Сакрализация профанного, профанизация церковности...
Игумен-Виталий Уткин:
«Что общего и в чем отличие между внутрицерковным модернизмом XIX - XX веков и современным внутрицерковным постмодернизмом? И там, и там - поиск Откровения в потоке современности, в текущей истории. Модернизм был направлен на сакрализацию того, что в целом можно было бы назвать "Революцией": секуляризации, демократии, либерализма, социализма. Да-да, в том числе, и сакрализация секуляризации, превращения религии в частное дело. Сакрализация профанного, профанизация церковности - вот, как бы я определил старый модернизм.
Сакрализация постмодернизма - это полное размывание представлений об Истине и человеке. Исчезают и то, и другое. И эта пустота, этот симулякр сакрализируется. Получается Антихрист. Пусть пока и коллективный, как предчувствовали русские религиозные радикалы прошлого. https://t.me/igumen_Vitaliy_Utkin/1342
Итак, еще раз сформулирую. Был внутрицерковный модернизм, направленный на сакрализацию профанных массовых социальных процессов. Модерн уходит, приходит постмодерн. В котором массовые социальные процессы распадаются, нет истины. Наступает царство игры. И тогда появляется церковный постмодернизм, который сакрализует эти игры пустоты. Открывает дорогу Антихристу. Пока - коллективному, "духовному".
См. Виталий (Уткин), игум. Возрождение христианства. Обновленческая печать 20-х годов о всемирной миссии обновленцев // Вестник Оренбургской Духовной семинарии. 2022. № 4 (25). С. 71-83; Виталий (Уткин), игум. Тема Вселенского собора в обновленческой печати 20-х годов XX века // Вестник Омской православной духовной семинарии. 2022. № 13. С. 168–173».
отсюда
Игумен-Виталий Уткин:
"К сожалению, всё чаще и чаще Священное Предание подменяется у нас постмодернистским миксом мнений и сведений, почерпнутых из литературы неправославных авторов, часто – вообще неверующих. Мол, так было в апостольскую эпоху, а так было в III веке и т.д.
Никто на самом деле не знает, как было. Мы имеем дело, повторюсь, с мнениями и чужими консенсусами. Что-либо достоверно знать мы можем только во Христе, а Он дан нам одним только способом – в Церкви, которая раскрывается в Литургии и богослужении в целом. Нет иного способа познать Истину. Любые тексты, если они связаны с Истиной, живут в церковном контексте. Или вне его, если не связаны.
Для нас эта Истина дана в русской богослужебной традиции, в которой мы возросли, которую мы в той или иной полноте восприняли.
Еще раз – Истина не в жонглировании цитатами, не в своих произвольных подборках таких цитат или попытках реконструкции вычитанных в чужих книжках обычаев, действий, облачений и т.д.
Истина – в нашей конкретной богослужебной Традиции. В Африке – свои особенности, у греков – свои, у нас – свои.
Да, конечно, в Великий пост у нас черное облачение и всё черное, чего не было еще до середины XVIII века, на Пасху – красное, чего не было до 20-х годов уже века XX-го (если правда то, что пишут об этом). Но не нами всё это заведено, не нам менять.
Мы, даже спустя тридцать пять лет церковного возрождения, всё еще находимся в бедственном духовном состоянии. Наша задача – просто воспринять и попытаться передать церковное Предание следующим поколениям.
Поэтому совершенно невозможно брать, например, и снимать иконостас, утвердившийся в Русской Церкви с XV столетия. Снимать только потому, что кто-то пожонглировал цитатами, а кто-то протащил в церковную жизнь так называемую «евхаристическую экклезиологию», воспринятую у протестантов и католических модернистов XIX – XX веков.
Да и масштаб не соотносим – черное и красное облачения – это одно, а полный пересмотр экклезиологических оснований Церкви в контексте снятия иконостаса – совсем другое".
https://vk.com/id652766682?w=wall652766682_706
«Что общего и в чем отличие между внутрицерковным модернизмом XIX - XX веков и современным внутрицерковным постмодернизмом? И там, и там - поиск Откровения в потоке современности, в текущей истории. Модернизм был направлен на сакрализацию того, что в целом можно было бы назвать "Революцией": секуляризации, демократии, либерализма, социализма. Да-да, в том числе, и сакрализация секуляризации, превращения религии в частное дело. Сакрализация профанного, профанизация церковности - вот, как бы я определил старый модернизм.
Сакрализация постмодернизма - это полное размывание представлений об Истине и человеке. Исчезают и то, и другое. И эта пустота, этот симулякр сакрализируется. Получается Антихрист. Пусть пока и коллективный, как предчувствовали русские религиозные радикалы прошлого. https://t.me/igumen_Vitaliy_Utkin/1342
Итак, еще раз сформулирую. Был внутрицерковный модернизм, направленный на сакрализацию профанных массовых социальных процессов. Модерн уходит, приходит постмодерн. В котором массовые социальные процессы распадаются, нет истины. Наступает царство игры. И тогда появляется церковный постмодернизм, который сакрализует эти игры пустоты. Открывает дорогу Антихристу. Пока - коллективному, "духовному".
См. Виталий (Уткин), игум. Возрождение христианства. Обновленческая печать 20-х годов о всемирной миссии обновленцев // Вестник Оренбургской Духовной семинарии. 2022. № 4 (25). С. 71-83; Виталий (Уткин), игум. Тема Вселенского собора в обновленческой печати 20-х годов XX века // Вестник Омской православной духовной семинарии. 2022. № 13. С. 168–173».
отсюда
Игумен-Виталий Уткин:
"К сожалению, всё чаще и чаще Священное Предание подменяется у нас постмодернистским миксом мнений и сведений, почерпнутых из литературы неправославных авторов, часто – вообще неверующих. Мол, так было в апостольскую эпоху, а так было в III веке и т.д.
Никто на самом деле не знает, как было. Мы имеем дело, повторюсь, с мнениями и чужими консенсусами. Что-либо достоверно знать мы можем только во Христе, а Он дан нам одним только способом – в Церкви, которая раскрывается в Литургии и богослужении в целом. Нет иного способа познать Истину. Любые тексты, если они связаны с Истиной, живут в церковном контексте. Или вне его, если не связаны.
Для нас эта Истина дана в русской богослужебной традиции, в которой мы возросли, которую мы в той или иной полноте восприняли.
Еще раз – Истина не в жонглировании цитатами, не в своих произвольных подборках таких цитат или попытках реконструкции вычитанных в чужих книжках обычаев, действий, облачений и т.д.
Истина – в нашей конкретной богослужебной Традиции. В Африке – свои особенности, у греков – свои, у нас – свои.
Да, конечно, в Великий пост у нас черное облачение и всё черное, чего не было еще до середины XVIII века, на Пасху – красное, чего не было до 20-х годов уже века XX-го (если правда то, что пишут об этом). Но не нами всё это заведено, не нам менять.
Мы, даже спустя тридцать пять лет церковного возрождения, всё еще находимся в бедственном духовном состоянии. Наша задача – просто воспринять и попытаться передать церковное Предание следующим поколениям.
Поэтому совершенно невозможно брать, например, и снимать иконостас, утвердившийся в Русской Церкви с XV столетия. Снимать только потому, что кто-то пожонглировал цитатами, а кто-то протащил в церковную жизнь так называемую «евхаристическую экклезиологию», воспринятую у протестантов и католических модернистов XIX – XX веков.
Да и масштаб не соотносим – черное и красное облачения – это одно, а полный пересмотр экклезиологических оснований Церкви в контексте снятия иконостаса – совсем другое".
https://vk.com/id652766682?w=wall652766682_706