разрешали строить, но потом сказали: «Берите любое самое разрушенное здание и ремонтируйте», – я попросил: «Здесь есть близлежащее к храму здание на углу Каменноостровского проспекта и Малой Невки, – отдайте нам его». По молитвам батюшки, нам его отдали. Я у батюшки спрашивал: «Это здание очень разрушенное и наполовину сожженное. Надо ли браться за такую сложную работу?» Батюшка в ответ возвел свои глаза к небу, поднял правую руку и, показывая на небо, сказал: «Сейчас нас с тобой слушает Господь!» Я отвечаю: «Да, отец Николай! Я приложу все усилия», – тогда батюшка утвердительно сказал: «Хорошо! Восстанавливай. Восстановишь!» И когда я приступил к восстановлению этого здания, к моему удивлению все были категорически против. Я оказался в полной изоляции и одиночестве, не было даже поддержки тех, кто со мной в храме молился. Они говорили: «Да зачем это надо? Мы без этого обойдемся, не нужно нам все это», – но я отвечал: «Нам необходим этот дом для возрождения приходской жизни, и Господь благословил!» Так, несмотря на противодействие, я потихонечку стал его восстанавливать. Так получилось, что только одну документацию мы согласовывали с городским начальством три года. Приближалось празднование 300-летия нашего города, и нас постигло еще одно испытание. Губернатор города Владимир Анатольевич Яковлев обратился к нашему митрополиту Владимиру (Котлярову), и сказал: «Необходимо это здание, которое портит вид, восстановить, так как здесь будут проезжать делегации. А если этот настоятель не справится, то его надо будет снять». И, не выделив на строительство ни копейки, представители власти приезжали проверять по несколько раз на неделе, что мы делаем. Нам пришлось в течение нескольких месяцев полностью восстановить здание. Моя супруга, матушка Ольга, приняла участие в восстановлении, продав свою родовую недвижимость в Ростове-на-Дону и вложив всю сумму в благое дело. Мы так отремонтировали здание, что даже смогли сдать его на комиссию перед празднованием 300-летия Санкт-Петербурга. Все это происходило на фоне того, что мы постоянно ездили к отцу Николаю и просили его молитвенной помощи. Сложно было попасть к батюшке: очень много приезжало к нему паломников; он уже не выходил: иногда я ждал с утра до вечера, но все-таки наши встречи происходили, пусть и на две или три минуты. И никогда не было случая, чтобы я не смог попасть к нему. В 2003 году завершились все работы по восстановлению наших святынь.

Последняя встреча с батюшкой произошла за месяц до его отхода ко Господу. Батюшка чувствовал себя не очень хорошо, но говорил совершенно нормально, как обычно. Ничто не предвещало, что через месяц Господь заберет его душу. Я снова сидел у него в келье, а он напротив меня. Мои вопросы касались приходской жизни нашего храма, и на все я получил точные ответы. Нужно было возрождать воскресную школу, кружки, были вопросы социального служения. Это все требовало постоянного внимания, потому что, как сказал Господь: «Жатвы много, а делателей мало…» (Мф.9: 36-38). Необходима была помощь и святые молитвы батюшки Николая, чтобы Господь посылал именно тех людей, которые бы трудились на приходе во славу Божию! Приход возрождался, но была и смена поколений, а надо было, чтобы на приходе все работало, можно сказать, как часы. Я у батюшки спрашивал о тех людях, которые приходили к нам трудиться, и кого можно было бы оставить на постоянную работу. И, по молитвам батюшки, Господь посылал таких людей. Батюшка даже говорил, кто может подойти для каждой конкретной деятельности. Отец Николай был немногословен, его ответы были короткими, но точными.

Когда я говорил нашему митрополиту Владимиру (Котлярову), что общаюсь с отцом Николаем, то он очень положительно к этому относился. Из нашего прихода очень многие ездили к отцу Николаю, более того, я сам посылал их на остров за старческим советом. Для меня была радость, что много людей ездили к старцу Николаю, потому что они узнавали волю Божию о себе, получали духовное наставление, а это в жизни является очень важным. И многие из них трудились на приходах храмов в России, и это способствовало подъему приходской жизни".

























отсюда и отсюда
Tags: Вадим Буренин, храм Рождества Иоанна Предтечи СПб
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal