kalakazo (kalakazo) wrote,
kalakazo
kalakazo

Categories:

Тоска замученной клячи...

На фоне своей мамочки - Дины Морисовны Шварц -
"Гогиной тени", бессменного завлита Большого Драматического;
человека публичного - "светской львицы";
"амальгамы" - зеркала творчества Георгия Товстоногова;
вечной его спутницы на репетициях;
"первой жены" в его платоническо-театральном гареме,
чьему вкусу и чьим "подсказкам": "Не пойдёт!" -
"Гога" веровал безраздельно;
человека властного и достаточно деспотичного -
ея доченька Елена Андреевна Шварц,
взросшая в лестничных переходах БДТ,
смотрелась чуланным заморышем
из своего литературного подполья,
с подлобенной ненавистью беспристанно зыркавшей
на свою маменьку-соперницу, маменьку-небожительницу.
Жили они десятилетиями, как кошка с собакою,
а сама маменька, старчески уже пунцовея,
в оправдание своё всегда вспоминала Гогины словеса:
"Это только потому Леночка у нас выросла такая "особенная",
что её воспитанием совершенно никто и никогда
не занимался вовсе..."
Когда Дина Морисовна в 98-м умерла,
что-то вдруг окончательно умерло и оборвалось
и в самой Лене Шварц:
на её хрупкие плечи вечной девочки-подростка
свалился груз беспредельного
и уже вселенского одиночества.
И ей эту непосильную ношу
предстояло тащить ещё
бесконечно долгия 13-ть лет:
"В доме Отца моего ныне ветшает все,
В доме Отца все ангелы плачут -
Потому что их иногда достигает тоска
Где-нибудь замученной клячи..."
http://modernpoetry.rema.su/main/shvartz_locia_nochi.html
Tags: Елена Шварц, близкие
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments