УПЦ и постсоборная реальность...
Правблог:
«УПЦ и постсоборная реальность (часть первая)
Стихла первая реакция на решения собора УПЦ от 27 мая, все основные спикеры высказали свое мнение, из Москвы поступила реакция Священного Синода РПЦ. Теперь можно давать предварительную оценку и попытаться спрогнозировать дальнейшее развитие событий.
Основной темой дискуссии вокруг решений собора стал вопрос - является ли провозглашенный статус "полной независимости и самостоятельности" УПЦ расколом или нет. Здесь мнения разделились как внутри УПЦ, так и за ее пределами. Спектр мнений варьируется от "учинили раскол" до "подтвердили свой самоуправляемый статус". Попробуем разобраться.
На соборе заявлено, что в ближайшее время в Устав УПЦ будут внесены соответствующие изменения, которые закрепят новый статус Церкви. Уже упоминалось о том, что из Устава будут вымараны все упоминания РПЦ и Московского Патриархата, а также указание на связь между УПЦ и РПЦ. Очевидно, будут внесены дополнительные положения о мироварении и полномочиях по образованию приходов и, возможно даже, полноценных епархий за пределами канонической территории УПЦ.
Формально, с точки зрения вывода УПЦ из под удара украинской репрессивной машины, новый статус УПЦ и соответствующие изменения в Уставе должны помочь снять обвинения в связях со "страной-агрессором" и избежать запрета на государственном уровне с последующим изъятием имущества и запретом на пользование культурными памятниками национального значения (лавры, древние храмы и прочее). Кроме того, это должно приостановить запрет УПЦ на региональном уровне и умерить пыл "активистов ПЦУ" по захвату храмов.
Однако, как и следовало ожидать, ни в "ПЦУ", ни на политическом уровне не спешат снижать градус давления на УПЦ, заявляя о том, что все решения собора - обман и имитация, которые никого не должны вводить в заблуждение. Так что с большой долей вероятности давление на УПЦ будет продолжено в прежнем объеме, если не больше, чтобы привести УПЦ к дилемме - слияние с "ПЦУ" или прямое подчинение Константинополю. На Фанаре уже дали понять, что готовы как к посредничеству в диалоге с "ПЦУ", так и к принятию под свой омофор.
В самой УПЦ на сегодняшний день сформировались как минимум три партии, первую из которых можно назвать "идейными автокефалистами". Одним из ее спикеров сегодня является митрополит Нежинский и Прилукский Климент (Вечеря), председатель синодального информационно-просветительского отдела УПЦ. Позицию партии автокефалистов и их трактовку решений собора он дал в своем интервью Би-Би-Си. Он предельно однозначно и откровенно высказался в том духе, что дескать, да, фактически это автокефалия, хотя мы ее таковой и не называем, чтобы не обращаться в Москву за ее предоставлением. В ближайшее время партия автокефалистов неизбежно распадется на два лагеря - сторонников объединения с "ПЦУ" и сторонников перехода под омофор Константинополя. Кто окажется в каком лагере - увидим в ближайшее время.
Вторая партия - это партия "крипторусских", принявших решения собора как вынужденную необходимость, но планирующих вернуться в канонические рамки как только для этого наступят благоприятные условия. Имена епископов, придерживающихся таких взглядов, мы называть по понятным причинам не будем, дабы не ставить их под удар. Однако необходимо констатировать, что у этой партии наиболее слабые позиции при достаточной многочисленности, потому как именно на них и будет оказываться основное давление. Многим из них в ближайшее время придется определяться.
Третья партия - это сторонники сохранения единства с Москвой. Прежде всего это главы и викарии епархий, находящихся на территориях, подконтрольных РФ. Свою позицию об изменениях в статусе УПЦ многие из них выразили довольно ясно и однозначно. В первых рядах, конечно, Крым и Донецк. Однако есть и иерархи на подконтрольных Киеву территориях, также жестко высказавшиеся против решений собора. Это давние и идейные противники автокефалии».
отсюда
УПЦ и постсоборная реальность (часть вторая)
«В их числе, например, митрополит Запорожский и Мелитопольский Лука (Коваленко).
Есть и большое количество священников и мирян в центральных и западных частях Украины, готовых идти в катакомбы, но не вставать на путь разрыва с Русской Церковью.
Теперь пару слов о реакции Священного Синода РПЦ. Судя по спектру оценок из Москвы, а также исходя из текста сообщения самого Синода, можно с большой долей вероятности сказать, что именно такой формат решений (односторонние изменения в Уставе, изъятие упоминаний о РПЦ, отсутствие обращения за предоставлением канонической автокефалии) стало для синодалов в определенной степени неожиданностью. Поэтому-то текст сообщения содержит, с одной стороны, понимание тяжести положения УПЦ в современной Украине, а с другой - тезис о необходимости изучения изменений в Уставе, напоминание о том, что статус УПЦ определен Грамотой 1990 года и не может быть изменен в одностороннем порядке, а также недвусмысленный намек на раскол через отсылку к 15-му правилу Двукратного собора. Но о расколе напрямую пока не заявлено, будут следить за развитием событий.
Как и отмечалось ранее, собор УПЦ дал старт процессу ее самоликвидации в том виде, какой мы ее знали с 1990 года. Насколько этот процесс будет быстрым напрямую будет зависеть от внешнего давления, но уже сейчас понятно, что оно только усилится. УПЦ надломилась и ее будут додавливать. Сохранит ли она при этом имущество и святыни, ради которых во многом все это и затевалось? Тоже вопрос. Ведь следующим требованием со стороны государственных структур может стать, например, сохранение за УПЦ Киево-Печерской лавры только в обмен на слияние с "ПЦУ" или прямое подчинение Константинопольскому патриархат. Ведь государство в условиях военного положения и прямой диктатуры может устанавливать какие угодно, даже самые абсурдные правила и с помощью всей мощи репрессивного аппарата требовать их беспрекословного исполнения. Тут уже, как говорится, на что фантазии хватит.
Поэтому вопрос стоит поставить шире - сохранится ли Украинская Церковь вообще, в каких границах, каком статусе и как будет называться. Все это покажет время и тот статус-кво, который будет зафиксирован по итогам военных действий. Судьба Киевской митрополии теперь, к большому сожалению, полностью зависит от этого фактора».
отсюда
«УПЦ и постсоборная реальность (часть первая)
Стихла первая реакция на решения собора УПЦ от 27 мая, все основные спикеры высказали свое мнение, из Москвы поступила реакция Священного Синода РПЦ. Теперь можно давать предварительную оценку и попытаться спрогнозировать дальнейшее развитие событий.
Основной темой дискуссии вокруг решений собора стал вопрос - является ли провозглашенный статус "полной независимости и самостоятельности" УПЦ расколом или нет. Здесь мнения разделились как внутри УПЦ, так и за ее пределами. Спектр мнений варьируется от "учинили раскол" до "подтвердили свой самоуправляемый статус". Попробуем разобраться.
На соборе заявлено, что в ближайшее время в Устав УПЦ будут внесены соответствующие изменения, которые закрепят новый статус Церкви. Уже упоминалось о том, что из Устава будут вымараны все упоминания РПЦ и Московского Патриархата, а также указание на связь между УПЦ и РПЦ. Очевидно, будут внесены дополнительные положения о мироварении и полномочиях по образованию приходов и, возможно даже, полноценных епархий за пределами канонической территории УПЦ.
Формально, с точки зрения вывода УПЦ из под удара украинской репрессивной машины, новый статус УПЦ и соответствующие изменения в Уставе должны помочь снять обвинения в связях со "страной-агрессором" и избежать запрета на государственном уровне с последующим изъятием имущества и запретом на пользование культурными памятниками национального значения (лавры, древние храмы и прочее). Кроме того, это должно приостановить запрет УПЦ на региональном уровне и умерить пыл "активистов ПЦУ" по захвату храмов.
Однако, как и следовало ожидать, ни в "ПЦУ", ни на политическом уровне не спешат снижать градус давления на УПЦ, заявляя о том, что все решения собора - обман и имитация, которые никого не должны вводить в заблуждение. Так что с большой долей вероятности давление на УПЦ будет продолжено в прежнем объеме, если не больше, чтобы привести УПЦ к дилемме - слияние с "ПЦУ" или прямое подчинение Константинополю. На Фанаре уже дали понять, что готовы как к посредничеству в диалоге с "ПЦУ", так и к принятию под свой омофор.
В самой УПЦ на сегодняшний день сформировались как минимум три партии, первую из которых можно назвать "идейными автокефалистами". Одним из ее спикеров сегодня является митрополит Нежинский и Прилукский Климент (Вечеря), председатель синодального информационно-просветительского отдела УПЦ. Позицию партии автокефалистов и их трактовку решений собора он дал в своем интервью Би-Би-Си. Он предельно однозначно и откровенно высказался в том духе, что дескать, да, фактически это автокефалия, хотя мы ее таковой и не называем, чтобы не обращаться в Москву за ее предоставлением. В ближайшее время партия автокефалистов неизбежно распадется на два лагеря - сторонников объединения с "ПЦУ" и сторонников перехода под омофор Константинополя. Кто окажется в каком лагере - увидим в ближайшее время.
Вторая партия - это партия "крипторусских", принявших решения собора как вынужденную необходимость, но планирующих вернуться в канонические рамки как только для этого наступят благоприятные условия. Имена епископов, придерживающихся таких взглядов, мы называть по понятным причинам не будем, дабы не ставить их под удар. Однако необходимо констатировать, что у этой партии наиболее слабые позиции при достаточной многочисленности, потому как именно на них и будет оказываться основное давление. Многим из них в ближайшее время придется определяться.
Третья партия - это сторонники сохранения единства с Москвой. Прежде всего это главы и викарии епархий, находящихся на территориях, подконтрольных РФ. Свою позицию об изменениях в статусе УПЦ многие из них выразили довольно ясно и однозначно. В первых рядах, конечно, Крым и Донецк. Однако есть и иерархи на подконтрольных Киеву территориях, также жестко высказавшиеся против решений собора. Это давние и идейные противники автокефалии».
отсюда
УПЦ и постсоборная реальность (часть вторая)
«В их числе, например, митрополит Запорожский и Мелитопольский Лука (Коваленко).
Есть и большое количество священников и мирян в центральных и западных частях Украины, готовых идти в катакомбы, но не вставать на путь разрыва с Русской Церковью.
Теперь пару слов о реакции Священного Синода РПЦ. Судя по спектру оценок из Москвы, а также исходя из текста сообщения самого Синода, можно с большой долей вероятности сказать, что именно такой формат решений (односторонние изменения в Уставе, изъятие упоминаний о РПЦ, отсутствие обращения за предоставлением канонической автокефалии) стало для синодалов в определенной степени неожиданностью. Поэтому-то текст сообщения содержит, с одной стороны, понимание тяжести положения УПЦ в современной Украине, а с другой - тезис о необходимости изучения изменений в Уставе, напоминание о том, что статус УПЦ определен Грамотой 1990 года и не может быть изменен в одностороннем порядке, а также недвусмысленный намек на раскол через отсылку к 15-му правилу Двукратного собора. Но о расколе напрямую пока не заявлено, будут следить за развитием событий.
Как и отмечалось ранее, собор УПЦ дал старт процессу ее самоликвидации в том виде, какой мы ее знали с 1990 года. Насколько этот процесс будет быстрым напрямую будет зависеть от внешнего давления, но уже сейчас понятно, что оно только усилится. УПЦ надломилась и ее будут додавливать. Сохранит ли она при этом имущество и святыни, ради которых во многом все это и затевалось? Тоже вопрос. Ведь следующим требованием со стороны государственных структур может стать, например, сохранение за УПЦ Киево-Печерской лавры только в обмен на слияние с "ПЦУ" или прямое подчинение Константинопольскому патриархат. Ведь государство в условиях военного положения и прямой диктатуры может устанавливать какие угодно, даже самые абсурдные правила и с помощью всей мощи репрессивного аппарата требовать их беспрекословного исполнения. Тут уже, как говорится, на что фантазии хватит.
Поэтому вопрос стоит поставить шире - сохранится ли Украинская Церковь вообще, в каких границах, каком статусе и как будет называться. Все это покажет время и тот статус-кво, который будет зафиксирован по итогам военных действий. Судьба Киевской митрополии теперь, к большому сожалению, полностью зависит от этого фактора».
отсюда