?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
По Муромскай дорожке
Простите
kalakazo
Дорогие друзья, вышла из печати моя новая книжка
"По Муромскай дорожке",
гомеопатическим тиражом 300 экземпляров,

По Муромскай дорожке

с рисунками несравненной [info]kosachgraf
и предисловием моего достоблаженно-скорбного друга,
отца Михаила Шполянского  shpol .

Все подробности у моей бессменной помощницы tanikota
http://tanikota.livejournal.com/93422.html.
http://tanikota.livejournal.com/94321.html



ПРЕДИСЛОВИЕ

Сердце странника

Есть тексты, о которых невозможно что-либо сказать однозначно.
Любое определение будет неполным, всякое обобщение – ложным. Наши скудные коммуникационные штампы не справляются с задачей адекватного описания полноты смыслов. Когда есть доминирующая тема, мы говорим о ней, но получаем только фрагмент мыслей и чувств: «Точный образ». «Изысканный слог». «Психологическая глубина». «Вторично». «Банально». «Оригинально». В конце концов, всё сводится к ярлыкам: «графомания», «гениально», «так себе, перспективно, но ничего особенного». 
О текстах Kalakazo сказать что-то определённо-узкое, выделить доминирующую черту его творчества практически невозможно. И потому, боюсь, не избежать уже ставших общим местом в «умных» околоцерковных разговорах пассажей об антиномичности . Но что делать? – так оно и есть. Литературная вселенная Kalakazo действительно антиномична. Она не сводима  к единообразию, к прямым координатам идей и форм; её исполненность являет себя  в синтезе противоположностей.
С одной стороны, текстам Kalakazo свойственна уникальность формы, напоминающей  то былинный сказ, то витиеватый говорок деда-краснобая, то стилизацию под просторечье, то изысканный верлибр. Перетекание образов и смыслов создаёт неповторимый узор текста, с первого абзаца которого неизбежно узнавание.
С другой стороны, при такой яркой самобытности – никакой претензии на «шедевральность», новаторство, автору одинаково чужды и апломб мэтра, и лукавое хихиканье игреца. Столь же антиномичны и чувства автора. Нелицеприятность, трезвенность, предельная, до беспощадности, честность, и тут же – тихая красота евангельского духа там, где сердце странника обретает свет Христов.
Свои тексты Kalakazo называет «скрипты» – подчёркивая специфику формы. Но будет ошибкой считать, что её оригинальность определена генезисом: публикациями в «Живом Журнале». Скорее наоборот: стилистика подавляющего большинства постингов в ЖЖ тяготеет к опрощению. Скрипты же Kalakazo приобретают завершённую и по-своему совершенную форму именно в книжной публикации, на белом листе живой бумаги.

Итак, третья книга: «По Муромскай дорожке». В сборник вошли фрагменты нескольких циклов, объединённых центральной темой: город Муром и его окрестности как духовно-историческая сердцевина Земли Русской. Времена прошлые и нынешние, славные и страшные, звучные и глухие Времена, то сияющие подвигом духа, то помраченные ржавелостью пыточного крюка, то опутанные саваном безвременья. Места, камни, книги, люди. Из вязи переплетающихся историй проступает щемящая подлинность, вне физического времени-пространства, но прорастающая в глубины души. Светлая ностальгия по ушедшему, китеж-градская легенда, а рядом –зияющие раны былого, и тут же – обнаженно-точные картины современности. Приметы времен оказываются знаками,  знаки мест становятся ключами, ключи открывают засовы памяти. Автор с проницательной пристальностью вглядывается в малые величины: крохотный уездный городок, затерянный в болотах монастырь, семья сельского батюшки, одинокое служение местного антика. Особое место в описаниях занимает тема церкви: обители, храмы, монашествующие, поповка,  «князья церкви», народ православный. Это неудивительно: десятки и десятки лет автор живет в сердцевине российско-православной ойкумены.  При этом Kalakazo сохранил почти невозможное качество зрения: неангажированность идеологией, «партийностью», пристрастиями. В православной и околоцерковной публицистике доминируют две крайности: либеральная критика и консервативное охранительство.
Для одних церковь – это погрязшая во всевозможных бесчинствах общественная структура. Для других – сакральный фетиш, сама возможность критики которого не допустима. На этом фоне скрипты Kalakazo – явление уникальное. Там, где порок опутал святыню – будь то тонкие метастазы лукавства и подлости или кровавая опухоль перерождения, – слово Kalakazo остро как скальпель. В его текстах встречаются почти невыносимые описания обнаженных ран церкви – но это не поругание или осмеяние. Это – крик боли раненого сердца, сердца, верующего во Христа и Его взыскующего. И как бы ни был этот крик страшен – он есть не богохульство, а огнь, богохульство и богоборчество поядающий. Потому закономерно, что из того же сердца исходит удивительное тепло, евангельская нежность, светлая печаль и мирная радость – тогда, когда автор пишет о неистребимых до последнего часа Земли антиках: о иеромонахе, возрождающем монастырек посреди болот, о доморощенном музее в сараюшке и его собирателе-энтузиасте, о самобытном таланте иконописца из поповки, о мудрости и подвижнической жизни старенькой провинциальной учительницы, о сельском пиите-бессребренике, о матушке-игуменье небольшой обители. И этот свет, даже слабый его лучик, оказывается сильнее глыб тьмы – потому, что он – Свет Христов. Понимание того открывают читателям книги Kalakazo.

Опубликованные тексты Kalakazo вызывают реакцию диаметрально противоположную: активное неприятие, возмущение с одной стороны, горячее одобрение, до восхищения, с другой. Так и должно быть: тот, к которому обращен текст, имеет право выносить свое собственное суждение.Интересным в данном случае является не факт разномыслия, а его
напряженность и амплитуда. Накал дискуссий вокруг личности и трудов Kalakazo сам по себе свидетельствует о неординарности созданного им духовно-литературного мира. И потому книги Kalakazo стоит искать и находить, держать в руках и читать. Кому-то предстоит радоваться и обогащаться, кому-то, возможно, в негодовании отложить.

Но безразличным остаться трудно.

Иерей Михаил Шполянский shpol





о.Михаил - плохой адвокат

Хорошее предисловие, но предваряет не столько тексты Калаказо, сколько личность предисловящего.
И это, увы, не есть правильно. Основной недостаток: вообще нет иронии. Тексты же Калаказо, убери из них иронию, вообще кончатся: везде там, где у о.Михаила (не у Калаказо) "крик боли раненого сердца" - у Калаказо обязательная снижающая деталь, снимающая пафос и делающая объем любому, самому малому событию или герою. Кстати, ничего не сказано про четкое осознание смерти церкви как Тела Христова, - а эта тема, согласитесь, есть почти в каждом тексте Калаказо. Тема не столько эмоциональная и совсем не идеологическая, но - реальная и даже в чем-то циническая.
Отмыть автора и сделать ему репутацию, противоположную той, что он имеет сейчас, - задача вряд ли решаемая за счет уговаривания противной стороны и замазывания острых углов.

"Калаказо - наш, братцы, церковный! Ершистый, правда, часто с ним непонятно, как быть, но - гнать его из церкви не надо!" - кагбэ хочет намекать автор предисловия. Вместо этого (для адресной группы, которую предисловием уговаривают не так бояться автора) получается: "Враг, который оправдывается, еще более опасен".

Заранее прошу прощения за резкость.

четкое осознание смерти церкви как Тела Христова

нешто такое возможно?:)

Благодарю за книгу и автограф!
На темы похорон экклезиологии и рождений перфекционизма я рассуждать не умею. И почему-то даже не хочу учиться. В книгах (исключая научные исследования) меня интересует мироощущение автора и его отношение к окружающему миру, к людям. Бывает, что в казалось бы правильном и логичном наборе рассуждений с первых же строк ощущается какая-то фальшь и лживость. Как хорошо, что это не относится к вашим книгам! В них самое невероятное и противоречивое ложится на сердце, заставляет задуматься и лучше понять себя и мир. Наверное, в этом и есть смысл заочной беседы автора и читателя. Когда-то у меня было подобное отношение и к Вашим проповедям (сколько уж лет прошло, а кажется, что все это было вчера). Спасибо, что Вы есть.

Спасибо за книги.

Валерий, поздравляю с выходом книжки! Желаю успехов во всех начинаниях.

Спасибо Павел, рад за твои успехи в геополитике...

не огорчайтесь мизерным количеством экз.!тираж нормальный по нашим временам,- академические издания так и выходят.за тираж изданий институтов Академии наук,- ручаюсь. именно 200-300экз, редко 500.суть в том,что читателей столько и есть,если не меньше. вот это может огорчить.

(Deleted comment)
Спаси Бог, добрый мой и весьма далёкий друже...

А напишите, пожалуйста, про еп. Марка (Шавыкина):
http://foto-history.livejournal.com/3731942.html

Спаси Господи за идею...

Насчёт Модильяни Вы всё-таки погорячились.

Зачем такой большой шрифт?

Чтобы лучше видеть...

Это теперь везде так будет как у этого архиерея?
http://prot-romaniy.livejournal.com/215719.html

Может разрешите прочесть немного ?

Спаси Христос, добрый мой друг...

С Днем Рождения, Валерий!